Деятельность апостолов

Дорогой Феофил*, В первой книге я написал обо всём, что Иисус* делал и чему учил, вплоть до дня, когда, дав наставления через Святого Духа* своим избранным посланникам, он был взят на небеса. После своей смерти он являлся им и предоставил множество убедительных доказательств того, что он жив. В течение сорока дней они видели его, и он беседовал с ними о Божьем Царстве. Во время одного из таких собраний он дал им указания не покидать Иерушалаим, но ожидать, "что обещал Отец, о чём вы слышали от меня. Ибо Иоанн* погружал людей в воде; но через несколько дней вы будете погружены в Святого Духа*!" Собравшись вместе, они спросили его: "Господь, не в это ли время ты восстановишь самодержавие в Израиле?" Он ответил: "Вам не нужно знать времена и сроки; Отец хранит это в Своей власти. Но вы получите силу, когда на вас сойдёт Святой Дух*, вы будете моими свидетелями как в Иерусалиме*, так и по всей Иудее* и Самарии*, и даже до края земли!" После этих слов он был взят у них на глазах; и облако скрыло его от их взора. Они внимательно смотрели в небеса ему вслед, как вдруг заметили двух мужчин в белом, стоявших рядом с ними. Те сказали: "Галилеяне! Что вы стоите и глядите в небо? Этот Иисус*, который был взят от вас на небеса, вернётся точно так же, как вы видели его уходящим туда". После этого они возвратились в Иерусалим* с Масличной горы, находившейся от него на расстоянии Субботнего* пути. Придя в город, они поднялись в верхнюю комнату, в которой жили. Посланников звали Петр*, Иаков*, Иоанн*, Андрей, Филипп, Фома*, Варфоломей*, Матфей*, Иаков Алфеев*, Симон* "Зелот" и Иуда, сын Иакова*. Все они единодушно посвятили себя молитве вместе с некоторыми женщинами, среди которых была Мария* (мать Иисуса*), а также с его братьями. В те дни, когда группа верующих насчитывала около ста двадцати человек, Петр* встал и обратился к своим товарищам: "Братья, Святой Дух* предсказывал через Давида о Иуде*, и эти слова Еврейских Писаний* должны были исполниться. Он вел людей, арестовавших Иисуса* — он был одним из нас и участвовал в общем деле". (На деньги, полученные им за своё грязное дело, Иуда* купил поле; и там он пал насмерть. Тело его вздулось и лопнуло, и все внутренности выпали из него. Это стало известным всем жителям Иерусалима*, и они назвали то поле "Акелдама*", что на их языке означает "Поле крови") "Также, — сказал Петр*, — в книге Псалмов сказано: 'Да будет опустошено жилище его, и да не будет живущего в нём;' и 'Пусть другой возьмёт на себя руководство вместо него'. Поэтому один из тех, кто постоянно находился среди нас все время, когда Господь Иисус* ходил с нами, с того момента, когда Иоанн* стал проводить погружение, и до того дня, когда Иисус* был взят от нас, должен стать проповедником его воскресения вместе с нами". Они выдвинули двоих — Иосифа Варсаву*, названного Иустом, и Матфея*. Затем они помолились: "Господь, Ты знаешь сердце каждого. Укажи нам, кого из этих двоих Ты избрал, чтобы принять служение и должность посланника от Иуды*, которые тот оставил, чтобы отправиться туда, где ему и следует быть". Затем они бросили жребий, чтобы выбрать одного из них, и жребий выпал Матфею*. Итак, он был причислен к одиннадцати посланникам.

Наступил праздник Пятидесятницы*, и все верующие собрались в одном месте. Внезапно раздался шум с неба, похожий на шум сильного ветра, и наполнил весь дом, в котором они находились. Затем они увидели нечто похожее на языки пламени, которые разделились и сошли на каждого из них. Все они наполнились Святым Духом* и начали говорить на разных языках, как давал им Дух. В Иерусалиме* же находились религиозные евреи из всех народов земли. Когда они услышали этот звук, собралось много людей; все были в недоумении, так как каждый из них слышал, как верующие говорили на его родном языке. Чрезвычайно удивлённые, они спрашивали: "Как же так? Разве все эти люди, которые говорят, не из Галилеи*? Почему же мы слышим, как они говорят на наших родных языках? Мы парфяне, мидяне, еламитяне; жители Месопотамии, Иудеи*, Каппадокии, Понта, Асии, Фригии, Памфилии, Египта, областей Ливии близ Киренеи; пришедшие из Рима; евреи по рождению и прозелиты; критяне, арабы..! Почему же мы слышим, как они говорят на наших родных языках обо всех великих делах, сотворённых Богом?" Изумлённые и озадаченные, они не переставали спрашивать друг у друга: "Что всё это значит?" Но остальные смеялись над ними и говорили: "Они выпили слишком много вина!" Тогда Петр* поднялся вместе с Одиннадцатью учениками и воскликнул, обращаясь к ним: "Иудеяне и все находящиеся сейчас в Иерусалиме*! Позвольте мне объяснить вам, что всё это означает! Слушайте меня внимательно! Эти люди не пьяны, как вы полагаете, — сейчас ведь только девять утра. Нет, это то, о чём было сказано через пророка Иоиля*: 'Господь* говорит: "В последние дни Я изолью от Своего Духа на каждого человека. Ваши сыновья и дочери будут пророчествовать, ваши юноши будут видеть видения, ваши старики будут видеть сны. Даже на рабов, мужчин и женщин, Я изолью от Своего Духа в те дни, и они станут пророчествовать. Я сотворю чудеса в небе наверху и знамения на земле внизу — кровь, огонь и клубы дыма. Солнце померкнет, и луна станет как кровь перед наступлением великого и страшного Дня Господа*. И затем всякий, кто призовёт имя Господа*, спасётся". Люди Израиля! Послушайте вот что! Иисус* из Назарета* был человеком от Бога, и это было подтверждено могущественными делами, чудесами и знамениями, которые Бог совершил через него у вас на глазах. Вы сами знаете это. Этого человека взяли под стражу согласно Божьему замыслу, который был предопределён Им и известен Ему заранее; и с помощью людей, не состоящих под Пятикнижием*, вы пригвоздили его к стойке казни и убили! Однако Бог воскресил его и освободил от страдания смерти; смерть была не в силах удержать его. Потому что Давид говорит о нём так: Я всегда видел Господа* перед собой, ибо Он по правую руку от меня, чтобы я не поколебался. Поэтому сердце моё радовалось, и язык мой ликовал; а теперь и тело моё живёт надеждой на то, что Ты не покинешь меня в аду* и не дашь Своему Святому истлеть. Ты дал мне познать пути жизни; Ты Своим присутствием наполнишь меня радостью. Братья, знаю, что могу прямо сказать вам о том, что патриарх Давид умер и был погребён — его гробница и по сей день находится здесь. Следовательно, так как он был пророком и знал, что Бог поклялся ему в том, что один из его потомков займёт его трон, он предсказывал Воскресение Мессии, что именно он не будет оставлен в аду* и его плоть не познает тления. Бог воскресил Иисуса*! И все мы этому свидетели! Более того, он был вознесён к правой руке Бога; он принял от Отца то, что Тот обещал, а именно Святого Духа*, и излил этот дар, который вы сейчас видите и слышите. Ведь Давид не восходил на небеса, однако говорит: "Господь* сказал моему Господину: 'Сиди справа от Меня, до тех пор пока Я не положу твоих врагов у ног твоих'. Итак, пусть весь дом Израилев твёрдо знает, что Бог сделал его и Господом, и Мессией — того самого Иисуса*, которого вы казнили!" Эти слова задели их за живое; и они сказали Петру* и остальным посланникам: "Братья, что же нам делать?" Петр* ответил им: "Отвернитесь от своих грехов, возвратитесь к Богу, и каждый из вас пусть примет погружение властью Мессии Иисуса* для прощения грехов, и вы получите дар Святого Духа*! Потому что это обещание дано вам, вашим детям и всем дальним — всем тем, кого призовёт Господь*!" Он приводил также множество других доказательств и настойчиво убеждал их: "Спасайтесь от этого развращённого поколения!" Тогда люди, признавшие то, о чём он говорил, приняли погружение, и в тот день к группе верующих присоединилось около трёх тысяч человек. Они постоянно находились в учении посланников, в общении, преломлении хлеба и в молитвах. Все были исполнены благоговения, и множество чудес и знамений было совершено посланниками. Все верящие Иисусу* находились вместе, и всё у них было общее; они даже продавали свои имения и имущество и раздавали вырученные деньги всем нуждающимся. Каждый день они неизменно и единодушно встречались во дворе Храма и преломляя хлеб по домам, принимали пищу в радости и простоте сердца, хваля Бога и пользуясь всеобщим уважением. И день за днём Господь продолжал присоединять к ним спасённых.

Однажды в три часа дня, во время молитв полуденного Храмового жертвоприношения*, когда Петр* и Иоанн* направлялись в Храм, туда внесли человека, который с рождения был калекой. Каждый день его приносили к Великолепным Воротам Храма, чтобы он просил милостыню у входящих во двор Храма. Увидев входящих Петра* и Иоанна*, он попросил у них денег. Однако они внимательно посмотрели на него, и Петр* сказал: "Взгляни на нас!" калека внимательно посмотрел на них, ожидая что-нибудь от них получить. Петр* сказал: "У меня нет ни серебра, ни золота; но то, что у меня есть даю тебе: во имя Мессии, Иисуса* из Назарета*, ходи!" И взяв его за правую руку, Петр* помог ему привстать. В тот же миг его ступни и голени окрепли; так что он вскочил, немного постоял и начал ходить. Затем он вошёл во двор Храма вместе с ними, идя и подпрыгивая и славя Бога! Все видели, как он идёт и восхваляет Бога. Они узнали в нём того самого человека, который прежде сидел и просил милостыню возле Великолепных Ворот Храма, чрезвычайно поразились и пришли в недоумение от того, что с ним произошло. Он же ни на шаг не отходил от Петра* и Иоанна*, и весь народ в изумлении сбежался к ним к Колоннаде Соломона*. Видя это, Петр* обратился к народу: "Люди Израиля! Почему вы удивляетесь этому? И почему вы неотрывно смотрите на нас, словно это мы своей собственной силой или благочестием сделали так, что этот человек ходит? Бог Авраама*, Исаака* и Иакова*, Бог наших отцов прославил Своего слугу Иисуса* — того самого, которого вы предали и от которого отреклись перед Пилатом после того, как тот решил отпустить его. Вы отвергли святого и невинного, а вместо него попросили оставить в живых убийцу! Вы убили создателя жизни! Однако Бог воскресил его из мёртвых! Все мы этому свидетели. И потому что мы верим в его имя, оно укрепило этого человека, которого вы видите и знаете. Да, именно вера, приходящая от Иисуса*, полностью исцелила его на ваших глазах. Итак, братья, я знаю, что вы, равно как и ваши руководители, не понимали всей важности того, что делали. Бог же таким образом осуществил то, что прежде предрекал через всех Своих пророков, а именно что Его Мессия должен был умереть. Поэтому раскайтесь и вернитесь к Богу, чтобы загладились ваши грехи; чтобы пришли от лица Господа времена обновления и чтобы Он послал предназначенного вам Мессию, то есть Иисуса*. Он должен оставаться на небесах до тех пор, пока не настанет время восстановить всё, как уже давно говорил Бог через святых пророков. Поскольку сам Моисей* сказал: 'Пророка из твоей среды, из твоих братьев, как меня, поставит тебе Господь*. Слушайте всё, что он будет говорить вам. Всякий, кто не послушает этого пророка, будет удалён из народа и уничтожен'. В самом деле, все пророки, начиная с Самуила*, и все, кто были после него, предсказывали эти дни. Вы сыновья пророков; и состоите в договоре, который Бог заключил с нашими отцами, когда сказал Аврааму*: 'В семени твоём благословятся все племена земли'. И, воскресив Своего слугу, именно к вам первым Бог послал его, чтобы он благословил вас, отвернув каждого из вас от ваших злых дел".

Когда Петр* и Иоанн* беседовали с народом, к ним подошли священники*, начальник стражи Храма и саддукеи*. Они были крайне возмущены тем, что те учили людей доктрине воскресения из мёртвых и приводили в качестве доказательства пример Иисуса*. Стража Храма задержала их; и так как был уже вечер, их заключили в темницу до утра. Однако многие из слышавших проповедь поверили; одних мужчин было около пяти тысяч. На следующий день в Иерусалиме* собрались правители народа, старейшины и книжники*, а также первосвященник* Анна*, Каифа*, Иоанн*, Александр и другие члены семьи первосвященника*. Они распорядились, чтобы к ним привели посланников, и спросили: "Какой силой и чьим именем вы это сделали?" Тогда Петр*, наполненный Святым Духом*, сказал им: "Правители и старейшины народа! Если нас сегодня допрашивают в связи с добрым делом, совершённым для искалеченного человека, если вы хотите знать, как он исцелился, тогда да будет известно вам и всему народу Израиля, что именем Мессии Иисуса* из Назарета*, которого вы казнили на стойке как преступника, но которого Бог воскресил из мёртвых, этот человек, стоящий перед вами, был полностью исцелён. Этот Иисус* — 'камень, отвергнутый вами, строителями, который стал краеугольным камнем'. Ни в ком другом нет спасения! Так как нет другого имени под небесами, данного людям, которым мы должны спастись!" Видя, что Петр* и Иоанн* ведут себя смело, несмотря на то, что они были необразованными обывателями*, они удивились и вспомнили также, что те были с Иисусом*. Более того, поскольку прямо перед собой они видели исцелённого человека, они уже никак не могли поставить под сомнение это исцеление. Тогда они велели им выйти из синедриона*, а сами стали тайно совещаться. "Что нам делать с этими людьми? — спрашивали они друг друга. — Ведь всем в Иерусалиме* ясно, что ими совершено необычайное чудо, мы никак не сможем это опровергнуть. Но для того, чтобы это не распространялось дальше среди народа, давайте прикажем им больше никому ничего не говорить в это имя". И они вновь позвали их и велели ни при каких обстоятельствах больше не говорить и не учить во имя Иисуса*. Однако Петр* и Иоанн* ответили: "Судите сами, правильно ли перед Богом слушать вас больше, нежели Бога. Что же касается нас, мы не можем не говорить о том, что мы на самом деле видели и слышали". Они стали ещё угрожать им, но в конце концов отпустили и не могли их наказать из-за народа, потому что все прославляли Бога за случившееся, так как человеку, который был чудесным образом исцелён, было уже за сорок. Как только их выпустили, они возвратились к своим друзьям и сообщили о том, что им сказали руководящие священники* и старейшины. Услышав это, они в едином порыве воскликнули Богу и стали молиться: "Владыка, Ты сотворил небеса, землю, море и всё, что в них". Устами нашего отца Давида, слуги Твоего, Ты сказал посредством Святого Духа*: 'Почему неистовствовали народы и племена строили тщетные планы? Цари земные восстали и правители совещаются вместе против Господа* и против Его Мессии'. Эти слова сбылись в этом городе, так как Ирод и Понтий Пилат вместе с язычниками* и народами Израиля собрались против Твоего святого слуги Иисуса*, которого Ты сделал Мессией, чтобы осуществить то, чему Ты в Своей власти, согласно Своему замыслу, предопределил произойти. И теперь, Господь, обрати внимание на их угрозы; и позволь рабам Твоим нести Твою весть со смелостью! Протяни Свою руку, чтобы исцелять и совершать знамения и чудеса именем Твоего святого слуги Иисуса*!" Они всё ещё молились, как вдруг то место, в котором они собрались, затряслось. Все они наполнились Святым Духом* и говорили Божью весть со смелостью. Все верующие были едины сердцем и душой, и никто не претендовал на своё имущество, но каждый делился всем, что у него было. Посланники продолжали с великой силой свидетельствовать о воскресении Господа Иисуса*, и все они были в большом почёте. Среди них не было бедных, так как те, у кого были земли и дома, продавали всё, а вырученные деньги отдавали посланникам, чтобы те раздавали их, исходя из нужд каждого. Так, Иосиф*, которого посланники прозвали Варнавой* (что значит "увещевающий"), Левий* и уроженец Кипра, продал принадлежавшее ему поле и принёс деньги посланникам.

Был и один человек по имени Анания*, который вместе со своей женой Шапирой продал часть имущества и с ведома жены утаил часть вырученной суммы, а остальное принёс посланникам. Тогда Петр* сказал: "Почему Противник так наполнил твоё сердце, что ты солгал Святому Духу* и утаил часть денег, полученных за землю? Прежде, чем ты продал её, это была твоя собственность, и после продажи деньги принадлежали тебе, и ты мог использовать их так, как тебе было угодно. Так что же побудило тебя поступить так? Ты солгал не людям, а Богу!" Услышав эти слова, Анания* упал замертво; и все слышавшие об этом пришли в ужас. Юноши встали, завернули его тело в саван, вынесли и похоронили. Спустя примерно три часа вошла его жена, не зная о том, что произошло. Петр* спросил у неё: "Скажи мне, правда ли, что вы продали землю за такую-то цену?" "Да, — ответила она, — именно столько нам заплатили". Но Петр* вновь спросил: "Тогда зачем же вы задумали испытывать Дух Господа? Послушай! Люди, похоронившие твоего мужа, стоят у дверей. Они и тебя тоже вынесут!" В тот же миг она упала у его ног и умерла. Вошли юноши, увидели, что она мертва, вынесли её оттуда и похоронили рядом с мужем. После этого великий страх охватил всю мессианскую общину и всех, кто слышал об этом. Тем временем посланники продолжали совершать в народе чудеса и знамения. Единые в мыслях и целях, верующие встречались у Колоннады Соломона*; и никто из посторонних не смел присоединиться к ним. Однако люди продолжали относиться к ним с почтением; и множество верующих, как мужчин, так и женщин, присоединялось к Господу. Они даже стали выносить больных на улицы, класть их на подстилки и носилки, чтобы на них хотя бы упала тень проходящего мимо Петра*. Также в Иерусалим* стекались толпы людей из окрестных городов, приводившие больных и одержимых нечистыми духами; и все они исцелялись. Однако первосвященник* и его товарищи, которые были членами партии саддукеев*, были охвачены завистью. Они задержали посланников и заключили их в общественную тюрьму. Однако ночью ангел Господа* открыл двери темницы, вывел их наружу и сказал: "Пойдите, встаньте во дворе Храма и, не умолкая, говорите людям об этой новой жизни!" Услышав это, они вошли на рассвете на территорию Храма и стали учить. Между тем пришли первосвященник* и его товарищи, созвали синедрион* (то есть собрание старейшин всего Израиля) и послали за ними в тюрьму. Однако офицеры, пошедшие в тюрьму, не нашли их там. Они вернулись и доложили: "Мы увидели, что двери тюрьмы надёжно заперты, и стража стоит у дверей; но открыв двери, мы никого внутри не нашли!" Когда капитан Храмовой стражи и руководящие священники* услышали это, они пришли в недоумение и размышляли, что же будет дальше. Затем кто-то пришёл и сообщил им: "Послушайте! Люди, которых вы велели заключить в темницу, стоят во дворе Храма и учат народ!" Капитан и его офицеры пошли и привели их, не прибегая однако к насилию, так как боялись, что народ побьёт их камнями. Они провели их в синедрион*, и первосвященник* спросил у них: "Мы строго приказали вам не учить в это имя! Послушайте, вы наводнили Иерусалим* своим учением; более того, вы решили обвинить нас в смерти этого человека!" Петр* и остальные посланники ответили: "Мы должны повиноваться Богу, а не людям. Бог наших отцов воскресил Иисуса*, которого вы убили, повесив на стойке. Бог вознёс этого человека к своей правой руке как Правителя и Спасителя, чтобы Израиль мог совершить тшуву и чтобы простились его грехи. Свидетели всему этому мы, а также Святой Дух*, которого Бог дал тем, кто повинуется Ему". Услышав это, члены синедриона* пришли в негодование и хотели казнить посланников. Тогда поднялся один из членов синедриона*, фарисей* по имени Гамалиил*, книжник*, весьма уважаемый всем народом. Он велел вывести их на какое-то время, а затем обратился к суду: "Люди Израиля, хорошо подумайте, как вам поступить с ними. Некоторое время назад произошло восстание, поднятое Февдой*, который выдавал себя за великого; и за ним пошло некоторое число людей, может быть, около четырёхсот человек. Но как только он был казнён, все его последователи разбежались, и на том всё закончилось. После этого Иуда* ГаГлили поднял ещё один мятеж, когда проводилась перепись с целью обложения римскими налогами; и некоторые перешли на его сторону. Но его убили, а последователей его разогнали. Поэтому в данном случае я бы посоветовал вам не мешать им, а оставить их в покое, так как если эта идея или это движение пришло от людей, оно разрушится. Если же оно от Бога, вы не сможете остановить их; может получиться так, что вы станете противниками Богу!" Они прислушались к его совету. После того, как посланников привели и высекли, им приказали не говорить во имя Иисуса* и отпустили. Посланники покинули синедрион* радуясь, что оказались достойными перенести ради него позор. И ни на один день они не прекращали учить и нести Добрую Весть о том, что Иисус* — Мессия, как во дворе Храма, так и по домам.

В это же время, когда количество учеников* увеличивалось, греко-говорящие евреи стали жаловаться на говоривших по-еврейски, потому что при ежедневной раздаче их вдов упускали из виду. Тогда Двенадцать посланников созвали общее собрание учеников* и сказали: "Не подобает нам оставлять Божье Слово, чтобы накрывать на столы. Братья, выберите из себя семь человек, наполненных Духом и мудростью. Мы поручим им руководить этим важным делом, а сами всецело посвятим себя молитве и служению Слову". Сказанное ими пришлось по душе всему собранию. Они выбрали Стефана, человека, полного веры и Святого Духа*, Филиппа, Прохора, Никанора, Тимона, Пармена и Николая, прозелита из Антиохии. Эти люди были представлены посланникам, а те помолились за них и возложили на них руки. Итак, Божье слово продолжало распространяться. Число учеников* в Иерусалиме* стремительно росло, и огромное множество священников* становились послушными вере. Стефан же, полный благодати и силы, совершал в народе великие чудеса и знамения. Однако некоторые члены так называемой Синагоги освобождённых рабов, состоявшей из жителей Киренеи, Александрии, Киликии и Асийской провинции, заняли враждебную позицию. Они спорили со Стефаном, но не могли противиться мудрости и Духу, которыми он говорил. Тогда они тайком уговорили каких-то людей, чтобы те заявили: "Мы слышали, как он богохульствовал на Моисея* и на Бога". Они привели в волнение народ, а также старейшин и книжников*, те пришли, схватили его и повели в синедрион*. Там они представили лжесвидетелей, которые сказали: "Этот человек постоянно осыпает бранью это святое место и Пятикнижие*, так как мы слышали, как он говорил, что Иисус* из Назарета* разрушит это место и изменит обычаи, переданные нам Моисеем*". Все сидящие в синедрионе* внимательно посмотрели на Стефана и увидели, что его лицо похоже на лицо ангела.

Первосвященник* спросил: "Справедливы ли эти обвинения?" и Стефан сказал: "Братья и отцы, выслушайте меня! Бог славы явился нашему отцу Аврааму* в Месопотамии, до того, как тот переселился в Харран*, и сказал ему: 'Оставь свою землю и свою семью и иди в землю, которую Я укажу тебе'. Итак, он покинул землю Халдеев и стал жить в Харране*. После того, как умер его отец, Бог велел ему переселиться в землю, в которой вы сейчас живёте. Он не дал ему в ней наследства даже на стопу; но всё же обещал отдать её во владение ему и его потомкам после него, хотя в то время у него ещё не было детей. Вот что Бог сказал ему: 'Твои потомки будут переселенцами в чужой стране, где они будут находиться в рабстве и угнетении четыреста лет. Но Я буду судить народ, который их поработит, — сказал Бог, — и после этого они выйдут оттуда и будут поклоняться Мне на этом месте'. И Он дал ему заповедь об обрезании*. Итак, он стал отцом Исаака* и совершил тому обрезание* на восьмой день, а Исаак* стал отцом Иакова*, Иаков* стал отцом Двенадцати Патриархов. Патриархи же стали завидовать Иосифу* и продали его в рабство в Египет. Однако Господь* был с ним; Он избавил его от всех несчастий и дал ему мудрость и расположение фараона, египетского царя, который назначил его главным управляющим Египтом и всем своим домашним хозяйством. И настал голод, повлёкший за собой множество страданий во всём Египте и в Ханаане*. Когда же Иаков* услышал о том, что в Египте есть хлеб, он в первый раз послал туда наших отцов. Когда те были там во второй раз, Иосиф* открылся своим братьям, и семья Иосифа* стала известна фараону. Иосиф* затем послал за своим отцом Иаковом* и за всеми своими родными, которых было семьдесят пять человек. Иаков* приехал в Египет и там умер, как и другие наши предки. Тела их были перенесены в Сихем* и захоронены в гробнице, которую Авраам* купил у семьи Еммора* из Сихема* за некую сумму. По мере того, как приближался срок исполнения обещания, данного Богом Аврааму*, наш народ в Египте стремительно возрастал в количестве, до тех пор, пока в Египте не появился новый царь, не знавший об Иосифе*. С жестокостью и коварством этот человек принуждал наших отцов бросать на улице своих детей, чтобы никто из них не остался в живых. Именно тогда и родился Моисей*, и был прекрасен в глазах Бога. Три месяца он рос в доме своего отца; и когда он был оставлен, дочь фараона взяла его и воспитала как собственного сына. Итак, Моисей* научился всей мудрости египтян и стал хорошим оратором и деятельным человеком. Когда же ему исполнилось сорок лет, он решил навестить своих собратьев-израильтян. Увидев, как с одним из них жестоко обращаются, он вступился и отомстил за него, сразив египтянина. Он полагал, его братья поймут, что его рукой Бог спасает их, но они этого не поняли. На следующий день он появился там во время ссоры и хотел помирить ссорящихся, говоря: 'Вы же братья! Зачем вы замышляете причинить вред друг другу?' Тогда тот, кто обижал своего товарища, оттолкнул Моисея* и сказал: 'Кто назначил тебя нашим начальником и судьёй? Ты хочешь убить меня так же, как вчера убил египтянина?' Услышав это, Моисей* бежал из страны и стал изгнанником в земле Мадиам*, где у него родилось два сына. Ещё через сорок лет ангел явился ему в пустыне возле горы Синай в пламени горящего тернового куста. Увидев это, Моисей* поразился зрелищу; а когда он подошёл ближе, чтобы рассмотреть повнимательнее, раздался голос Господа*: 'Я Бог твоих отцов, Бог Авраама*, Исаака* и Иакова*'. Моисей* задрожал от страха и не осмеливался взглянуть. Господь* сказал ему: 'Сними свои сандалии, так как место, на котором ты стоишь, — святая земля. Я увидел, как притесняют Мой народ в Египте, услышал их плач и спустился, чтобы спасти их; и теперь Я пошлю тебя в Египет'. Тот самый Моисей*, которого они отвергли, говоря: "Кто назначил тебя нашим начальником и судьёй?", — и есть тот, кого Бог послал как правителя и как искупителя, с помощью ангела, явившегося ему в горящем кусте терновника. Этот человек вывел их оттуда, совершая чудеса и знамения в Египте, возле Красного моря и в течение сорока лет в пустыне. Это тот самый Моисей*, который сказал народу Израиля: 'Бог выдвинет пророка, подобного мне, из среды ваших братьев'. Это тот человек, который был в собрании в пустыне, вместе с ангелом, говорившим с ним на горе Синай, и с нашими отцами, и ему были даны слова жизни, которые он должен был передать нам. Однако отцы наши не хотели ему повиноваться. Напротив, они отвергли его и в душе устремились к Египту, говоря Аарону*: "Сделай нам каких-нибудь богов, чтобы они вели нас, поскольку мы не знаем, что произошло с тем Моисеем*, который вывел нас из Египта". Именно тогда они и сделали идола в виде телёнка, приносили ему жертвы и веселились, празднуя то, что они сделали своими руками. Тогда Бог отвернулся от них и оставил их поклоняться звёздам — как написано в книге пророков: 'Народ Израиля, не мне вы приносили заколотых животных и жертвы в течение сорока лет в пустыне! Нет, вы несли шатёр Молоха и звезду вашего бога Ремфана*, идолов, которых вы сделали, чтобы поклоняться им. Поэтому Я изгоню вас За пределы Вавилона'. У наших отцов в пустыне был Шатёр Свидетельства. Его сделали точно таким, как велел Бог, говоривший с Моисеем*, в соответствии с образцом, виденным Моисеем*. Впоследствии наши отцы вместе с Иисусом Навином*, получившие его, принесли его в Землю, отнятую у народов, которых Бог изгнал от них. Так было до дней Давида. Он снискал расположение у Бога и спросил, не построить ли ему жилище для Бога Иакова*; и Соломон* действительно построил Ему дом. Однако Всевышний* живёт не в рукотворных жилищах! Как говорит пророк: "Небеса — престол Мой, — говорит Господь*, — а земля — подставка для моих ног. Какой же дом вы можете построить Мне? Какое место вы можете придумать для Моего покоя? Разве не Я сам создал всё это?" Жестоковыйные люди, с необрезанными сердцами и ушами! Вы постоянно противитесь Святому Духу*! Вы делаете то же самое, что и ваши отцы! Кого из пророков не преследовали ваши отцы? Они убивали тех, кто предсказывал им о приходе Цадика, а теперь вы стали его предателями и убийцами! Вы, признающие, что Пятикнижие* было принесено ангелами, но не соблюдающие его!" Всё то, что они слышали, ранило их в самое сердце, и они скрежетали на него зубами. Но он, исполненный Святого Духа*, взглянул в небеса и увидел славу Бога. "Посмотрите, — воскликнул он, — я вижу открытые небеса и Сына Человеческого, стоящего по правую руку от Бога! " При этих словах они начали громко кричать, чтобы не слышать его; и все как один бросились на него, вывели его за пределы города и стали бросать в него камни. А свидетели положили свою верхнюю одежду к ногам юноши по имени Савл*. Когда они забрасывали его камнями, Стефан воскликнул Богу: "Господь Иисус*, прими мой дух!" Затем он встал на колени и закричал: "Господь, не вмени им это в грех!" С этими словами он умер;

а Савл* одобрял это убийство. С того дня на мессианскую общину в Иерусалиме* обрушились гонения; все кроме посланников рассеялись по всем областям Иудеи* и Самарии*. Какие-то благочестивые люди похоронили Стефана и глубоко печалились о нём. Савл* же замыслил уничтожить мессианскую общину. Обходя дом за домом, он силой выводил мужчин и женщин и отдавал их, чтобы их бросили в темницу. Однако рассеявшиеся провозглашали Добрую Весть Слова повсюду, куда бы они ни шли. Так, Филипп пришёл один в город Самарию* и проповедовал им Мессию; и народ внимательно слушал то, что говорил Филипп, слыша и видя чудесные знамения, которые он совершал. Так как из многих людей с воплем выходили нечистые духи, а калеки исцелялись; поэтому в том городе царила великая радость. Был же в том городе человек по имени Симон*, который уже какое-то время занимался колдовством и изумлял жителей Самарии*, выдавая себя за кого-то великого. Все от мала до велика прислушивались к нему и говорили: "Этот человек — сила Божья, называемая 'Великой Силой"'. Они следовали за ним, так как уже довольно долгое время он изумлял их своим колдовством. Однако когда они поверили Филиппу, провозглашавшему Добрую Весть о Божьем Царстве и об имени Мессии Иисуса*, то и женщины и мужчины приняли водное погружение. Более того, поверил и сам Симон*; и приняв погружение, не отходил от Филиппа ни на шаг; он был поражён, видя совершавшиеся чудесные знамения и великие проявления силы. Когда посланники в Иерусалиме* узнали, что в Самарии* приняли Божье Слово, они послали им Петра* и Иоанна*, которые пришли и помолились за них, чтобы они получили Святого Духа*, так как до этого времени он не сходил ни на одного из них; они лишь приняли погружение во имя Господа Иисуса*. Затем, когда Петр* и Иоанн* возложили на них руки, они получили Святого Духа*. Симон* увидел, что они получали Духа, когда посланники возлагали на них руки, и предложил им денег. "Дайте и мне эту власть, — сказал он, — чтобы любой, на кого я возложу руки, получил Святого Духа*". Но Петр* ответил ему: "Пусть твоё серебро погибнет вместе с тобою за то, что ты решил, что бесплатный дар Бога можно купить за деньги! Ты не можешь участвовать в этом деле, так как сердце твоё бесчестно в глазах Бога. Раскайся же в своём грехе и молись Господу. Может быть, ты всё же будешь прощён за то, что имел в своём сердце такую мысль. Я вижу, что ты чрезвычайно озлоблен и полностью подвластен греху!" Симон* ответил: "Помолитесь обо мне Господу, чтобы ничто из того, о чём вы говорили, не случилось со мной". После того, как Петр* и Иоанн* закончили свидетельствовать и проповедовать Слово Господа, они направились назад в Иерусалим*, провозглашая Добрую Весть во многих селениях Самарии*. Ангел Господа* сказал Филиппу: "Встань и иди на юг по дороге, ведущей из Иерусалима* в Газу*, по той, что заброшена'". И он встал и пошёл. По пути он заметил эфиопа, евнуха, который заведовал всеми сокровищами Кандакии, царицы Эфиопии. Он приезжал в Иерусалим* для поклонения, а теперь, возвращаясь домой, сидел в колеснице и читал пророка Исайю*. Дух сказал Филиппу: "Подойди к колеснице и иди рядом с ней". Подойдя, Филипп услышал, что эфиоп читает из пророка Исайи*. "Ты понимаешь то, о чём читаешь?" — спросил он. "Как я смогу понять, — отвечал тот, — если мне никто не объяснит?" И он попросил Филиппа подняться и сесть с ним. Отрывок же Еврейских Писаний*, который он читал, был следующий: 'Он был подобен овце, которую ведут на заклание; как ягнёнок нем перед стригущим его, так и он не открывал своих уст. Он был унижен и несправедливо осуждён. Кто расскажет о его потомках, Если жизнь его была взята от земли?' Евнух сказал Филиппу: "Вот мой вопрос тебе — о себе говорит пророк или о ком-то другом?" Тогда заговорил Филипп, и, начав с этого отрывка, рассказал ему Добрую Весть о Иисусе*. Спускаясь по дороге, они приблизились к водоёму; и евнух сказал: "Смотри, вот вода! Почему бы мне не принять погружение?" ** Он приказал остановить колесницу; затем Филипп и евнух спустились к воде, и Филипп погрузил его. Когда они вышли из воды, Дух Господа унёс Филиппа. Евнух уже не видел его, и продолжил свой путь, радуясь. А Филипп оказался в Азоте* и продолжал провозглашать Добрую Весть, проходя по всем городам, пока не пришёл в Кесарию.

Тем временем Савл*, всё ещё источая угрозы расправы с учениками* Господа, пошёл к первосвященнику* и попросил у него письма в синагоги Дамаска*, которые давали ему полномочия арестовывать всех принадлежащих к "Пути", кого он только найдёт, будь то мужчины или женщины, и приводить их обратно в Иерусалим*. Когда он был в пути и приближался к Дамаску*, внезапно свет с небес осветил всё вокруг. Упав на землю, он услышал голос, говоривший ему: "Савл*! Савл*! Почему ты постоянно преследуешь меня?" "Господин, кто ты?" — спросил тот. "Я Иисус*, а ты преследуешь меня. Встань же и иди в город, и тебе скажут, что делать". Люди, которые путешествовали вместе с ним, стояли, потеряв дар речи, слыша голос, но никого не видя. Тогда, взяв его за руку, они привели его в Дамаск*. В течение трёх дней он не мог видеть, и ничего не ел и не пил. В Дамаске* жил ученик* по имени Анания*; и во время видения Господь сказал ему: "Анания*!" Тот сказал: "Вот я, Господь". Господь сказал ему: "Встань и пойди на Прямую улицу, к дому Иуды*, и спроси человека из Тарса по имени Савл*; потому что в данный момент он молится и во время видения увидел человека по имени Анания*, который зашёл и возложил на него руки, чтобы он прозрел". Однако Анания* ответил: "Господь, многие рассказывали мне об этом человеке, сколько вреда он причинил твоим людям в Иерусалиме*; а здесь у него есть документ от руководящих священников*, дающий ему полномочия брать под арест всех, призывающих твоё имя". Но Господь сказал ему: "Иди, так как этот человек — мой избранник, который принесёт моё имя язычникам* и даже их царям, а также детям Израиля. Ибо я сам укажу ему, сколько страданий ему придётся перенести из-за моего имени". Итак, Анания* отправился и вошёл в тот дом. Возложив на него руки, он сказал: "Брат Савл*, Господь Иисус*, который явился тебе по дороге, когда ты направлялся сюда, послал меня, чтобы ты прозрел и наполнился Святым Духом*". В тот же миг словно пелена спала с глаз Савла*, и он снова стал видеть. Он поднялся и принял погружение; затем немного поел и набрался сил. Савл* провёл несколько дней с учениками* в Дамаске* и сразу же начал провозглашать в синагогах о том, что Иисус* — Божий Сын. Все слышавшие его изумлялись и спрашивали: "Разве это не тот человек, который хотел истребить в Иерусалиме* всех призывающих это имя? Ведь он для того и приехал сюда, чтобы брать их под стражу и отвозить руководящим священникам*?" Однако Савл* всё больше и больше наполнялся силой и приводил в замешательство евреев, живущих в Дамаске*, доказывая, что Иисус* — Мессия. Какое-то время спустя неверующие евреи, собравшись, замыслили убить его; однако их заговор стал известен Савлу*. Они день и ночь следили за воротами, чтобы расправиться с ним; но под покровом ночи ученики* взяли его и спустили с городской стены в большой корзине. Прибыв в Иерусалим*, он пытался присоединиться к ученикам*, но все они опасались его, не веря, что он ученик*. Однако, Варнава* взял его и привёл к посланникам. Он рассказал им о том, как во время путешествия Савл* видел Господа, и как Господь разговаривал с ним, и как в Дамаске* Савл* смело говорил во имя Иисуса*. Итак, он остался с ними и ходил по всему Иерусалиму*, не переставая смело говорить во имя Господа. Он беседовал и вступал в полемику с греко-говорящими евреями, они же стали покушаться на его жизнь. Когда братья узнали об этом, они проводили его в Кесарию и отправили в Тарс. После этого мессианская община в Иудее*, Галилее* и Самарии* наслаждалась покоем и укреплялась. Они жили в страхе перед Господом, получая наставления от Святого Духа*, и число их неуклонно росло. Петр*, путешествуя по провинции, пришёл к верующим в Лидду*. Там он нашёл одного человека по имени Эней, который, будучи парализован, был прикован к постели восемь лет. Петр* сказал ему: "Эней! Мессия Иисус* исцеляет тебя! Встань и застели постель!" Все жители Лидды* и Шарона видели его и обратились к Господу. В Иоппии* была ученица* по имени Тавита (что значит "газель"); она постоянно творила благотворительность* и делала множество других добрых дел. Случилось так, что как раз в это время она заболела и умерла. Её омыли и положили в комнате наверху. Лидда* расположена неподалёку от Иоппии*, и ученики*, узнав о том, что Петр* находится там, послали к нему двух человек, чтобы они настойчиво просили его немедленно прийти к ним. Петр* встал и пошёл с ними. Когда он пришёл туда, его провели в комнату наверху. Все вдовы стояли рядом с ним, плакали и показывали платья и верхнюю одежду, которые сшила им Тавита, когда была с ними. Но Петр* отстранил их, встал на колени и стал молиться. Затем, повернувшись к телу, сказал: "Тавита! Встань!" Она открыла глаза и, увидев Петра*, села. Он подал ей руку и помог подняться; затем, позвав верующих и вдов, показал им её живой. Это стало известно по всей Иоппии*, и многие поверили в Господа. Петр* гостил в Иоппии* ещё некоторое время у Симона*, дубильщика.

В Кесарии жил человек по имени Корнилий, офицер римской армии, служивший в так называемом Итальянском полку. Это был благочестивый человек, "боящийся Бога", как и все его домочадцы; он щедро выделял средства на помощь бедным евреям и регулярно молился Богу. Однажды, примерно в три часа дня, он ясно увидел в видении Божьего ангела, который вошёл и сказал ему: "Корнилий!" Корнилий испуганно посмотрел на ангела: "Что, господин?" — спросил он. Ангел ответил: "Твои молитвы и твоя благотворительность дошли до Бога, так что он помнит о тебе. Пошли людей в Иоппию*, пусть они приведут человека по имени Симон*, известного также как Петр*. Он гостит у Симона*, дубильщика, в его доме у моря". Когда ангел, сказавший ему это, ушёл, Корнилий позвал двух домашних рабов и одного из своих адъютантов, благочестивого человека; объяснил им всё и направил в Иоппию*. На следующий день около полудня, когда они были в пути и приближались к городу, Петр* поднялся на крышу дома помолиться. Он почувствовал голод и захотел что-нибудь поесть; но пока готовили еду, он впал в полубессознательное состояние и увидел, как небеса раскрылись и на землю опустилось что-то вроде большой простыни, поддерживаемой за четыре конца. В ней находились всевозможные четвероногие, пресмыкающиеся и дикие птицы. Затем к нему обратился голос: "Встань, Петр*, заколи и ешь!" Однако Петр* сказал: "Нет, господин! Ни за что! Я никогда не ел нечистой или некошерной* пищи". Голос проговорил к нему во второй раз: "Не считай нечистым то, что очистил Бог". Это повторилось трижды, и тотчас же простыня поднялась обратно на небеса. В то время как Петр* терялся в догадках, что же могло означать это видение, люди, посланные Корнилием, расспросив о доме Симона*, остановились у ворот и крикнув, спросили, не здесь ли остановился Симон*, известный также как Петр*. Петр* всё ещё размышлял над видением, когда Дух сказал: "Тебя ищут три человека. Встань, пойди вниз и без всяких опасений иди с ними, потому что я послал их". Итак, Петр* спустился и спросил у тех людей: "Вы меня искали? Вот я. Что вас привело сюда?" Они ответили: "Корнилию, римскому офицеру, человеку честному и боящемуся Бога, которого глубоко уважает весь еврейский народ, святой ангел велел привести тебя к себе домой и выслушать всё, что ты ему скажешь". Тогда Петр* пригласил их остановиться у него. На следующий день он поднялся и отправился с ними, взяв с собой некоторых братьев из Иоппии*; через день они добрались до Кесарии. Корнилий ожидал их и собрал своих родственников и близких друзей. Когда Петр* вошёл в дом, Корнилий вышел к нему и упал перед ним на колени. Но Петр* поднял его и сказал: "Встань, я всего лишь человек". Беседуя с ним, Петр* вошёл в дом и увидел, что там собралось множество людей. Он сказал им: "Всем вам хорошо известно, что у евреев не принято сближаться с людьми из других народов или приходить к ним домой. Однако Бог открыл мне, чтобы я никого не называл скверным или нечистым; поэтому, когда меня позвали, я пришёл, не задавая вопросов. Скажите же мне, для чего вы посылали за мной?" Корнилий ответил: "Три дня назад, примерно в это же время я молился в полуденное Храмовое жертвоприношение* у себя дома, как вдруг передо мной предстал мужчина в сияющей одежде и сказал: 'Бог услышал твою молитву и вспомнил о твоей благотворительности. Итак, пошли в Иоппию* и спроси Симона*, известного как Петр*; он гостит в доме дубильщика Симона* возле моря'. Я тотчас же послал за тобой, и ты любезно согласился прийти. Все же мы собрались здесь перед лицом Бога, чтобы послушать всё, что велел тебе сказать Господь". Тогда Петр* обратился к ним: "Теперь я понимаю, что Бог нелицеприятен, но что Ему угоден всякий человек, боящийся Его и поступающий праведно, независимо от того, из какого он народа. Вот послание сыновьям Израиля, возвещающее мир* через Мессию Иисуса*, который является Господом всего. Вы знаете, что происходило по всей Иудее*, начиная с Галилеи*, после того, как Иоанн* провозгласил водное погружение; как Бог помазал Иисуса* из Назарета* Святым Духом* и силой; как Иисус* странствовал, творя добрые дела и исцеляя всех, угнетённых Противником, так как Бог был с ним. Мы же свидетели всего, что он делал, как в иудейской провинции, так и в Иерусалиме*. Они расправились с ним, повесив его на стойке; однако Бог воскресил его на третий день, но не явил его всему народу, а лишь свидетелям, которых Бог избрал прежде, то есть нам, евшим и пившим с ним после того, как он воскрес из мёртвых. Затем он велел нам провозглашать и свидетельствовать еврейскому народу о том, что этого человека Бог поставил судить живых и мёртвых. Все пророки свидетельствуют о нём, что каждый, поверивший ему, получит прощение грехов через его имя". В то время как Петр* говорил, Святой Дух* сошёл на всех слушавших эти слова. Все верующие из фракции Обрезания, пришедшие вместе с Петром*, поразились тому, что дар Святого Духа* сошёл и на язычников*, поскольку они слышали, как те говорили на языках и восхваляли Бога. Петр* же сказал: "Разве можно запретить этим людям принять водное погружение? Ведь они получили Святого Духа*, как и мы". И он велел, чтобы они приняли погружение во имя Мессии Иисуса*. После этого они просили Петра* погостить у них несколько дней.

Посланники и братья, находившиеся по всей Иудее*, услышали о том, что язычники* приняли Божье слово; но когда Петр* поднялся в Иерусалим*, члены фракции Обрезания стали осуждать его, говоря: "Ты ходил домой к необрезанным и даже ел вместе с ними!" В ответ Петр* начал подробно объяснять, что произошло на самом деле: "Я был в городе Иоппии* и молился; и, находясь в полубессознательном состоянии, увидел видение. Я увидел, как с небес опускается нечто вроде большой простыни, поддерживаемой за четыре конца, и спускается ко мне. Я заглянул в неё и увидел четвероногих животных, хищников, пресмыкающихся и диких птиц. Затем я услышал голос, говоривший мне: 'Встань, Петр*, заколи и ешь!' Я сказал: 'Нет, господин! Ни за что! Ничто нечистое или некошерное* никогда не входило в мои уста!' Но голос вновь проговорил с небес: 'Перестань считать нечистым то, что очистил Бог'. Это повторилось трижды, и затем всё это поднялось обратно на небеса. И в тот же момент к дому, в котором я остановился, подошли три человека, посланные ко мне из Кесарии; и Дух велел мне без всяких сомнений идти вместе с ними. Эти шестеро братьев также пошли вместе со мной, и мы вошли в дом того человека. Он рассказал нам, что видел в своём доме ангела, который сказал: 'Пошли в Иоппию* за Симоном*, известным как Петр*. У него есть весть для тебя, которая принесёт спасение тебе и всем твоим домочадцам'. Но едва я начал говорить, как Святой Дух* сошёл на них так же, как в самом начале сошёл на нас! И я вспомнил, как Господь говорил: 'Иоанн* погружал людей в воду, а вы будете погружены в Святого Духа*'. Поэтому, если Бог дал им тот же дар, что и нам после того, как мы поверили в Господа Мессию Иисуса*, то кто я такой, чтобы стоять на пути у Бога?" Услышав всё это, они перестали возражать и начали воздавать Богу хвалу, говоря: "Это значит, что Бог позволил и язычникам* сделать тшуву и иметь жизнь!" Между тем рассеявшиеся из-за гонений, возникших в связи со Стефаном, добрались до Финикии, Кипра и Антиохии, неся Божье слово только евреям. Однако некоторые из киприотов и киренеян, прибыв в Антиохию, начали говорить и с греками, провозглашая Добрую Весть Господа Иисуса*. Рука Господа была с ними, и огромное количество людей поверили и обратились к Господу. Вести об этом дошли до мессианской общины Иерусалима*, и в Антиохию направили Варнаву*. Придя туда, он обрадовался, увидев собственными глазами, как действует Божья благодать; он убеждал их оставаться верными Господу всем сердцем; так как был добрым человеком, наполненным Святым Духом* и верой. После этого Варнава* отправился в Тарc разыскивать Савла*; и найдя его, он привёл его в Антиохию. Целый год они собирались в общине и учили немалое число людей. Именно в Антиохии ученики* впервые были названы "мессианскими". В это же время из Иерусалима* в Антиохию пришли некоторые пророки; и один из них, по имени Агав, встал и Духом предсказал, что по всей Римской империи будет сильный голод. (Это произошло, когда Клавдий был императором.) Тогда ученики* решили предоставить помощь братьям, живущим в Иудее*, каждый столько, сколько позволяли ему собственные средства; они так и поступили, поручив Варнаве* и Савлу* доставить эти пожертвования старейшинам.

Примерно в это же время Царь Ирод стал заключать под стражу и преследовать некоторых членов мессианской общины; и велел казнить мечом Иакова*, брата Иоанна*. Когда Ирод увидел, что это пришлось по душе иудеянам, он велел задержать и Петра*. Это происходило во время Дней Мацы, так что Ирод, схватив, бросил его в тюрьму и приказал, чтобы его охраняли четыре отряда по четыре воина в каждом, намереваясь привлечь его к народному суду по окончании Пасхи*. Итак, Петра* стерегли в тюрьме, а мессианская община усердно молилась о нём Богу. Ночью, перед тем, как Ирод должен был повести его на суд, Петр* спал между двумя солдатами. Он был скован двумя цепями, а у дверей стояла стража, охраняя тюрьму. Внезапно там появился ангел Господа*, и свет осветил тюремную камеру. Он толкнул Петра* в бок и разбудил его. "Скорее, вставай!" — сказал он; и цепи упали с его рук. Ангел сказал ему: "Оденься и обуйся" — и тот сделал так. "Набрось накидку и следуй за мной!" — сказал он. Петр* вышел и пошёл за ним, но он не осознавал, что всё, что делал ангел, происходило на самом деле, а думал, что это видение. Пройдя мимо первой и второй стражи, они подошли к железным воротам, ведущим в город, которые сами собой открылись перед ними, и они вышли наружу. Они пошли по улице, и вдруг ангел исчез. Тогда Петр* пришёл в себя и сказал: "Теперь я точно знаю, что Господь послал Своего ангела защитить меня от воли Ирода и от воли иудейского народа". Осознав, что произошло, он направился к дому Марии*, матери Иоанна* (названного Марком), где многие собрались для молитвы. Он постучал в наружную дверь, и служанка по имени Рода пошла отворять. Она узнала голос Петра* и так обрадовалась, что побежала обратно в дом, так и не открыв дверь, и сообщила, что снаружи стоит Петр*. "Ты не в своём уме!" — сказали ей. Но она настаивала на своём. Тогда они сказали: "Это его ангел". Тем временем Петр* продолжал стучать. Они открыли дверь, и увидев его, изумились. Подав им рукою знак, чтобы они молчали, он рассказал им, как Господь вывел его из тюрьмы и сказал: "Расскажи обо всём Иакову* и братьям". Затем он ушёл и отправился в другое место. Утром солдаты были крайне встревожены, не найдя Петра*. По приказу Ирода его повсюду разыскивали, но так и не нашли. Тогда он допросил стражников и велел казнить их. Затем Ирод направился из Иудеи* в Кесарию и некоторое время находился там. Ирод был очень зол на жителей Тира* и Сидона*, поэтому они собрались и хотели, чтобы он выслушал их. Заручившись поддержкой Власта, главного из личных служащих царя, они просили мира, так как продовольствие поставлялось им из царских земель. В назначенный день Ирод в царской одежде сел на трон и произнёс речь. В толпе послышались выкрики: "Это голос бога, а не человека!" В тот же миг ангел Господа* поверг Ирода на землю, поскольку он не воздал славу Богу, и тот умер, будучи съеден червями. А слово Господа продолжало расти и распространяться. После того, как Варнава* и Савл* исполнили данное им поручение, они возвратились из Иерусалима* и привели с собой Иоанна*, прозванного Марком.

В общине Антиохии были пророки и учителя — Варнава*, Симон* (по прозвищу "Чёрный"), Луций (из Киренеи), Менахем (воспитывавшийся вместе с правителем Иродом) и Савл*. Однажды, когда они поклонялись Господу и постились, Святой Дух* сказал им: "Отделите мне Варнаву* и Савла* для дела, к которому я их призвал". Окончив пост и молитвы, они возложили на них руки и отправили в путь. Итак, эти двое, посланные Святым Духом*, направились в Селевкию и оттуда отплыли на Кипр, высадившись в Саламине, они начали провозглашать в синагогах Божье слово, а Иоанн* (Марк) помогал им; и таким образом они прошли через весь остров. Добравшись до Пафоса, они нашли там еврейского колдуна и лжепророка по имени Бар-Йешуа. Он постоянно находился при областном правителе, Сергие Павле, весьма умном человеке. Правитель позвал к себе Варнаву* и Савла* и горел желанием услышать послание о Боге; но Элима, колдун (так переводится его имя), мешал им, всеми силами стараясь не допустить, чтобы правитель поверил. Тогда Савл*, также зовущийся Павлом, наполнившись Святым Духом*, пристально посмотрел на него и сказал: "Сын Сатаны*, полный коварства и злости! Враг всего доброго! Прекратишь ли ты когда-нибудь искривлять прямые пути Господа? Послушай же! Рука Господа на тебе; и на какое-то время ты ослепнешь и не сможешь видеть солнца". В тот же миг туман и мгла окутали Элиму, и он стал передвигаться ощупью, ища кого-нибудь, кто мог бы повести его за руку. Тогда правитель, увидев, что произошло, поверил, изумившись учению о Господе. Отплыв из Пафоса, Савл* вместе со своими спутниками прибыл в Пергию, в Памфилии. Там Иоанн* оставил их и возвратился в Иерусалим*, а остальные отправились дальше из Пергии в Антиохию Писидийскую, и в Субботу* вошли в синагогу и сели. После чтений из Пятикнижия* и Пророков руководители синагоги послали передать им: "Братья, если у кого-то из вас есть слова наставления для людей, говорите!" Тогда Савл* поднялся, сделал жест рукой и сказал: "Братья израильтяне и 'боящиеся Бога', послушайте! Бог народа Израиля избрал наших отцов. Он сделал этот народ великим в то время, когда они жили как пришельцы в Египте, и простёртой рукой вывел их из той земли. В течение примерно сорока лет Он заботился о них в пустыне, и, истребив семь народов в земле Ханаана*, Он отдал их землю в наследство Своему народу. Всё это заняло около четырёхсот пятидесяти лет. После этого Он дал им судей, вплоть до пророка Самуила*. Затем они попросили царя, и Бог дал им Саула, сына Кисова* из колена Вениамина*. Спустя сорок лет Бог сместил его и поставил им царём Давида, выразив Своё расположение к нему следующими словами: "Я увидел, что Давид, сын Иессеев* пришёлся Мне по сердцу; он исполнит всё, чего Я пожелаю". Исполняя Своё обещание, Бог из потомков этого человека дал Израилю освободителя, Иисуса*. Перед приходом Иисуса* Иоанн* провозглашал всему народу Израиля погружение, которое символизировало оставление грехов и возвращение к Богу. Но когда Иоанн* уже завершал свой труд, он сказал: 'Кем вы меня считаете? Нет, это не я! Но вслед за мной идёт некто, у которого я недостоин развязать обувь на ногах'. Братья! Дети Авраама* и те из вас, которые являются 'боящимися Бога'! Именно нам была послана весть об освобождении! Поскольку жители Иерусалима* и их руководители не распознали, кто такой Иисус*, и не поняли слов Пророков, которые читаются каждую Субботу*, они исполнили эти слова, осудив его. Они не могли найти веских оснований для смертного приговора; тем не менее, просили Пилата казнить его; и когда они привели в исполнение всё то, что было написано о нём, то сняли его со стойки и положили в гробнице. Однако Бог воскресил его из мёртвых! В течение многих дней он появлялся перед людьми, пришедшими с ним из Галилеи* в Иерусалим*; и теперь они его свидетели для народа. Что касается нас, мы несём вам Добрую Весть. Она в том, что обещания Бога, данные нашим отцам, Он исполнил в нашем поколении — поколении их детей, воскресив Иисуса*, как написано во втором Псалме: 'Ты Мой Сын; Сегодня Я стал твоим Отцом'. А о том, что он воскреснет из мёртвых и больше не вернётся к тлению, сказано: 'Я дам вам святое и достойное доверия, обещанное Давиду'. Это объясняется в другом месте: 'Ты не допустишь, чтобы Твой Святой подвергся тлению'. Давид действительно послужил Божьим целям в своём поколении; но затем он умер и был похоронен со своими отцами и всё-таки познал тление. Однако тот, кого Бог воскресил, не познал тления. Поэтому, братья, да будет вам известно, что через этого человека и провозглашается прощение грехов! То есть Бог очищает всякого, кто доверяет этому человеку, даже от того, от чего вас не могло очистить Пятикнижие* Моисея*. Берегитесь же, чтобы сказанное в Пророках не произошло с вами: "Смотрите, насмешники, изумляйтесь и погибните! Так как в ваши дни Я совершу дело, которому вы не поверите даже в том случае, если кто-то разъяснит его вам!" Когда Савл* и Варнава* вышли, люди попросили их рассказать им больше обо всём этом в следующую Субботу*. Когда собрание в синагоге было распущено, многие из евреев по рождению и набожных прозелитов последовали за Савлом* и Варнавой*, а те беседовали с ними и убеждали их всеми силами держаться за Божью любовь и милость. В следующую Субботу* почти весь город собрался послушать весть о Господе; однако евреи, которые не поверили, увидев толпы народа, были охвачены завистью и начали противоречить тому, что говорил Савл*, и оскорблять его. Тем не менее, Савл* и Варнава* смело ответили: "Сначала необходимо было возвестить Божье слово вам, но поскольку вы отвергаете его и делаете себя недостойными вечной жизни, — вот, мы обращаемся к язычникам*! Потому что так повелел нам Господь: 'Я сделал тебя светом для язычников*, чтобы ты нёс освобождение до края земли'". Язычники очень обрадовались, услышав это. Они с почтением отнеслись к вести о Господе, и те из них, которые были предназначены для вечной жизни, поверили. И весть о Господе распространилась по всей той области. Однако неверующие евреи подстрекнули женщин из 'боящихся Бога', занимавших высокое положение в обществе, а также руководящих людей города, и те начали преследовать Савла* и Варнаву* и изгнали их из своей области. А Савл* и Варнава*, отряхнув на них пыль со своих ног, направились в Иконию; а ученики* наполнялись радостью и Святым Духом*.

В Иконии произошло то же самое — они вошли в синагогу и так говорили, что поверило множество евреев и греков. Однако евреи, которых всё это не убеждало, подстрекали язычников и настраивали их против братьев. Поэтому Савл* и Варнава* ещё долго оставались там, смело говоря о Господе, Который засвидетельствовал весть о своей любви и милости, дав им силу совершать чудеса и знамения. Тем не менее, жители города разделились — одни были на стороне неверующих евреев, другие — на стороне посланников. В конце концов неверующие, как евреи, так и язычники, вместе со своими начальниками решили как-нибудь разделаться с посланниками, и даже хотели побить их камнями но те, узнав об этом, поспешили перебраться в Листру и Дервию, города, расположенные в Ликаонии, и их окрестности, где продолжали проповедовать Добрую Весть. В Листре жил человек, который был калекой от рождения и не мог ходить. Он слушал Савла*, когда тот говорил. Савл*, пристально посмотрев на него и увидев, что у него достаточно веры, чтобы исцелиться, громко сказал: "Встань на ноги!" Тот вскочил и стал ходить. Когда народ увидел, что сделал Савл*, раздались крики на Ликаонском языке: "Боги спустились к нам в образе людей!" Они стали называть Варнаву* "Зевсом", а Савла* — "Гермесом", так как говорил, в основном, он; а священник Зевса, чей храм находился непосредственно за городом, привёл быков и принёс венки к городским воротам, собираясь вместе с народом совершить жертвоприношение в их честь. Узнав об этом, Савл* и Варнава* разорвали свои одежды и бросились в толпу, крича: "Люди, зачем вы это делаете? Мы ведь простые люди, такие же, как вы! Мы сообщаем вам Добрую Весть — оставьте всё это, ничего не стоящее, и обратитесь к живому Богу, создавшему небеса, землю и море, и всё, что в них! В прошлом Он позволял всем народам ходить собственными путями; хотя и не переставал свидетельствовать о том, каков Он; ведь Он творит добро, давая вам дожди с небес и урожай в нужное время, насыщая вас и наполняя радостью ваши сердца!" Но даже эти слова с трудом удержали их от того, чтобы принести им жертвы. Вслед за тем из Антиохии и Иконии пришли некоторые неверующие евреи. Они склонили на свою сторону народ, побили Савла* камнями и потащили его за пределы города, думая, что он мёртв. Но когда вокруг него собрались ученики*, он поднялся и пошёл обратно в город. На следующий день он вместе с Варнавой* отправился оттуда в Дервию. Они проповедовали в том городе Добрую Весть, и многие люди стали их учениками*. После этого они вновь посетили Листру, Иконию и Антиохию, ободряя учеников*, убеждая их оставаться преданными вере и напоминая им о том, что лишь через множество страданий мы можем войти в Божье Царство. Назначив старейшин в каждой общине, Савл* и Варнава* молитвой и постом посвятили их Господу, Которому те вверили себя. Пройдя Писидию, они прибыли в Памфилию и после проповеди Вести в Пергии, спустились в Атталию; а оттуда отплыли назад в Антиохию, где их прежде вверяли Божьему попечению для дела, которое они к тому времени уже исполнили. Прибыв туда, они собрали мессианскую общину и рассказали о том, что совершил через них Бог, как он отворил язычникам дверь веры. И они оставались с учениками* ещё какое-то время.

Однако из Иудеи* в Антиохию пришли некоторые люди и стали учить братьев: "Вы не можете спастись, если не совершите обряд обрезания* так, как это предписал Моисей*". Это вызвало большие разногласия и споры между ними и Савлом* с Варнавой*. Тогда собрание поручило Савлу*, Варнаве* и некоторым другим из них пойти и задать вопросы* посланникам и старейшинам в Иерусалиме*. После того, как собрание проводило их в путь, они отправились через Финикию и Самарию*, подробно рассказывая о том, как язычники повернулись к Богу; и эта новость вызвала огромную радость у всех братьев. Когда они добрались до Иерусалима*, их радушно приняла мессианская община, а также посланники и старейшины; и они сообщили обо всём, что совершил через них Бог. Однако некоторые из уверовавших принадлежавшие к партии фарисеев*, поднявшись, сказали: "Нужно обрезать их и предписать им соблюдать Пятикнижие* Моисея*". Посланники и старейшины собрались для рассмотрения данного вопроса. После длительных дискуссий поднялся Петр* и сказал им: "Братья, как вам известно, какое-то время назад Бог выбрал из вас меня, чтобы через мои уста язычники* услышали слова Доброй Вести и поверили. И Бог, знающий сердца, в качестве свидетельства дал им Святого Духа*, как и нам; то есть Он не сделал между нами и ими никакого различия, очистив верой их сердца. Так зачем же вы подвергаете испытанию Бога, навязывая на плечи учеников* ярмо, которое ни наши отцы, ни мы сами не были в силах нести? Нет, мы верим и спасаемся только любовью и добротой Господа Иисуса*, и они так же". Затем все в собрании умолкли и стали слушать Варнаву* и Савла*, рассказавших, какие знамения и чудеса совершил через них Бог среди язычников. Затем Иаков*, нарушая тишину, сказал в ответ: "Братья, выслушайте, что я хочу вам сказать. Симон* подробно рассказал о том, как Бог впервые начал проявлять заботу о язычниках*, чтобы создать из их числа народ, который будет носить Его имя. И слова Пророков полностью созвучны этому, так как написано: "'После этого Я возвращусь и отстрою заново разрушенный шатёр Давида. Я подниму его из развалин и восстановлю его, чтобы всё остальное человечество стало искать Господа, то есть все язычники*, призванные Моим именем', — говорит Господь*, совершающий это". Всё это было известно с давних пор. Поэтому я полагаю, что нам не следует создавать препятствия для язычников*, которые обращаются к Богу. Лучше написать им письмо, предписывающее им воздерживаться от всего осквернённого идолами, от блуда, от удавленного и от крови. Так как с давних пор в любом городе есть люди, проповедующие Моисея*, и его слова читаются в синагогах каждую Субботу*". Затем посланники и старейшины вместе со всей мессианской общиной решили выбрать из своей среды людей и отправить их в Антиохию вместе с Савлом* и Варнавой*. Они послали Иуду*, звавшегося Варсавой*, и Силу (оба были ведущими среди братьев) и дали им следующее письмо: От: посланников и старейшин, ваших братьев. Кому: братьям из язычников по всей Антиохии, Сирии и Киликии: Приветствия! Мы слышали, что от нас пошли некоторые люди, не получив на то нашего дозволения, и своими словами встревожили вас и привели в недоумение. Поэтому мы единогласно решили выбрать людей и послать их к вам вместе с нашими дорогими друзьями Варнавой* и Савлом*, которые посвятили свою жизнь тому, чтобы провозглашать имя нашего Господа, Мессии Иисуса*. Итак, мы направили Иуду* и Силу, и они лично подтвердят вам то, о чём мы пишем. Святому Духу* и нам показалось, что не следует возлагать на вас тяжёлого бремени, кроме следующих необходимых условий: воздерживаться от принесённого в жертву идолам, от крови, от удавленного и от блуда. Вы поступите правильно, соблюдая всё это. Мир Вам*! Гонцов проводили в путь, и они прибыли в Антиохию, где собрали всех и вручили им письмо. Прочитав его, люди очень обрадовались такой поддержке. Иуда* и Сила, которые также были пророками, долго говорили с братьями, наставляя и ободряя их. После того, как они пробыли там некоторое время, их проводили в путь, просив передать от братьев "Мир Вам!*" тем, кто прислал их. Но Сила посчитал правильным остаться там. * Савл* же и Варнава* жили в Антиохии, где они вместе со многими другими учили и проповедовали Добрую Весть о Господе. Спустя какое-то время Савл* сказал Варнаве*: "Давай опять пойдём и навестим братьев в тех городах, где мы проповедовали послание о Господе, и посмотрим, как они живут". Варнава* же хотел взять с собой Иоанна*, прозванного Марком. Однако Савлу* показалось, что было бы неразумно брать с собой этого человека, так как тот покинул их в Памфилии, и им пришлось самим выполнять всю работу. Из-за этого у них возникло острое разногласие, и они расстались друг с другом. Варнава* взял с собой Марка и отплыл на Кипр. Савл* же, взяв Силу, отправился в путь после того, как братья вверили его любви и доброте Господа. Он прошёл по всей Сирии и Киликии, ободряя общины.

Савл* спустился в Дервию и направился в Листру, где жил ученик* по имени Тимофей, который был сыном уверовавшей еврейки и грека. О Тимофее хорошо отзывались все братья в Листре и Иконии. Савл* хотел, чтобы Тимофей сопровождал его; он взял его и сделал ему обряд обрезания* из-за евреев, живших в тех местах; так как всем им было известно, что его отец — грек. Проходя по городам, они сообщали людям о решениях, принятых посланниками и старейшинами в Иерусалиме*, и велели им соблюдать их. Таким образом, собрания укреплялись в вере и численно возрастали изо дня вдень. Они путешествовали по областям Фригии и Галатии, поскольку Святой Дух* не позволил им проповедовать послание в Асийской провинции. Подойдя к границе Мисии, они хотели идти в Вифинию, но Дух Иисуса* не пустил их. Тогда, минуя Мисию, они спустились к Троаде. Там Савл* увидел ночью видение, в котором какой-то человек из Македонии стоял и умолял его: "Приди в Македонию и помоги нам!" После этого видения мы тотчас решили отправиться в Македонию, так как пришли к выводу, что Господь призвал нас проповедовать им Добрую Весть. Отплыв из Трои, мы держали курс прямо на Самофракию, а на следующий день отправились в Неаполь. Оттуда пошли в римскую колонию Филиппы, главный город в той области Македонии. В городе мы провели несколько дней; затем в Субботу* вышли через ворота к реке, где, как мы поняли, собирался миньян*. Мы сели и стали беседовать с собравшимися там женщинами. Одна из слушавших женщин, по имени Лидия, была из города Фиатира и торговала пурпурной тканью. Она уже была "боящейся Бога", и Господь открыл её сердце, чтобы она могла принять то, о чём говорил Савл*. После того, как она и все члены её семьи приняли погружение, она пригласила нас к себе: "Если вы считаете, что я предана Господу, приходите и погостите в моём доме". И она продолжала настаивать, пока мы не пошли. Однажды мы направлялись к тому месту, где собирался миньян*, и встретили по дороге девочку-рабыню, в которой жил пифийский дух, позволявший ей предсказывать будущее. Благодаря этим предсказаниям она приносила своим хозяевам большой доход. Девочка шла за Савлом* и за нами и всё время кричала: "Эти люди — слуги Бога Всевышнего*! Они рассказывают вам о том, как можно спастись!" Так продолжалось изо дня в день, пока, наконец, Савл* не выдержал, обернулся и сказал духу: "Именем Мессии Иисуса*, я приказываю тебе выйти из неё!" И в самом деле, дух тотчас вышел. Однако её хозяева, увидев, что им нечего больше надеяться на будущие доходы, схватили Савла* и Силу и потащили их на рыночную площадь, чтобы те предстали перед властями. Приведя их к судьям, они сказали: "Эти люди вызывают в городе беспорядки, так как они евреи. Они навязывают обычаи, которые мы не имеем право принять и исполнять, ведь мы римляне". Толпа набросилась на них, а судьи, сорвав с них одежду, приказали их выпороть. Жестоко избив их, они бросили их в тюрьму, поручив тюремному надзирателю надёжно охранять их. Получив такой приказ, он отвёл их во внутреннюю камеру и крепко забил им ноги в деревянные колодки. Примерно в полночь Савл* и Сила стали молиться и петь Богу хвалебные песни, в то время как остальные узники внимательно слушали. Внезапно произошло сильное землетрясение, от которого пошатнулся даже фундамент тюрьмы. Все двери распахнулись, а цепи ослабли. Тюремный надзиратель проснулся и увидев открытые двери, вынул меч и собирался заколоть себя, так как думал, что узники сбежали. Но Савл* крикнул: "Не делай этого! Мы здесь!" Попросив принести ему факелы, надзиратель вбежал туда, затрясся и упал ничком перед Савлом* и Силой. Затем, выведя их оттуда, сказал: "Люди, что мне делать, чтобы спастись?" Они ответили: "Верь в Господа Иисуса* и спасёшься ты и вся твоя семья!" После чего они рассказали ему и всем его домочадцам весть о Господе. Затем, хотя была уже поздняя ночь, надзиратель взял их и омыл им раны; и тотчас же он и его домашние приняли погружение, после чего он привёл их к себе домой и предложил им поесть; и он и все его домашние устроили празднество в честь того, что поверили в Бога. На следующее утро судьи послали офицеров стражи и приказали им: "Освободите этих людей". Надзиратель рассказал Савлу*: "Судьи отдали приказ выпустить вас обоих. Выходите же и идите с миром своей дорогой". Но Савл* сказал офицерам: "После того, как нас, римских граждан, избили у всех на глазах безо всяких на то оснований и заточили в тюрьму, они хотят тайком избавиться от нас? Ну, нет! Пусть придут и сами выведут нас!" Офицеры доложили об этом судьям, и те перепугались, услышав, что Савл* и Сила — римские граждане. они пришли и извинились перед ними; затем, выведя их оттуда, попросили их покинуть город. Из тюрьмы они направились в дом Лидии; затем, повидав и ободрив братьев, отправились в путь.

Пройдя Амфиполис и Аполлонию, Савл* и Сила прибыли в Фессалонику, где была синагога. Савл*, по своему обыкновению, вошёл туда, и в течение трёх Суббот* преподавал им учения* из Еврейских Писаний*, объясняя и подтверждая с помощью текста, что Мессия должен был перенести страдания и воскреснуть из мёртвых, и что "Иисус*, которого я проповедую вам, и есть Мессия". Некоторые из евреев поверили и решили присоединиться к Савлу* и Силе, а кроме них многие греки из "боящихся Бога" и немалое число знатных женщин. Однако неверующие евреи, охваченные завистью, отыскав каких-то негодяев из тех, что бродят без дела по рыночной площади, собрали из них толпу и устроили в городе беспорядки. Они напали на дом Иасона*, намереваясь вывести Савла* и Силу к народу. Но не обнаружив их, потащили Иасона* и некоторых других братьев к городским властям и стали кричать: "Эти люди, перевернувшие весь мир вверх дном, и сюда добрались! А Иасон* позволил им жить в его доме! Они не повинуются указам императора, так как утверждают, что у них другой царь — Иисус*!" Их слова встревожили народ и власти, так что они отпустили Иасона* и остальных только после того, как те дали им обязательство. Как только настала ночь, братья отправили Савла* и Силу в Верию*. Прибыв туда, они тотчас пошли в синагогу. Местный народ был более благоразумен, нежели жители Фессалоники; они с большим интересом выслушали послание, ежедневно сверяя с Еврейскими Писаниями* то, что говорил Савл*. Многие из них уверовали, кроме того, поверило немало греков — как знатных женщин, так и мужчин. Однако когда неверующие евреи из Фессалоники узнали о том, что Савл* проповедует Божье Слово и в Верии*, они направились туда и устроили там беспорядки, подстрекая народ. Братья немедленно отправили Савла* вниз по побережью, а Сила и Тимофей остались. Люди, пошедшие вместе с Савлом*, проводили его до самых Афин и отправились назад, получив указания передать Силе и Тимофею, чтобы те как можно скорее шли к нему. Пока Савл* ждал их в Афинах, его дух пришёл в смятение при виде города, полного идолов. Тогда он начал устраивать в синагоге дискуссии с евреями и "боящимися Бога", а также ежедневно говорил на рыночной площади со всеми, кто там находился. Кроме того с ним стали встречаться философы эпикурейцы и стоики. Некоторые из них спрашивали: "Что хочет сказать этот болтун?" Другие, из-за того, что он проповедовал Добрую Весть о Иисусе* и воскресении из мёртвых, говорили: "Похоже, он проповедует чужих богов". Они взяли его и повели в Верховный Совет, говоря: "Можем ли мы знать, что за новое учение ты преподаёшь? Кое-что из того, что мы слышим, представляется нам весьма странным, и мы хотели бы знать, что всё это означает". (Все афиняне, а также проживавшие там чужеземцы, охотно проводили свободное время, беседуя и слушая о новейших учениях). Савл* встал посреди собрания Совета и сказал: "Жители Афин, я вижу, что вы очень набожны во всех отношениях! Так как прогуливаясь и осматривая ваши святыни, я обнаружил жертвенник, на котором было начертано: 'Неведомому Богу'. Я же проповедую вам того, которому вы уже поклоняетесь, не подозревая об этом. Бог, сотворивший вселенную и всё, что находится в ней, Господь небес и земли, живёт не в рукотворных храмах; и не нуждается в служении человеческих рук, не испытывая ни в чём недостатка; ведь Он сам даёт каждому жизнь и дыхание и всё остальное. От одного человека Он произвёл все народы, населяющие землю, установив пределы их расселению и времена их процветания. Бог сделал так для того, чтобы люди искали Его, и, возможно, дотянувшись, нашли бы Его — хотя на самом деле Он недалеко от каждого из нас, 'так как в нём мы живём и движемся и существуем'. Действительно, по выражению некоторых из ваших поэтов: 'Поистине мы дети его'. Итак, будучи Божьими детьми, мы не должны полагать, что сущность Бога напоминает золото, серебро или камень, которые принимают форму благодаря мастерству и воображению человека. В прошлом Бог прощал подобное неведение, но сейчас Он велит всем людям обратиться к Нему от своих грехов. Ибо Он назначил День, в который будет справедливо судить весь населённый мир посредством человека, предназначенного Им для этой цели, что Он и доказал всем, воскресив его из мёртвых". При упоминании о воскресении мёртвых некоторые начали высмеивать его, а другие сказали: "Хотелось бы ещё как-нибудь послушать тебя по этому вопросу". И Савл* покинул собрание. Некоторые же остались с ним и поверили, в том числе и член Верховного Совета Дионисий, а также женщина по имени Дамарь, а вместе с ними поверили и некоторые другие.

После этого Савл* покинул Афины и направился в Коринф, где встретил еврея по имени Акила*, который родом был с Понта, и недавно вместе со своей женой Прискиллой перебрался из Италии, так как Клавдий издал указ об изгнании евреев из Рима. Савл* пошёл к ним домой, и поскольку они занимались одинаковым ремеслом — делали палатки — он остался у них, и они стали работать вместе. Кроме того каждую Субботу* Савл* стал проводить в синагоге дискуссии, стараясь убедить как евреев, так и греков. Но после того, как из Македонии вернулись Сила и Тимофей, Савл* ещё глубже почувствовал необходимость нести весть и начал обстоятельно свидетельствовать евреям о том, что Иисус* — Мессия. Однако видя, что они настроены против него и осыпают его оскорблениями, он отряхнул свою одежду и сказал им: "Ваша кровь да будет на ваших головах! Что касается меня, я чист; теперь же я пойду к язычникам*!" Итак, он оставил их и направился к одному из "боящихся Бога" по имени Тит Иуст, дом которого был расположен по соседству с синагогой. Крисп, начальник синагоги, поверил в Господа вместе со всей своей семьёй; кроме того многие из слушавших коринфян поверили и приняли погружение. Однажды ночью Господь обратился к Савлу* в видении: "Не бойся, но говори и не умолкай, потому что Я с тобой. Никто не сможет причинить тебе вреда, поскольку в этом городе у Меня много людей". Итак, Савл* оставался там полтора года, уча их Божьему слову. Однако когда римским наместником Ахайи стал Галлион, неверующие евреи сообща набросились на Савла* и привели его в суд, говоря: "Этот человек пытается убедить людей поклоняться Богу не по Пятикнижию*". Савл* не успел и слова сказать, как Галлион обратился к евреям: "Послушайте, евреи, если бы речь шла о нанесении телесных повреждений или о серьёзном преступлении, вы были бы вправе ожидать, что я терпеливо выслушаю вас. Но поскольку дело касается слов, имён и вашего собственного закона, вы сами и должны разбираться в этом. Я наотрез отказываюсь рассматривать подобные вопросы". И он приказал выгнать их из суда. Тогда они схватили Сосфена, начальника синагоги, и избили его на виду у всех судей, но Галлион не проявил к этому никакого интереса. Савл* оставался там ещё некоторое время, затем попрощался с братьями и отплыл в Сирию; перед этим он остриг волосы в Кенхрее, поскольку дал обет; с ним были Прискилла и Акила*. Они прибыли в Ефес*, и там он покинул их, а сам пошёл в синагогу и побеседовал с евреями. Когда они попросили его побыть у них подольше, он отказался; однако на прощание сказал: "Если Богу будет угодно, я ещё вернусь к вам". После чего он отплыл из Ефеса*. Высадившись в Кесарии, он направился в Иерусалим* и навестил мессианскую общину. Затем он спустился в Антиохию, провёл там некоторое время и после этого отправился в путь и по очереди обошёл города Галатии и Фригии, ободряя учеников*. Тем временем в Ефес* пришёл еврей по имени Аполлос, уроженец Александрии. Он был очень красноречив и основательно знал Еврейские Писания*. Этот человек был осведомлён о Пути Господа, он правильно говорил и учил о Иисусе* с огромным духовным рвением, зная только погружение Иоанна*. Он начал смело говорить в синагоге. Услышав его, Прискилла и Акила* отвели его в сторону и более подробно объяснили ему Божий Путь. Когда он решил добраться до Ахайи, братья поддержали его и написали ученикам*, находившимся там, чтобы те приняли его. Придя туда, он оказал большую помощь уверовавшим по благодати; так как он резко и убедительно спорил публично с неверующими евреями, доказывая с помощью Еврейских Писаний*, что Иисус* — Мессия.

В то время как Аполлос находился в Коринфе, Савл* завершил свои путешествия по внутренним областям и прибыл в Ефес*, где нашёл нескольких учеников*. Он спросил у них: "Приняли ли вы Святого Духа*, когда уверовали?" "Нет, — отвечали те, — мы даже никогда не слышали, что есть нечто такое, как Святой Дух*". "В таком случае, — сказал он, — во что же вы были погружены?" "В погружение Иоанна*", — ответили они. Савл* сказал: "Иоанн* проводил погружение, символизирующее оставление грехов и возвращение к Богу, но он говорил, чтобы люди верили в того, кто идёт вслед за ним, то есть в Йешуа". Услышав это, они приняли погружение во имя Господа Иисуса*; и когда Савл* возложил на них руки, Святой Дух* сошёл на них, и они начали говорить на языках и пророчествовать. Всего же их было около двенадцати человек. Савл* вошёл в синагогу; и в течение трёх месяцев смело говорил, вступая в беседу с людьми и пытаясь убедить их о Божьем Царстве. Однако некоторые ожесточили сердца и отказывались слушать, и когда они стали порочить Путь перед всей синагогой, Савл* удалился, забрав с собой учеников*, и начал проводить ежедневные беседы в школе изучения Учения* Тирана. Это продолжалось в течение двух лет, так что все жители Асийской провинции, как евреи, так и греки, услышали весть о Господе. Бог совершал через Савла* невероятные чудеса. К примеру, больным приносили его платки и передники, и они исцелялись от своих недугов, и злые духи выходили из них. Тогда некоторые из странствовавших еврейских экзорцистов попытались воспользоваться именем Господа Иисуса* при изгнании из людей злых духов. Они стали говорить: "Изгоняю вас тем Иисусом*, которого проповедует Савл*!" Как-то раз это делали семь сыновей еврейского первосвященника* Скевы, и злой дух ответил им, сказав: "Иисуса* я знаю. И Савл* мне известен. А вы кто такие?" Затем человек, в котором был злой дух, набросился на них, одолел их и так избил, что те поспешно выбежали из того дома, нагие и израненные. Когда об этом стало известно жителям Ефеса*, всех их охватил страх, как евреев, так и греков; а имя Господа Иисуса* было в большом почёте. Многие из тех, кто раньше заявляли о своей вере, стали приходить и открыто признаваться в своих преступлениях; и довольно много людей, занимавшихся колдовством, собрали все свои свитки и при всём народе сожгли их. Они подсчитали стоимость свитков, и оказалось, что она составляла пятьдесят тысяч драхм. Таким образом, весть о Господе стала приобретать всё большее влияние. Некоторое время спустя Савл* духом решил пройти Македонию и Ахайю, а затем идти в Иерусалим*. "После того, как я побываю там, — сказал он, — я должен пойти в Рим". Итак, он отправил в Македонию двоих из тех, кто помогал ему, Тимофея и Эраста, а сам на время остался в Асийской провинции. Тогда же и произошли беспорядки, направленные против Пути. Там жил некий Деметрий, серебряных дел мастер, изготовлявший из серебра предметы, связанные с культом богини Артемиды; он неизменно обеспечивал ремесленников работой. Он устроил встречу, собрав их и некоторых других, занимавшихся сходным ремеслом, и сказал: "Друзья, вы знаете, что этим занятием мы зарабатываем себе на жизнь. И как вы сами видите и слышите, не только здесь, в Ефесе*, но практически во всей Асийской провинции, этот Савл* смог убедить и настроить большое количество народа, говоря, что боги, созданные руками человека, — вовсе не боги. Опасность же не только в том, что пострадает репутация нашего ремесла, но и в том, что люди перестанут почтительно относиться к храму великой богини Артемиды. Это может привести к тому, что саму богиню, почитаемую по всей Асийской провинции, да и во всём мире, позорно лишат её божественного величия!" Услышав это, они пришли в ярость и заревели: "Велика Артемида Эфесская!". Вскоре весь город был в панике. Все как один ринулись к театру, ведя за собой Гая и Аристарха, спутников Савла*, пришедших с ним из Македонии. Сам Савл* хотел выйти к толпе, однако ученики* не пустили его. Даже некоторые начальники из этой провинции, его друзья, послали к нему и упрашивали его не рисковать и не входить в театр. Между тем одни кричали одно, а другие — другое, так как собрание находилось в абсолютном замешательстве, и большинство людей даже не знали, для чего они пришли туда. Некоторые люди в толпе объяснили происходящее Александру, которого евреи вытолкнули вперёд. Тогда Александр жестом показал, чтобы все замолчали, собираясь произнести речь в их защиту. Но как только выяснилось, что он еврей, все стали кричать в один голос: "Велика Артемида Эфесская!", и это продолжалось около двух часов. Наконец, городскому чиновнику удалось успокоить толпу. "Жители Ефеса*! — сказал он. — Есть ли здесь кто-либо не знающий о том, что город Ефес* является стражем храма великой Артемиды и священного камня, упавшего с неба? Поскольку это бесспорно, вам лучше успокоиться и не поступать опрометчиво. Ведь вы привели сюда людей, которые не грабили храм и не оскорбляли вашу богиню. Итак, если у Деметрия и его товарищей по ремеслу есть на кого-либо жалоба, суды открыты и есть судьи — пусть они предъявляют друг другу обвинения. Если же вы хотите ещё чего-нибудь, это должно решаться на законном собрании. Есть опасность, что нас обвинят в нарушении общественного порядка в связи с тем, что сегодня произошло. Для этого не было никаких оснований, и если от нас потребуют отчёта, мы никак не сможем пояснить цель этого незаконного собрания". И с этими словами он распустил народ.

После того, как волнения улеглись, Савл* позвал учеников* и ободрил их, а затем покинул их и направился в Македонию. Он прошёл всю область, затем, поговорив с людьми и вселив в них уверенность, пошёл дальше, в Грецию, где провёл три месяца. Готовясь к отплытию в Сирию, он разузнал, что неверующие евреи составили против него заговор; тогда он передумал и решил вернуться через Македонию. Его сопровождал Сосипатр* из Верии*, сын Пирра, а также Аристарх и Секунд из Фессалоники, Гай из Дервии, Тимофей и Тихик и Трофим из Асийской провинции. Все они отправились в путь и ожидали нас в Троаде, а мы отплыли из Филипп после Дней Мацы. Спустя пять дней мы встретились с ними в Троаде, где провели неделю. В вечер субботы*, когда мы собрались для преломления хлеба, Савл* обратился к ним и говорил до полуночи, так как на следующий день собирался уходить оттуда. В комнате наверху, в которой мы встречались, горело множество масляных светильников. Один юноша по имени Евтих сидел на подоконнике, и по мере того, как Савл* преподавал учение*, он засыпал, и в конце концов заснул и упал с третьего этажа на землю. Когда его подняли, он был мёртв. Но Савл*, спустившись, бросился к нему, обнял его и сказал: "Не расстраивайтесь, он жив!" Затем снова пошёл наверх, преломил хлеб и поел. Он проговорил с ними до рассвета, а потом ушёл. Они же, испытав огромное облегчение, отвели мальчика домой живого. Мы пошли дальше, к кораблю, и отплыли в Асс, где собирались взять на борт Савла*. Он так договорился с нами, потому что хотел добраться туда по суше. Встретившись с ним в Ассе, мы взяли его на корабль и продолжили путь на Митилину. На следующий день мы отплыли оттуда и остановились близ Хиоса; на другой день достигли Самоса, а ещё через день прибыли в Милет. Савл* решил не заходить по пути в Ефес*, и не тратить зря время в Асийской провинции, так как он торопился в Иерусалим*, чтобы прийти вовремя к празднику Пятидесятницы*. Однако он всё же послал людей из Милета в Ефес* и позвал к себе старейшин мессианской общины. Когда они пришли, он сказал им: "Вы сами знаете о том, что с того дня, как я высадился в Асийской провинции, я всё время находился с вами, служа Господу с большим смирением и со слезами, несмотря на все испытания, которые мне пришлось пройти из-за козней неверующих евреев. Вам известно, что я не утаил ничего, что могло бы быть для вас полезным, и что я учил вас и при всём народе, и по домам, обстоятельно провозглашая одинаковое послание как евреям, так и грекам: обратитесь от своих грехов к Богу, доверьтесь нашему Господу, Мессии Иисусу*. А теперь, понуждаемый духом, я иду в Иерусалим*. Не знаю, что ждёт меня там, ведь в каждом городе Святой Дух* неизменно предупреждает меня о предстоящем заточении и преследованиях. Но я не придаю большого значения собственной жизни, только бы завершить предстоящий мне путь, исполнить задание, полученное от Господа Иисуса* — обстоятельно провозглашать Добрую Весть о Божьей любви и доброте. Послушайте же! Я знаю, что ни один из вас, тех, среди которых я ходил и провозглашал Царство, никогда больше не увидит меня. Поэтому в этот день я свидетельствую, что не виновен ни в чьей крови. Так как я не упускал возможности сообщать вам обо всех Божьих намерениях. Будьте осторожны сами и оберегайте стадо, во главе которого поставил вас Святой Дух*, чтобы пасти мессианскую общину Бога, которую Он приобрёл ценой крови Собственного Сына. Я знаю, что после того, как я уйду, среди вас появятся свирепые волки; и они не пощадят стадо. Даже среди вас самих появятся люди, которые будут учить, искажая истину, чтобы увлечь за собой учеников*. Поэтому будьте бдительны! Помните, что в течение трёх лет, день и ночь, со слезами на глазах я непрестанно предостерегал вас! И теперь я отдаю вас на попечение Господа и вести о Его любви и доброте, так как она может укрепить вас и дать вам наследство вместе со всеми теми, кто был отделён для Бога. Я не желал ни от кого ни серебра, ни золота, ни одежды. Вы сами знаете, что вот этими руками я зарабатывал себе на жизнь, а также помогал своим товарищам по работе. Во всём я подал вам пример, как, усердно трудясь, нужно помогать слабым, помня слова самого Господа Иисуса*: 'Больше радости в том, чтобы давать, нежели в том, чтобы получать'". После того, как Савл* закончил говорить, он и все остальные встали на колени и помолились. Все были в слезах, бросаясь ему на шею и целуя его на прощание. Особенно огорчили их его слова о том, что они больше не увидятся. Затем они проводили его на корабль.

После долгих расставаний со старейшинами Ефеса*, мы отплыли и держали курс прямо на Кос. На следующий день мы поплыли на Родос, а оттуда — в Патару. Найдя там корабль, направлявшийся в Финикию, мы сели на него и отплыли. Увидев Кипр, мы обогнули его слева, поплыли в Сирию и высадились в Тире*, так как там разгружали корабль. Разыскав там учеников*, мы остались на неделю. Направляемые Духом, они сказали Савлу*, чтобы он не восходил в Иерусалим*; но проведя там неделю, мы вновь отправились в путь. Все они вместе с жёнами и детьми провожали нас до окраины города. На берегу мы встали на колени и помолились, и попрощались друг с другом. Затем мы сели на корабль, а они возвратились домой. Завершив плавание, мы прибыли из Тира* в Птолемаиду. Там мы поприветствовали братьев и переночевали у них. На другой день мы ушли оттуда и прибыли в Кесарию. Там мы направились к дому Филиппа, проповедника Доброй Вести, одного из Семи, и остановились у него. У Филиппа было четыре незамужних дочери, обладавших даром пророчества. В то время как мы находились там, из Иудеи* пришёл пророк по имени Агав и навестил нас. Он взял пояс Савла*, связал самого себя по рукам и ногам и сказал: "Вот что говорит Святой Дух*: человека, которому принадлежит этот пояс, иудеяне свяжут вот так в Иерусалиме* и передадут язычникам*". Услышав это, мы и находившиеся там стали умолять его, чтобы он не шёл в Иерусалим*; однако Савл* ответил: "Что вы делаете? Зачем вы плачете и пытаетесь поколебать мою решимость? Я не только готов быть связанным, но даже умереть в Иерусалиме* за имя Господа Йешуа". И увидев, что его не переубедить, мы сказали: "Да исполнится воля Господа" — и замолчали. Итак, по окончании нашего пребывания там, мы уложили вещи и отправились в Иерусалим*; с нами пошли также некоторые ученики* из Кесарии. Они привели нас в дом одного человека, у которого мы должны были остановиться, к Мнасону из Кипра, который уже долгое время был учеником*. В Иерусалиме* нас тепло приняли братья. На следующий день Савл* и все остальные пошли к Иакову*, также там присутствовали все старейшины. Поприветствовав их, Савл* подробно описал всё, что Бог его усилиями совершил среди язычников. Услышав об этом, они прославили Бога, а также сказали ему: "Видишь, брат, сколько верующих среди иудеян — многие десятки тысяч, и все они ревнители Пятикнижия*. Им же сказали о тебе, что ты учишь евреев, живущих среди язычников*, чтобы они отступили от Моисея*, и говоришь им не делать сыновьям обрезания* и не соблюдать традиции. Что же, в таком случае, делать? Они обязательно узнают о том, что ты здесь. Поэтому сделай так, как мы скажем тебе. У нас есть четыре человека, давших обет. Возьми их с собой, пройди вместе с ними очищение и оплати их расходы, чтобы они остригли голову. Тогда все узнают, что дошедшие до них слухи о тебе неверны; и что, напротив, ты сам по-прежнему в согласии с Пятикнижием* и соблюдаешь его. Что же касается язычников*, поверивших в Иисуса*, мы все участвовали в составлении письма, в котором сообщили о нашем решении, чтобы они воздерживались от принесённого в жертву идолам, от крови, от удавленного и от блуда". На следующий день Савл* взял тех людей, прошёл вместе с ними очищение и вошёл в Храм, чтобы сообщить всем о том, когда закончится время очищения и будут принесены жертвы за каждого из них. Когда эти семь дней были почти на исходе, какие-то неверующие евреи из Асийской провинции увидели его в Храме, вызвали переполох в толпе и набросились на него. "Люди Израиля, помогите, — кричали они. — Этот человек ходит повсюду и учит против народа, против Пятикнижия* и против этого места! А теперь он даже завёл в Храм язычников* и осквернил святое место!" (Перед этим они видели с ним в городе Трофима из Ефеса* и подумали, что Савл* привёл его в Храм). Весь город пришёл в смятение, и отовсюду стали сбегаться люди. Они схватили Савла* и силой вывели из Храма, и тотчас ворота были заперты. Когда они уже собирались его убить, до командующего римским батальоном дошло известие о том, что весь Иерусалим* охвачен паникой. Он тут же взял офицеров и солдат и направился к ним. Увидев командующего, они перестали бить Савла*. Затем командующий, подойдя, взял его под стражу и приказал сковать его двумя цепями. Он спросил, кто это и что он сделал. Люди в толпе начали кричать каждый своё; тогда он, не сумев из-за стоявшего шума разобраться в том, что произошло, велел отвести его в казарму. Когда Савл* поднимался по лестнице, солдатам пришлось нести его из-за разъярённой толпы. Люди продолжали идти следом и кричали во весь голос: "Убейте его!" У входа в казарму Савл* обратился к командующему: "Можно тебе кое-что сказать?" Командующий ответил: "Ты знаешь греческий! Скажи, ты случайно не тот египтянин, который пытался некоторое время назад поднять мятеж и повёл в пустыню четыреста вооружённых бунтовщиков?" Савл* сказал: "Я еврей из Тарса, что в Киликии, гражданин важного города; я прошу, чтобы ты позволил мне поговорить с народом". Получив разрешение, Савл*, стоя на лестнице, сделал рукой людям знак. Когда, наконец, они утихли, он обратился к ним на еврейском языке:

"Братья и отцы! Выслушайте мои оправдания перед вами!" Услышав, что он говорит с ними по-еврейски, они успокоились, и он продолжил: "Я еврей, родом из Тарса, что в Киликии, воспитывался же в этом городе и учился у ног Гамалиила* всем тонкостям Пятикнижия* наших предков. Я был ревнителем Бога, как и все вы теперь. Я преследовал до смерти последователей этого Пути, арестовывая как мужчин, так и женщин, и заточая их в тюрьму. Первосвященник* и весь синедрион* могут подтвердить это. Получив от них письма к их собратьям в Дамаске*, я отправился в путь, чтобы задержать их в этом городе и привести в Иерусалим* для наказания. Когда я находился в пути и приближался к Дамаску*, было около полудня. Внезапно меня осветил ослепительный свет с небес. Я упал на землю и услышал голос, говорящий мне: 'Савл*! Савл*! Почему ты всё время преследуешь меня?' Я ответил: 'Господин, кто ты?' 'Я Иисус* из Назарета*, — сказал он мне, — ты же преследуешь меня!' Мои спутники видели свет, но не слышали голоса говорившего со мной. Я спросил: 'Что мне делать, Господь?' И Господь сказал мне: 'Встань и иди в Дамаск*, там тебе расскажут обо всём, что тебе поручено исполнить'. Я был ослеплён ярким светом, так что спутникам моим пришлось вести меня в Дамаск* за руку. Человек по имени Анания*, исполняющий все предписания Пятикнижия*, бывший в большом почёте у всей местной еврейской общины, пришёл ко мне, встал рядом и сказал: 'Брат Савл*, прозри!' И в тот же миг я прозрел и увидел его. Он сказал: 'Бог наших отцов предопределил, чтобы ты узнал Его волю, увидел Цадика и услышал его голос; так как ты станешь свидетелем Ему перед всеми людьми, говоря о том, что ты слышал и видел. Теперь, чего же ты ждёшь? Встань, прими погружение и омой свои грехи, призывая Его имя'. После моего возвращения в Иерусалим*, случилось так, что во время молитвы в Храме, будучи в полубессознательном состоянии я увидел Иисуса*. Он сказал мне: 'Поторопись! Немедленно уходи из Иерусалима*, так как здесь не примут того, что ты хочешь сказать обо мне'. Я сказал: 'Господь, им хорошо известно, что из каждой синагоги я бросал в тюрьму и бил плетью верящих в тебя; и что когда проливалась кровь твоего свидетеля Стефана, я тоже находился там, полностью одобряя происходящее; и даже присматривал за одеждой убивавших его!' Но он сказал: 'Отправляйся! Так как я пошлю тебя далеко — к язычникам*!' Они слушали его до этого момента, а затем стали громко кричать: 'Избавьте землю от этого человека! Он недостоин жить!' — они вопили, размахивали одеждой и бросали в воздух пыль; тогда командующий приказал отвести его в казарму и велел расспросить его и высечь плетью, чтобы выяснить, почему они так на него кричали. Однако, когда его растянули ремнями, чтобы высечь, Савл* обратился к стоявшему рядом капитану: "Разве это законно — бить римского гражданина, которого даже не судили?" "Услышав это, капитан пошёл и доложил командующему: "Вы понимаете, что делаете? Этот человек — римский гражданин!" Командующий подошёл к Савлу* и спросил у него: "Скажи, ты действительно римский гражданин?" "Да", — ответил тот. Командующий сказал: "Я отдал немалые деньги, чтобы получить гражданство". "А я родился в нём", — ответил Савл*. Тут же люди, собиравшиеся допрашивать его, отошли в сторону. Командующий же, осознав, что он сковал цепью римского гражданина, также испугался. На следующий день, желая знать, в чём конкретно иудеяне обвиняют его, он освободил его и приказал собрать руководящих священников* и весь синедрион*. Затем он вывел Савла* и поставил его перед ними.

Савл* пристально посмотрел на них и сказал: "Братья, я исполнял все свои обязанности перед Богом с совершенно чистой совестью вплоть до настоящего момента". Однако первосвященник*, Анания*, приказал стоявшим рядом с ним ударить его по губам. Тогда Савл* сказал ему: "Бог поразит тебя, стена побелённая! Ты сидишь там, чтобы судить меня согласно Пятикнижию*, и в то же время, нарушая Пятикнижие*, приказываешь ударить меня?" Стоявшие рядом люди сказали: "Ты оскорбляешь самого первосвященника* Божьего!" Савл* сказал: "Я не знал, братья, что это первосвященник*, ведь в Пятикнижии* сказано: 'Не говори пренебрежительно о правителе своего народа'". Зная о том, что часть синедриона* состояла из саддукеев*, а другая часть — из фарисеев*, Савл* воскликнул: "Братья, я сам фарисей* и сын фарисеев*, и судят меня за надежду на воскресение из мёртвых!" Когда он произнёс это, между фарисеями* и саддукеями* разгорелся спор, и мнения собрания разошлись, поскольку саддукеи* отрицают воскресение и существование ангелов и духов, в то время как фарисеи* признают и то и другое. Итак, поднялся шум. Некоторые книжники*, бывшие на стороне фарисеев*, также встали и вступили в спор: "Мы не находим в этом человеке никакой вины, а если с ним говорил дух или ангел, что из того?" Разногласия становились всё острее, так что командующий, опасаясь, что они разорвут Савла* на части, приказал солдатам спуститься туда, взять его силой и отвести обратно в казарму. Следующей ночью Господь, явившись ему, сказал: "Мужайся! Ибо как ты верно свидетельствовал обо Мне в Иерусалиме*, теперь так же ты должен свидетельствовать в Риме". На другой день некоторые из иудеян составили заговор. Они дали клятву, обещая не есть и не пить до тех пор, пока не убьют Савла*; и в этот тайный сговор вступили более сорока человек. Они направились к руководящим священникам* и старейшинам и сказали: "Мы связали себя клятвой не дотрагиваться до пищи, пока не убьём Савла*. Вам же нужно сделать вид перед командующим, что вы вместе с синедрионом* хотите более обстоятельно рассмотреть дело Савла*, и пусть он выведет его к вам. Мы же готовы убить его прежде, чем он подойдёт туда". Однако сын сестры Савла*, узнав о готовившейся западне, пошёл в казарму и рассказал об этом Савлу*. Савл* позвал одного из офицеров и сказал: "Отведите этого человека к командующему, он хочет о чём-то сообщить ему". Тогда он взял его, привёл к командующему и сказал: "Заключённый Савл* позвал меня и попросил привести к тебе этого человека, так как он хочет о чём-то рассказать тебе". "Командующий взял его за руку, отвёл в сторону и с глазу на глаз спросил его: "О чём ты хочешь мне рассказать?" Тот ответил: "Иудеяне условились попросить тебя вывести завтра Савла* к синедриону* под тем предлогом, что хотят более основательно рассмотреть его дело. Но ты не соглашайся на это, потому что его будут поджидать больше сорока человек, которые поклялись не есть и не пить, пока не убьют его. Они уже готовы и ждут только, что ты согласишься исполнить их просьбу". Командующий отпустил юношу, предупредив его: "Не говори никому, что ты поставил меня в известность". Затем он позвал к себе двух капитанов и сказал им: "Приготовьте двести пехотинцев, семьдесят всадников и двести копьеносцев, чтобы они отправились в Кесарию сегодня в девять вечера; а также подготовьте замену для лошади Савла* на тот случай, если она устанет; и доставьте его невредимым к правителю Феликсу". И он написал письмо следующего содержания: от: Клавдия Лисия. Кому: Его Превосходительству правителю Феликсу: Приветствие! Этого человека схватили иудеяне и уже были готовы убить его, когда я вместе со своими воинами прибыл на место происшествия и освободил его. Узнав о том, что он римский гражданин, я захотел в точности разобраться, в чём он обвиняется, и привёл его в их синедрион*. Я выяснил, что его обвиняют в связи с некоторыми вопросами их "Пятикнижия*", и что он не совершил ничего такого, что заслуживало бы смерти или тюремного заключения. Однако, когда мне доложили о заговоре против этого человека, я тотчас направил его к тебе и приказал его обвинителям вынести это дело на твой суд." Итак, солдаты, выполняя приказ, взяли ночью Савла* и отвели его в Антипатриду, затем вернулись в казарму, а всадники сопровождали его дальше. Они привели его в Кесарию, вручили правителю письмо и передали ему Савла*. Правитель прочитал письмо и спросил, из какой он области, и узнав, что он из Киликии, сказал: "Я выслушаю тебя после того, как прибудут твои обвинители", и приказал держать его под стражей в штабе Ирода.

Спустя пять дней, прибыли первосвященник* Анания*, некоторые старейшины и юрист по имени Тертулл и вынесли дело Савла* на рассмотрение правителя. После того, как вызвали Савла*, Тертулл начал выдвигать обвинения: "Достопочтенный Феликс, именно тебе мы обязаны царящим спокойствием, и именно твоя предусмотрительность принесла этому народу такое множество преобразований во многих сферах, что мы признаём с огромной благодарностью. Но чтобы не отнимать у тебя много времени, прошу тебя быть снисходительным и коротко выслушать нас. Мы обнаружили, что этот человек — язва общества. Он ведёт агитацию среди евреев по всему миру и является главарём секты назаретян*. Он даже пытался осквернить Храм, но мы схватили его. Мы хотели судить его по нашему закону, но вмешался командующий Лисий. Он силою забрал его из наших рук и приказал его обвинителям предстать перед тобой. Допросив этого человека, ты сможешь сам узнать обо всём, в чём мы его обвиняем." Иудеяне тоже стали обвинять его и подтверждать всё сказанное. Правитель дал Савлу* знак говорить, и тот начал: "Я знаю, что ты в течение многих лет судишь этот народ, поэтому я рад тому, что должен произнести перед тобой речь в свою защиту. Как ты и сам можешь проверить, не прошло ещё и двенадцати дней с тех пор, как я прибыл в Иерусалим* для поклонения; и ни в Храме, ни в синагогах, ни где-либо ещё в городе никто не видел, что бы я с кем-нибудь спорил или собирал вокруг себя народ. Они никак не могут доказать то, в чём обвиняют меня. Но вот что я действительно признаю: я почитаю Бога наших отцов в соответствии с учением Пути (который они называют сектой). Я не переставал верить всему, что соответствует Пятикнижию* и всему, что написано в Пророках. И не теряю надежды в Боге на то, что будет воскресение праведных и неправедных, что они тоже признают. Именно по этой причине я считаю своим долгом всегда иметь чистую совесть перед Богом и людьми. Несколько лет я не был в Иерусалиме*, и затем пришёл туда, чтобы передать своему народу благотворительный дар и принести жертвы. Именно при совершении последнего они и нашли меня в Храме. Я же был ритуально чист, не участвовал в народных собраниях и не вызывал беспорядков. Однако некоторые евреи из Асийской провинции — им следовало бы явиться к тебе и предъявить свои обвинения, если они имеют что-либо против меня! Или же пусть эти люди сами скажут, в каком преступлении они меня обвиняли, когда я стоял перед синедрионом*, кроме тех слов, что я выкрикнул, стоя посреди них: 'Сегодня меня судят за то, что я верю в воскресение мёртвых!'" Феликс, располагавший довольно подробной информацией о Пути, отсрочил рассмотрение, говоря: "Я вынесу решение по вашему делу после прибытия командующего Лисия". Он приказал капитану содержать Савла* под стражей, но при этом предоставить ему относительную свободу и не запрещать никому из его друзей заботиться о нём. Спустя несколько дней Феликс пришёл вместе со своей женой Друзиллой, которая была еврейкой, велел привести Савла* и слушал, как тот говорил о вере в Мессию Иисуса*. Однако когда Савл* начал говорить о праведности, воздержании и будущем Суде, Феликс испугался и сказал: "Теперь уходи! Я пошлю за тобой, когда будет возможность." При этом он надеялся, что Савл* предложит ему денег, поэтому посылал за ним довольно часто и беседовал с ним. По прошествии двух лет Феликса сменил на его посту Порций Фест. Но поскольку Феликс хотел оказать иудеянам услугу, он оставил Савла* в заключении.

Через три дня после того, как Фест прибыл в провинцию, он направился из Кесарии в Иерусалим*. Там руководящие священники* и вожди иудеян сообщили ему о деле Савла* и просили его оказать им услугу и прислать этого человека в Иерусалим*. (Они сговорились напасть на него из засады и убить) Фест ответил, что Савл* содержится в Кесарии под стражей и что он сам вскоре собирается направиться туда. "Итак, — сказал он, — пусть от вас со мной пойдут сведущие люди и предъявят этому человеку обвинения, если он в чём-то виновен". Пробыв с ними не больше восьми или десяти дней, Фест отправился в Кесарию; и на следующий день занял место в суде и приказал привести Савла*. Когда тот пришёл, иудеяне, пришедшие из Иерусалима*, окружили его и стали выдвигать против него множество серьёзных обвинений, которые не могли ничем обосновать. В ответ Савл* сказал: "Я не совершил никакого преступления — ни против Пятикнижия*, которого держатся иудеяне, ни против Храма, ни против императора". Однако Фест, желая оказать иудеянам услугу, спросил у Савла*: "Хочешь ли ты пойти в Иерусалим* и предстать перед моим судом в связи с данными обвинениями?" Савл* ответил: "Я нахожусь сейчас в суде императора, здесь и следует судить меня. Я не причинил иудеянам никакого зла, что тебе очень хорошо известно. Если же я преступник, если я сделал что-либо заслуживающее смерти, тогда я готов умереть. Но если обвинения, которые мне предъявляют, не имеют под собой основы, никто не может выдать меня им только в виде одолжения. Я требую императорского суда!" Тогда Фест, поговорив со своими советниками, сказал в ответ: "Ты потребовал суда императора, к императору и отправишься!" Спустя несколько дней в Кесарию прибыли царь Агриппа и Береника, чтобы засвидетельствовать Фесту своё почтение. Поскольку они остались там на некоторое время, Фесту представился случай ознакомить царя с делом Савла*. "Здесь есть один человек, — сказал он, — которого Феликс оставил в заключении. Когда я был в Иерусалиме*, мне рассказали о нём руководящие священники* и старейшины иудеян и просили меня вынести ему приговор. Я ответил им, что у римлян не принято выдавать осуждённого только для того, чтобы сделать кому-то одолжение, прежде чем он встретится с обвинителями лицом к лицу и будет иметь возможность отстаивать свою невиновность. Поэтому когда они прибыли сюда вместе со мной, я не медлил и на следующий же день занял своё место в суде и приказал привести этого человека. Когда поднялись обвинители, то вместо того, чтобы выдвинуть против него обвинения в серьёзных преступлениях, как я того ожидал, они начали спорить с ним о некоторых вопросах их религии, и в особенности о каком-то умершем Иисусе*, который, по утверждению Савла*, жив. Находясь в затруднении по поводу решения подобных вопросов, я спросил у него, не желает ли он отправиться в Иерусалим* и там предстать перед судом по этому делу. Но так как Савл* потребовал, чтобы его оставили в заключении, а его дело решалось его императорским величеством, я приказал охранять его до тех пор, пока я не пошлю его к императору." Агриппа сказал Фесту: "Я сам давно хотел послушать этого человека". "Завтра, — ответил тот, — ты услышишь его". Итак, на следующий день Агриппа и Береника прибыли с большой торжественностью и прошли в зал слушаний в сопровождении военачальников и известнейших граждан города. Затем по приказу Феста ввели Савла*. Фест сказал: "Царь Агриппа и все присутствующие здесь среди нас, видите ли вы этого человека? Вся община иудеян жаловалась мне на него как в Иерусалиме*, так и здесь, заявляя, что его нельзя оставить в живых. Однако я обнаружил, что он не сделал ничего такого, что заслуживало бы смертного приговора. Когда же он сам потребовал императорского суда, я решил направить его туда. Тем не менее, я не могу написать о нём его величеству ничего определённого. Вот почему он предстал перед всеми вами, а особенно перед тобою, царь Агриппа, чтобы после того, как мы допросим его, мне было что написать. Мне кажется, было бы неразумно посылать заключённого, не указав при этом, какие обвинения против него выдвинуты ".

Агриппа обратился к Савлу*: "Тебе разрешается говорить в свою защиту". Тогда Савл* сделал знак рукой и начал речь в свою защиту: "Царь Агриппа, я почитаю за счастье защищаться сегодня перед тобой, отстаивая свою непричастность к тому, в чём обвиняют меня евреи, поскольку ты прекрасно осведомлён обо всех еврейских обычаях и разногласиях. Поэтому, прошу тебя терпеливо меня выслушать. Итак, всем евреям известно то, как я жил с самой юности в родной стране и в Иерусалиме*. Они давно знают меня, и если захотят, могут подтвердить, что я принадлежал строжайшей партии нашей религии — то есть был фарисеем*. Как странно, что сейчас я стою на суде из-за надежды на обещание, данное нашим отцам, исполнение которого надеются увидеть наши двенадцать колен, усердно поклоняясь день и ночь. Тем не менее, именно за эту надежду, ваше величество, и обвиняют меня сегодня евреи! Почему же вам кажется невероятным, что Бог воскрешает мёртвых? Я думал раньше, что обязан прилагать все силы к тому, чтобы бороться с именем Иисуса* из Назарета*; что я и делал в Иерусалиме*. Получив полномочия от руководящих священников*, я лично бросил в тюрьмы многих из Божьего народа, а когда их казнили, я давал на это своё согласие. Я часто ходил по синагогам, подвергая их наказаниям и принуждая богохульствовать, и в своей слепой ярости против них я даже начал преследовать их за пределами страны. С этой же целью я направился в Дамаск*, получив от руководящих священников* неограниченные полномочия и власть. Я находился в пути, ваше величество, и был полдень, когда я увидел свет с небес, ярче солнечного, осветивший меня и моих спутников. Мы все упали на землю, затем я услышал голос, говоривший мне по-еврейски: 'Савл*! Савл*! Почему ты всё время преследуешь меня? Трудно тебе идти против рожна!' Я спросил: 'Кто ты, господин?', и Господь ответил: 'Я Иисус*, ты же преследуешь меня! Поднимись же и встань на ноги! Я явился тебе, чтобы ты стал служить мне и свидетельствовать о том, что я тебе уже показал, и что ты увидишь, когда я явлюсь тебе вновь. Я избавлю тебя от Народа и от язычников*. Я посылаю тебя открыть им глаза, чтобы они отвернулись от тьмы и обратились к свету, от власти Противника к Богу, и, таким образом, получили прощение грехов и вошли в число отделённых для святости, доверившись мне'. Итак, царь Агриппа, я не ослушался видения с небес! Напротив, я провозглашал сначала в Дамаске*, затем в Иерусалиме* и по всей Иудее*, а также язычникам*, что они должны оставить грехи и повернуться к Богу и затем поступать в соответствии с этим покаянием. Именно по этой причине евреи схватили меня в Храме и пытались убить. Тем не менее, получив помощь от Бога, я по сей день стою и свидетельствую малым и великим, говоря только то, о чём предсказывали пророки и Моисей* — что Мессия умрёт и что, первым воскреснув из мёртвых, он провозгласит свет и Народу, и язычникам*". Но как только он дошёл до этого момента в своей речи, Фест закричал во весь голос: "Савл*, ты с ума сошёл! Твоя учёность доводит тебя до безумия!" Савл* же ответил: "Нет, достопочтенный Фест, я не 'сумасшедший'; напротив, я говорю слова истины и здравого смысла. Поскольку царь разбирается в этих вопросах, я свободно выражаю при нём свои мысли, так как уверен, что ничто из этого не было утаено от него. Ведь это не происходило где-то на задворках. Царь Агриппа, веришь ли ты пророкам? Знаю, что веришь!" Агриппа сказал Савлу*: "За такое короткое время ты хочешь убедить меня стать мессианским верующим?" Савл* ответил: "Много ли на то понадобится времени или мало, моё желание перед Богом в том, чтобы не только ты, но и все слушающие меня сегодня стали такими, как я — не считая вот этих оков!" Затем царь поднялся, а за ним правитель и Береника и все сидевшие с ними. Выйдя оттуда, они говорили друг другу: "Этот человек не делает ничего такого, что заслуживало бы смерти или тюрьмы". И Агриппа сказал Фесту: "Если бы он не потребовал суда императора, можно было бы освободить его".

Когда было решено, что нам нужно отплыть в Италию, Савла* и некоторых других узников перепоручили офицеру императорского полка по имени Юлий. Мы сели на Адрамитский корабль, который отплывал в сторону портов, лежащих вдоль побережья Асийской провинции, и отправились в путь вместе с Аристархом, македонянином из Фессалоники. На следующий день мы высадились в Сидоне*, и Юлий любезно позволил Савлу* посетить своих друзей и взять всё необходимое. Отплыв оттуда, из-за встречных ветров мы держались подветренного берега Кипра, затем, выйдя в открытое море, плыли вдоль берегов Киликии и Памфилии; и, таким образом, достигли Миры, что в Ликии. Там римский офицер нашёл судно из Александрии, отплывавшее в Италию, и посадил нас на него. За последующие дни мы совсем немного продвинулись вперёд и с трудом добрались до Книда. Из-за ветра мы не могли держаться намеченного курса, поэтому от мыса Салмон поплыли вдоль укрытого от ветров побережья Крита; и с трудом пробиваясь вперёд, держась ближе к берегу, достигли места, называемого Приятная Гавань неподалёку от города Ласея. Поскольку было потеряно немало времени, а продолжать плавание было опасно, так как Йом Кипур уже закончился, Савл* посоветовал им: "Братья, я вижу, что наше плавание ни к чему хорошему не приведёт, и мы рискуем лишиться не только груза и корабля, но и собственных жизней". Тем не менее, офицер больше поверил капитану и владельцу судна, нежели словам Савла*. А так как порт не был приспособлен для зимовки, большинством было решено отплыть оттуда и попытаться достичь Феникса, ещё одного критского порта, укрытого от юго-западных и северо-западных ветров, и там перезимовать. Когда подул лёгкий южный ветер, они решили, что их цель очень близка, поэтому снялись с якоря и поплыли вдоль побережья Крита, держась ближе к берегу. Однако вскоре с берега подул сильный северо-восточный ветер, называемый Евракилон. Корабль подхватило, и мы, будучи не в силах сопротивляться, понеслись, увлекаемые ветром. Приблизившись к укрытому от ветра небольшому острову под названием Кавда, мы с огромным трудом смогли удержать спасательную шлюпку. Шлюпку подняли на судно, затем стали укреплять сам корабль, обвязывая его канатами. Из-за опасности сесть на мель на песчаных отмелях близ Сирта, мачты и паруса были сложены, и корабль продолжал нестись по течению. Из-за ухудшившейся погоды на следующий день пришлось выбрасывать за борт менее ценный груз; а на третий день они собственными руками выбросили в море всё снаряжение корабля. В течение многих дней не было видно ни солнца, ни звёзд, а буря продолжала неистовствовать, так что постепенно мы утратили всякую надежду на спасение. И тогда, после того, как люди уже долгое время ничего не ели, Савл* встал посреди них и сказал: "Вам следовало послушаться меня и не отплывать с Крита; и тогда вы избежали бы таких огромных потерь. Теперь же я советую вам не падать духом, так как ни один из вас не погибнет — вы утратите только корабль. Поскольку в эту самую ночь передо мной предстал ангел того Бога, которому я принадлежу и которому служу. Он сказал: 'Не бойся, Савл*! Тебе надо предстать перед императором. Вот, Бог даровал тебе всех, кто плывёт вместе с тобой'. Поэтому не отчаивайтесь! Ведь я доверяю Богу и верю, что сбудется то, что мне было сказано. Тем не менее, мы всё же сядем на мель у какого-то острова". Шла четырнадцатая ночь, и мы всё ещё носились по Адриатическому морю, когда около полуночи моряки поняли, что мы приближаемся к земле. Тогда они бросили лот и обнаружили, что глубина воды была около тридцати семи метров. Немного дальше они опять измерили глубину, на этот раз она была около двадцати восьми метров. Опасаясь, что корабль может разбиться о скалы, они бросили с кормы четыре якоря и заклинали, чтобы поскорее настал день. В этот момент экипаж попытался покинуть судно; они спустили шлюпку на воду, делая вид, что хотят бросить якоря с носа. Савл* сказал офицеру и солдатам: "Если эти люди не останутся на борту, вы не сможете спастись". Тогда солдаты обрезали верёвки, удерживавшие шлюпку, и её унесло. Перед самым рассветом Савл* настаивал, чтобы все поели, говоря: "Сегодня уже четырнадцатый день, как вы, с тревогой думая о будущем, ходите голодные, ничего не едите. Поэтому я советую вам поесть, это необходимо для вашего же спасения, поскольку ни у одного из вас и волос с головы не упадёт". Сказав это, он взял хлеб, произнёс благословение* Богу перед всеми, разломил его и стал есть. Тогда все они приободрились и тоже стали есть. Всего нас было на судне двести семьдесят шесть человек. Поев вдоволь, они начали избавляться от лишнего груза, выбрасывая за борт пшеницу. Когда настал день, они не могли понять, что это была за земля, но, заметив залив, у которого был песчаный берег, решили, если можно, пристать к нему. Они обрубили якоря и оставили их в море; также ослабили верёвки, удерживавшие рули. Затем подняли фок по ветру и направили корабль к берегу. Но внезапно наткнулись на то место, где встречаются два течения, и посадили судно на мель на песчаной косе. Нос корабля увяз и оставался недвижим, а волны со всей силой ударялись о корму и разбивали её. В этот момент солдаты уже подумывали убить заключённых, чтобы никто из них, выплыв, не скрылся. Однако офицер, желая спасти Савла*, удержал их от исполнения этого плана. Он приказал тем, кто умел плавать, первым прыгнуть за борт и направляться к берегу, а остальным использовать доски и всё, что только можно найти на корабле. Таким образом, все благополучно достигли берега.

Спасшись, мы выяснили, что остров этот назывался Мальта. Местные жители проявили необыкновенную доброту. Поскольку было холодно и начинался дождь, они разожгли костёр и радушно приняли всех нас. Савл* набрал много хвороста и подкладывал его в костёр, как вдруг у него на руке повисла ядовитая змея, выползшая из-за жары. Островитяне увидели свисавшую с руки Савла* тварь и сказали друг другу: "Этот человек, должно быть, убийца. Хоть он и избежал смерти в море, справедливость не даст ему остаться в живых". Но он стряхнул змею в огонь и остался невредим. Они ожидали, что у него опухнет рука или что он внезапно упадёт замертво, но прождав довольно долго и увидев, что с ним ничего плохого не происходит, они изменили своё мнение и сказали, что он бог. Неподалёку находились земли губернатора острова, Публия. Он принял нас по-дружески и дал нам приют на три дня. Случилось так, что отец Публия лежал в постели с сильным жаром и дизентерией. Савл* вошёл к нему, помолился, возложил на него руки и исцелил его. После этого все жители острова, страдавшие какими-либо недомоганиями, приходили и исцелялись. Они осыпали нас почестями, а когда нам пришло время отплывать, снабдили нас всем необходимым. Спустя три месяца, мы отплыли из Александрии на судне под названием "Боги-близнецы", которое зимой находилось у острова. Мы высадились в Сиракузах и провели там три дня. Оттуда, повернув на другой галс, мы направились в Ригию; но через день подул южный ветер, и на второй день мы прибыли в Путеол. Там мы нашли братьев, которые уговорили нас провести у них неделю. И затем мы продолжили путь в Рим. Местные братья услышали о нас и пришли на Аппиеву рыночную площадь и к Трём Гостиницам, чтобы встретить нас. Когда Савл* увидел их, он поблагодарил Бога и ободрился. Когда же мы прибыли в Рим, офицер позволил Савлу* остаться на свободе, однако под надзором солдата. Через три дня Савл* созвал на встречу местных еврейских руководителей. Когда те собрались, он обратился к ним: "Братья, хотя я ничего не сделал ни против нашего народа, ни против традиций наших отцов, в Иерусалиме* меня заключили под стражу и передали римлянам. Те допросили меня и уже собирались отпустить, так как я не совершил ничего такого, за что можно было бы приговорить к смерти. Но поскольку иудеяне возражали, я был вынужден потребовать суда императора — впрочем, я не желал обвинять в чём-либо свой собственный народ. Вот почему я попросил вас о встрече, чтобы я мог увидеться и поговорить с вами, так как я скован вот этой цепью из-за надежды Израиля". Они сказали ему: "Мы не получали из Йегуды никаких писем о тебе, и никто из братьев, пришедших оттуда, не упоминал и не говорил о тебе ничего дурного. Но всё же мы полагаем, что было бы правильно выслушать о твоих убеждениях от тебя самого; поскольку всё, что мы знаем об этой секте, — это то, что люди повсюду плохо отзываются о ней". Итак, они назначили день и огромное их число пришло туда, где он жил. С утра и до самого вечера он объяснял им суть данного вопроса, предоставляя веские свидетельства о Божьем Царстве и убеждая их о Иисусе* с помощью Пятикнижия* Моисея* и Пророков. Некоторым его слова показались достойными доверия, другие же отказывались верить им. Итак, они разошлись, споря друг с другом, после того, как Савл* сказал напоследок: "Святой Дух* был прав, когда обращался к вашим отцам через пророка Исайю*: 'Пойди и скажи этому народу: "Вы будете слушать и слушать, но не поймёте, и смотреть и смотреть, но так и не осознаете, потому что сердце этого народа отучнело — ушами едва слышат, а глаза закрыли, боясь, что смогут увидеть глазами и услышать ушами, и понять сердцем и возвратиться, чтобы Я исцелил их". По этой причине, да будет вам известно, что Божье спасение было послано язычникам*, и они будут слушать!" ** Савл* оставался два года в том месте, которое он сам для себя снимал, и продолжал принимать всех, кто приходил к нему, открыто и беспрепятственно провозглашая Божье Царство и учение о Господе Мессии Иисусе*.