2-е письмо Коринфянам

От: Савла*, по воле Божьей посланника Мессии Иисуса*, и от брата Тимофея. Кому: Божьей Мессианской общине в Коринфе, а также всему Божьему народу по всей Ахайе: Благодать вам и мир* от Бога нашего Отца и Господа Мессии Иисуса*. Благословен Бог, Отец нашего Господа Мессии Иисуса*, сострадательный Отец, Бог всякого ободрения и утешения; поддерживающий нас во всех наших испытаниях, чтобы мы могли поддержать других во всевозможных испытаниях, переживаемых ими, тем ободрением, которое сами получили от Бога. Ибо подобно тому, как страдания Мессии переполняют нас, через Мессию и ободрение наше также в избытке. И если мы подвергаемся испытаниям, то ради того, чтобы поддержать и избавить вас; и если мы ободряемся, то и вы должны ободриться перед лицом страданий, подобных нашим. Более того, наша надежда на вас непоколебима, потому что знаем, что если вы участвуете в страданиях, то примете участие и в ободрении. Ибо, братья, мы хотим поведать вам об испытаниях, которым мы подверглись в Асийской провинции. Бремя, павшее на наши плечи, было настолько невыносимо, что мы даже потеряли надежду остаться в живых. В сердце своём мы чувствовали, что обречены на смерть. Однако всё это случилось, чтобы мы полагались не на себя, но на Бога, воскрешающего мёртвых! Он спас нас от смертельной опасности, и спасёт ещё не раз! Тот, на Кого мы возложили все наши надежды, истинно не устанет спасать нас. А вы со своей стороны должны помочь нам своими молитвами; так как, чем больше людей молится, тем больше людей воздаст благодарение, когда их молитва о нас будет услышана. Ибо мы гордимся вот чем: наша совесть уверяет нас, что в наших отношениях с миром, и особенно с вами, мы вели себя откровенно и с благочестивой чистотой побуждений, и не потому что по-мирски мудры, но потому что Бог даровал нам такую милость. Нет никакого скрытого подтекста в наших письмах, кроме того, что вы можете, прочитав, понять; и я надеюсь, что вы всё поймёте до конца, как и всегда понимали нас, в какой-то мере; чтобы в День нашего Господа Иисуса* вы так же гордились нами, как мы вами. И так убеждён был я в этом, что намеревался прийти и встретиться с вами, чтобы вы могли извлечь пользу из второго посещения. Я хотел посетить вас по пути в Македонию, а затем ещё раз на обратном пути из Македонии, чтобы вы потом проводили меня в Иудею*. Легкомысленно ли я отнёсся к этим планам? Или же планирую как мирской человек, готовый сказать: "да, да", и в ту же минуту: "нет, нет"? Так же верно, как верен Бог, то, что мы не говорим "да", когда имеем в виду "нет". Ибо Божий Сын, Мессия Иисус*, проповеданный вам через нас (то есть через меня и Силу, и Тимофея), не был человеком "и да, и нет"; но, напротив, с ним всегда "да!". Ибо сколько бы обещаний ни давал Бог, они все находят своё "да" в Нём; и поэтому всякий раз, когда мы говорим "Аминь, да будет так*", прославляя Бога, то имеем в виду именно Его. Более того, сам Бог вводит нас с вами в прочный союз с Мессией; Он помазал нас, поставил на нас Свою печать, и дал в наши сердца Своего Духа, в качестве гарантии будущего. Я призываю Бога в свидетели — Он знает, какова моя жизнь — поскольку причиной того, что я воздержался от путешествия в Коринф, стала моя забота о вас! Мы не пытаемся диктовать вам, как вы должны жить, согласно вашей вере в Мессию, потому что вы твёрдо стоите в вере. Скорее, мы трудимся с вами ради вашего же собственного счастья.

Итак, я решил не доставлять вам боль ещё одним своим визитом. Ведь если я огорчаю вас, кто может утешить меня, кроме тех, кого я огорчил? Действительно, поэтому я так и написал вам — чтобы, когда я приду, мне не пришлось огорчаться из-за тех, кто должен меня радовать; поскольку я, достаточно доверяя всем вам, знал, что, пока сам я несчастен, никто из вас не сможет быть счастлив. Я писал вам, мучаясь и переживая в глубине сердца, со многими слезами, не для того, чтобы огорчить вас, но чтобы вы поняли, как сильно я люблю вас. Итак, если кто-то стал причиной огорчения, то не меня он огорчил, но, в какой-то мере, — я не хочу преувеличивать — всех вас. Такому человеку достаточно того наказания, которому подвергло его большинство, так что теперь вы должны сделать обратное — простить его, поддержать его, утешить его. Иначе такого человека может поглотить невыносимое отчаяние, поэтому я настоятельно прошу вас показать ему, что вы действительно его любите. Я написал вам затем, чтобы проверить вас, будете ли вы во всём слушаться меня. Всякого, кого простите вы, прощу и я. Ибо действительно, всё, что я простил (если было, что прощать), я простил ради вас перед лицом Мессии, чтобы Противник не воспользовался нами — ведь мы хорошо знаем его умыслы! Итак, когда я пошел в Троаду, чтобы проповедовать Добрую Весть о Мессии, поскольку Господь открыл мне двери, я не мог найти себе покоя, поскольку не смог отыскать своего брата Тита. Тогда я покинул тамошних людей и пошел дальше в Македонию. Но благодарность Богу, постоянно ведущему нас в Мессии триумфальным шествием и повсюду распространяющему через нас благоухание сути познания Его! Ибо для Бога мы аромат Мессии, как среди спасаемых, так и среди погибающих; для последних мы смертоносный запах, ведущий их к большей смерти; но для первых мы запах живительный, ведущий к большей жизни. Кто справится с таким заданием? Ведь мы не похожи на многих других, которые ходят повсюду, торгуя Божьим посланием за плату; наоборот, мы говорим от чистого сердца, как люди, посланные Богом, стоящие в Божьем присутствии, живущие в союзе с Мессией.

Неужели нам вновь надо представляться вам? Или мы нуждаемся, как другие, в рекомендательных письмах к вам или от вас? Вы сами являетесь нашим рекомендательным письмом, записанным на наших сердцах, известным всем, и читаемым всеми. Вы свидетельство тому, что являетесь письмом Мессии, доверенным нашему попечительству, написанным не чернилами, но Духом Живого Бога, не на каменных скрижалях, но на людских сердцах. Такова наша уверенность в Боге посредством Мессии. Мы не настолько сведущи, чтобы полагать, будто что-либо пришло от нас; наоборот, наши способности приходят от Бога. Он сделал нас сведущими в том, как служить Новому Договору, суть которого заключается не в письменном тексте, а в Духе. Ибо письменный текст приносит смерть, а Дух даёт жизнь. В таком случае, если то, что производит смерть посредством письменного текста, вырезанного на каменных скрижалях, пришло в славе — такой славе, что народ Израиля не мог смотреть на лицо Моисея*, так как оно сияло, хотя сияние постепенно угасало, — то не будет ли производимое Духом сопровождаться ещё большей славой? Ибо если слава была в том, что способствовало обвинительному приговору, то тем более слава должна изобиловать в том, что способствует приговору оправдательному! По сути, в сравнении с этой, большей славой, то, что было славным прежде, блекнет. Ибо если слава была в преходящем, то тем более должна быть слава в вечном. Потому, обладая такой надеждой, мы очень открыты — не так, как Моисей*, закрывавший лицо покрывалом, чтобы люди Израиля не увидели, как исчезнет угасающее сияние. Кроме того, их разум был ослеплён; так как по сей день, то же самое покрывало остаётся на них, когда они читают Старый Договор; оно всё ещё остаётся неснятым, потому что снять его может только Мессия. Да, до сего дня, когда читают Моисея*, покрывало лежит на их сердцах. "Но, — говорит Пятикнижие* — когда человек обращается к Господу*, покрывало снимается" Под словом "Господь*" в этом тексте подразумевается Дух. А там, где присутствует Дух Господа*, там свобода. Итак, все мы с непокрытыми лицами видим, словно в зеркале, славу Господа; и преображаемся в Его образ, от одной степени славы к следующей, посредством Господа*, Духа.

Бог проявил к нам великую милость, и потому мы не падаем духом, исполняя дело, которое Он поручил нам. Действительно, отказываясь от постыдных коварных методов, мы не прибегаем к обману и не искажаем Божьей вести. Напротив, разъясняя очень чётко, какова истина, мы отдаём себя на суд совести всякого человека перед лицом Бога. И если для кого-то наша Добрая Весть закрыта, то только для тех, кто стоит на пути погибели. Они не могут поверить, потому что бог этого мира* ослепил их разум, чтобы они не видели света, исходящего от Доброй Вести о славе Мессии, который является образом Бога. Ибо мы провозглашаем не самих себя, а Мессию Иисуса*, как Господа, а сами мы — ваши рабы ради Иисуса*. Ибо именно Бог сказал однажды: "Пусть воссияет свет из тьмы", и зажёг свет в наших сердцах, свет познания Божьей славы, сияющий от лица Мессии Иисуса*. Однако богатство это мы храним в глиняных сосудах, чтобы было видно, что подобная сила, льющаяся через край, исходит от Бога, а не от нас. Мы подвергаемся всевозможным бедам, однако не сокрушаемся; нас притесняют, но мы не разочаровываемся; нас преследуют, но мы не отчаиваемся; нас сбивают с ног, но мы не гибнем. Мы носим в своих телах умирание Иисуса*, чтобы его жизнь также проявилась в наших смертных телах. Ибо нас, живых, непрестанно предают смерти ради Иисуса*, чтобы жизнь Иисуса* могла проявиться в наших смертных телах. Таким образом, смерть действует в нас, а жизнь — в вас. В Еврейских Писаниях* сказано: "Я верил, а потому говорил". Поскольку тот же самый Дух производит в нас веру, и мы тоже верим, и потому говорим; так как знаем, что Тот, Кто воскресил из мёртвых Господа Иисуса*, воскресит также и нас вместе с Иисусом* и приведёт нас вместе с вами в Своё присутствие. Всё это делается ради вас, чтобы благодать, распространяясь на всё большее количество людей, переполняла их благодарностью и приносила славу Богу. Поэтому мы не отчаиваемся. Хотя внешнее наше увядает, внутреннее ежедневно обновляется. Ибо наши временные небольшие беды ведут нас в вечную славу, величие которой неописуемо. Мы обращаем внимание не на видимое, но на невидимое, поскольку видимое временно, а невидимое вечно.

Мы знаем, что когда обветшает шатёр, дающий нам пристанище здесь, на земле, мы получим навеки от Бога нерукотворный дом, который даст нам приют в небесах. Ибо в этом шатре, в нашем земном теле, мы томимся желанием обрести небесный дом, который будет принадлежать нам. В нём мы не окажемся нагими. Да, находясь в этом теле, мы стенаем, ощущая тягость, не потому, что хотим снять его с себя, но потому что хотим одеться в нечто иное, чтобы смертное было поглощено Жизнью. Более того, к этому готовит нас Бог, и в качестве залога Он дал нам Своего Духа. Итак, мы всегда полны уверенности, так как знаем, что пока мы находимся в своём телесном доме, мы вдали от своего дома с Господом; ибо мы живём верой, а не тем, что видим. Мы уверены, и потому предпочли бы покинуть свой телесный дом и отправиться домой к Господу. Потому, находясь дома или вдали от дома, мы всеми силами стремимся угодить Ему; ибо все мы предстанем перед судом Мессии, где каждый испытает на себе хорошие или плохие последствия того, что он делал, пока находился в теле. Потому страхом Господним, который мы видим перед собой, мы стараемся убеждать людей. Более того, Бог знает, каковы мы на самом деле; и я надеюсь, что вы в своей совести также знаете, каковы мы на самом деле. Мы не представляемся вам опять, но даём повод гордиться нами, чтобы вы могли дать ответ тем, кто больше хвалится внешним видом, нежели внутренними качествами. Если мы безумны, то только ради Бога; а если находимся в трезвом уме, то только ради вас. Ибо любовь Мессии овладела нами, потому что мы убеждены, что один Человек умер от имени всего человечества (подразумевается, что всё человечество было уже мертво), и что Он умер ради всех, чтобы живущие уже не для самих себя жили, а для Того, Кто умер за них и воскрес. Итак, отныне мы не смотрим на людей глазами мирского человека. Даже если некогда мы рассуждали о Мессии с мирской точки зрения, больше мы этого не делаем. Потому, если человек находится в союзе с Мессией, он новое творение — старое прошло; взгляни, вновь явившееся ново и свежо! И всё это от Бога, Который примирил нас с Собой через Мессию и поручил нам этот труд примирения, то есть примирив с Собой человечество через Мессию, не вменяя людям их грехов, Бог доверил нам нести весть о примирении. Потому мы посланцы Мессии; то есть Бог взывает к людям через нас. Мы же взываем от имени Мессии: "Примиритесь с Богом!" Бог сделал этого безгрешного Человека жертвоприношением за наши грехи, чтобы в союзе с Ним мы могли в полной мере присоединиться к Божьей праведности.

Будучи сотрудниками Бога, мы убедительно просим вас, чтобы благодать, полученная вами от Него, не оказалась тщетной. Ибо Он говорит: "В благоприятное время Я услышал тебя; в день спасения Я помог тебе". Мы стараемся ни для кого не создавать препятствий на пути, чтобы никто не смог найти изъяна в нашем труде. Напротив, мы стремимся во всём проявить себя как Божьих работников, постоянно превозмогающих беды, трудности, неурядицы, побои, тюремные заключения, бунты, усталость, недоедание и недосыпание. Мы проявляем себя в чистоте, знаниях, терпении и доброте, посредством Святого Духа*, в искренней любви и в правдивости слов, и в Божьей силе. Мы проявляем себя в использовании праведных методов борьбы, когда наступаем и когда обороняемся; в почёте и бесчестии, в похвале и поношении, когда нас обвиняют в лицемерии и когда считают искренними, будучи неизвестными и знаменитыми. Мы проявляем себя как работников Божьих, идущих на смерть, однако, взгляните — мы живы! Истязаемы, но не убиты; имеем все причины для печали, но всегда наполнены радостью; бедны, однако обогащаем многих; ничего не имеем, и при этом имеем всё! Дорогие друзья в Коринфе! Мы откровенно обратились к вам, мы широко открыли сердца. Любое неудобство, переживаемое вами, было навязано не нами, но вашим собственным внутренним естеством. Итак, чтобы всё было "по правилам" (я говорю детским языком), вы тоже откройте широко свои сердца. Не впрягайтесь в одно ярмо с неверующими, ибо как могут сотрудничать праведность и беззаконие? Какое общение между светом и тьмой? Возможна ли гармония между Мессией и Велиалом*? Что общего у верующего с неверующим? Возможно ли согласие между храмом Божьим и идолами? Ведь мы храм живого Бога — как сказал Бог: "Я сотворю себе жилище в них... и буду ходить среди вас. Я буду их Богом, И они будут Моим народом". Потому Господь* говорит: "Выйдите из среды их; отделитесь; даже не прикасайтесь к нечистому. Тогда Я сам приму вас. То есть Я буду вашим Отцом, и вы будете Моими сыновьями и дочерьми", говорит Господь Воинств*".

Следовательно, мои дорогие друзья, поскольку нам даны эти обещания, давайте очищаться от всего, что может осквернить тело или дух, и станем добиваться совершенной святости из почтения к Богу. Дайте нам место в своих сердцах — мы никого не обидели, мы никого не развратили, мы никем не воспользовались в корыстных целях. Говорю это не для того, чтобы обвинить вас, поскольку, как я уже сказал, в наших сердцах для вас есть место, живем ли мы вместе, либо вместе умираем; я уверен в вас, я горжусь вами; вы наполняете меня надеждой; и, несмотря на все наши беды, радость моя безмерна. Ибо, действительно, когда мы пришли в Македонию, наши тела не имели покоя, но мы попадали во всевозможные беды — нападки извне и мрачные предчувствия внутри. Но Бог, ободряющий упавших духом, ободрил нас приходом Тита! А кроме его прихода нас поддержало и то, как воодушевлён он был, благодаря вам, рассказывая, как вы хотите увидеть меня, как сопереживаете вы моему положению, как ревностно вы защищаете меня — эта весть ещё больше обрадовала меня! Если я причинил вам боль своим письмом, то не жалею об этом. Хотя я и сожалел об этом прежде, однако вижу, что то письмо огорчило вас лишь на некоторое время; сейчас же я радуюсь не тому, что доставил вам боль, но тому, что эта боль вернула вас к Богу. Ибо вы перенесли эту боль так, как требует того Бог, так что мы совершенно не навредили вам. Страдание, воспринимаемое так, как оно воспринимается Богом, способствует оставлению греха и возвращению к Богу, что ведёт к спасению, и нет в этом ничего достойного сожаления! Если же воспринимать страдание так, как делает это мир, это влечёт за собой смерть. Только взгляните, к каким результатам привело то, что вы восприняли страдание с точки зрения Бога! Какое искреннее усердие, какое страстное желание очиститься, какое негодование, какой страх, какая жажда, какая ревностность, какая готовность навести во всём порядок! Во всём вы показали себя невиновными в данном деле. Поэтому, хотя я и писал вам, это было не ради обижающего и не ради обиженного, но для того, чтобы перед Богом вы сами убедились в том, насколько глубоко ваше посвящение нам. По этой причине мы и ободрились. Помимо того, что сами мы ободрились, ещё больше мы радовались, видя, как счастлив Тит, поскольку все вы успокоили его разум. Ибо я хвалился вами перед ним, и теперь мне не пришлось стыдиться этого. Напротив, так же, как верно всё то, что мы говорили вам, верной оказалась и наша похвала перед Титом. И в своём сердце он привязывается к вам всё больше, когда вспоминает, с какой готовностью вы повиновались, и как вы приняли его с уважением и почтением. Я рад, что могу полностью доверять вам.

Теперь, братья, мы должны рассказать вам о том, какое благоволение проявил Бог к собраниям в Македонии. Несмотря на тяжёлые испытания, вопреки абсолютной нищете, радость переполняет их богатством щедрости. Говорю вам, что они не просто жертвовали, насколько позволяли им средства, но по доброй воле давали сверх того. Они упрашивали и умоляли нас о возможности поучаствовать в служении Божьему народу. Кроме того, они делали это не так, как мы того ожидали, но прежде они отдали самих себя Господу, то есть, по воле Божьей, нам. Всё это побудило нас просить Тита, чтобы он завершил этот же благотворительный дар среди вас, поскольку он и положил этому начало, подобно тому, как вы отличились во всём — в вере, в речах, в знаниях, в усердии всякого рода, и в своей любви к нам — постарайтесь отличиться и в этом даре. Я не приказываю вам, а проверяю искренность вашей любви, учитывая то, как усердны остальные. Ибо вы знаете, насколько щедр был наш Господь Мессия Иисус*: ради вас он обнищал, хотя и был богат, чтобы посредством своей нищеты обогатить вас. В отношении данного вопроса я лишь высказываю своё мнение. Год назад вы не только первыми взялись за это дело, но и первыми проявили желание. Это будет для вашей же пользы, если вы закончите то, что начали. Проявив усердие и готовность начать это дело, проявите усердие и теперь, чтобы его завершить, пожертвовав из того, что имеете. Ибо если есть готовность отдать, то дар будет приниматься в соответствии с тем, что вы имеете, а не с тем, чего у вас нет. Нет нужды в том, чтобы облегчение для других причиняло трудности вам самим, но должна быть взаимная поддержка. Сейчас ваш избыток может помочь тем, кто нуждается, когда же вы будете в нужде, их избыток поможет вам, в этом и состоит взаимность. Как сказано в Еврейских Писаниях*: "У того, кто собрал больше, не было лишнего, и у того, кто собрал меньше, не было недостатка". Я же благодарен Богу за то, что Он вложил в сердце Тита такую же преданность по отношению к вам; так как он не только откликнулся на наши просьбы, но, будучи столь предан, направляется к вам по собственному желанию. А с ним мы посылаем брата, чей труд ради Доброй Вести хвалится во всех собраниях; кроме того, он был избран собраниями в качестве нашего спутника, чтобы проводимые благотворительные сборы принесли славу Господу и стали свидетельством нашего стремления помочь. Цель наша во всём этом — показать, что хотя мы собираем столь значительные суммы, нас не в чем упрекнуть; поскольку мы изо всех сил стараемся поступать правильно не только перед Богом, но также перед остальными людьми. Вместе с этими двумя мы посылаем ещё одного брата, того, чьё усердие было проверено много раз и во многих ситуациях, и который сейчас ещё более усерден, так как полностью полагается на вас. Что касается Тита, это мой сотрудник, работающий со мной от имени всех вас, а остальные братья с ним — это посланники от собраний, прославляющие Мессию. Поэтому любовь, которую вы проявите по отношению к этим людям, станет для них свидетельством того, что мы гордимся вами не напрасно. А через них об этом узнают и все собрания, которые направили их.

Вообще-то, мне не нужно писать вам о жертвовании для Божьего народа, я знаю, насколько вы усердны, и хвалюсь вами перед македонцами. Я говорю им: "Ахайя готова ещё с прошлого года", и именно ваше рвение побудило их к действиям. Теперь же я посылаю братьев, чтобы наша похвала о вас в этом вопросе не оказалась безосновательной, чтобы вы были готовы, как я и говорил. Ибо если некоторые македонцы придут со мной и увидят, что вы не готовы, мы окажемся в унизительном положении, так как были столь уверены в вас, не говоря уже о том, как вы сами будете себя чувствовать. Поэтому я счёл необходимым просить этих братьев пойти к вам раньше меня и подготовить обещанный вами дар заранее; тогда к моему приходу всё будет готово, и это будет дар от всего сердца, а не поборы. Суть вот в чём: тот, кто сеет скупо, скупо и пожнёт. Каждый пусть даёт по расположению сердца, без сожаления и не по принуждению, так как Бог любит охотно дающего. Более того, во власти Бога в избытке обеспечить вас всяким милостивым даром, чтобы вы всегда и во всём имели то, в чём нуждаетесь, и могли щедро давать на всякое доброе дело, как сказано в Еврейских Писаниях*: "Щедро оделял он, давал бедным; праведность* его пребывает вечно". Дающий семена сеятелю и хлеб в пищу даст вам и приумножит ваши семена и возрастит обильный урожай вашей благотворительности*. Вы обогатитесь во всех отношениях, так что сможете проявлять щедрость во всём. А через нас ваша щедрость станет для людей поводом благодарить Бога, поскольку осуществление этого святого служения не только восполняет нужды Божьего народа, но также в избытке производит в людях благодарение Богу. Своим служением вы показываете этим людям, что прославляете Бога, исполняя на деле то, чего требует принятая вами Добрая Весть о Мессии, а именно щедро делитесь с ними и со всеми другими. А в своих молитвах за вас они будут чувствовать огромное расположение к вам по причине той благосклонности, которую Бог проявил по отношению к вам. Благодарение Богу за Его неописуемый дар!

Теперь же я лично, Савл*, взываю к вам с кротостью и снисходительностью, приходящими от Мессии. Я, который наедине с вами кажусь робким, а на расстоянии — грозным. Я умоляю вас не вынуждать меня прибегать к угрозам, когда я буду с вами, хотя по отношению к некоторым из вас, по мнению которых мы живём по-мирски, я намерен быть грозным. Ибо несмотря на то, что мы живём в мире, мы не ведём войну мирскими методами; так как оружие, которым мы воюем, не мирское. Напротив, в нём есть Божья сила, способная уничтожать твердыни. Мы уничтожаем доводы и любое превозношение, восстающее против познания Бога; мы берём в плен всякую мысль и делаем её послушной Мессии. А после того, как вы станете до конца послушными, мы будем готовы наказать любое проявление непослушания. Вы смотрите только на внешнюю сторону вещей. Если кто-либо убеждён в том, что он принадлежит Мессии, он должен напомнить себе, что мы настолько же принадлежим Мессии, насколько и он сам. Ведь даже если я немного больше, чем нужно было бы, хвалюсь той властью данной нам Господом (властью созидать вас, а не разрушать), я не стыжусь этого. Цель моя не в том, чтобы показать вам, будто я пытаюсь устрашить вас этими письмами. Кто-то говорит: "Его письма имеют вес и способны убеждать, но когда он присутствует лично, он слаб, и оратор плохой". Такой человек должен понять, что когда мы будем у вас лично, исполним то, о чем говорим в письмах, отсутствуя у вас. Мы не смеем сопоставлять или сравнивать себя с теми, которые так и стараются обратить на себя внимание. Оценивая себя в сравнении друг с другом и сопоставляя себя друг с другом, они ведут себя просто глупо. Мы не станем хвалиться тем, что находится вне области работы, порученной нам Богом; лучше мы будем хвалиться той частью работы, которая была отведена нам, а она включает в себя и вас. Мы не хвалимся чрезмерно, словно мы не достигли вас, так как мы и в самом деле пришли к вам издалека с Доброй Вестью о Мессии. Мы не хвалимся той областью, в которой трудятся другие, но надеемся на то, что по мере возрастания вашего доверия [к Богу] вы станете гордиться за исполненную нами часть работы, чтобы мы могли идти и делать ещё больше, а именно провозглашать Добрую Весть в других областях, помимо вашей. Мы не хотим хвалиться работой, исполненной кем-либо другим. Итак, хвалящийся пусть хвалится Господом*, поскольку достойным оказывается не тот, кто сам хвалит себя, а тот, кого хвалит Бог.

Я хотел бы, чтобы вы отнеслись со снисхождением к моему небольшому безрассудству — прошу вас, будьте снисходительны ко мне! Ибо я ревниво оберегаю вас Божьей ревностью, поскольку пообещал представить вас как непорочную деву в браке с вашим единственным мужем, Мессией. И я опасаюсь, как бы разум ваш не уклонился от простой и чистой преданности Мессии, подобно тому, как Ева* была обманута коварством змея. Ибо если кто-либо придёт к вам и расскажет о каком-то ином Иисусе*, отличном от того, о котором мы вам говорили, или если вы получите иного духа, отличного от уже полученного вами, или примете так называемую "добрую весть", отличную от уже принятой вами Доброй Вести, то отнесётесь к такому человеку с большей снисходительностью! Ибо я не считаю себя в каком-либо смысле ниже подобных "великих посланников". Может быть, я и плохой оратор, но обладаю знаниями; как бы то ни было, мы доказали это вам, как только могли, во всевозможных обстоятельствах. Разве я согрешил тем, что унизил себя, чтобы вы могли возвыситься, так как безвозмездно провозглашал вам Добрую Весть? Я отнял у других общин, приняв их помощь, для того, чтобы послужить вам. А когда я находился у вас и нуждался, то никого не обременял: мои нужды восполнили братья, пришедшие из Македонии. Ни в чём я не был бременем для вас, и не буду. Во мне есть правдивость Мессии, поэтому похвалу обо мне нигде в Ахайе не смогут утаить. Почему я никогда не принимаю от вас помощи? Неужели из-за того, что я не люблю вас? Знает Бог, что это не так! Я же делаю это — и буду делать и дальше — для того, чтобы выбить почву из-под ног у тех людей, которые ищут повод похвалиться тем, что они трудятся так же, как мы. На самом деле, подобные люди — лжепосланники, они лгут о своей работе и выдают себя за посланников Мессии. В этом нет ничего удивительного, поскольку и сам Противник выдаёт себя за ангела света; что же в этом такого, если его служители выдают себя за служителей праведности. Конец их будет по заслугам, по делам их. Повторяю: не думайте, что я глуп. Но если даже вы считаете меня глупым, тогда, по крайней мере, и примите меня как глупца, чтобы и я мог немного похвалиться! То, что я скажу, не исходит от Господа. Слова подобного самодовольного хвастовства чаще услышишь из уст глупца. Однако многие стали хвалиться по-мирски, я тоже буду так хвалиться. А поскольку вы сами мудры, вы охотно терпите глупцов! Вы терпите, когда кто-либо вас порабощает, использует в своих интересах, обманывает, превозносится, бьёт вас по лицу. К стыду моему, должен признать, что мы были слишком "слабы", чтобы поступать так! Если же кто-либо осмеливается хвалиться чем-то (говорю это, как говорил бы глупец!), то смею и я. Они евреи? Я тоже. Они израильтяне? Я тоже. Они потомки Авраама*? Я тоже. Они служители Мессии? (Говорю, как говорил бы сумасшедший!) Я лучший служитель! Я трудился гораздо усерднее, чаще находился в заточении, перенёс больше побоев, не раз был на волосок от смерти. Пять раз я получал по "сорок ударов без одного" от руки евреев. Трижды меня били палками. Однажды меня закидали камнями. Трижды я попадал в кораблекрушение. Я провёл ночь и день в открытом море. В своих многочисленных путешествиях я подвергался опасности на реках, опасности со стороны грабителей, опасности со стороны собственного народа, опасности со стороны язычников, опасности в городе, опасности в пустыне, опасности в море, опасности со стороны лжебратьев. Я трудился в поте лица и переносил тяжёлые испытания, часто недосыпая, голодный и томимый жаждой, зачастую вовсе обходясь без еды, замёрзший и нагой. А помимо этих внешних факторов, каждый день я глубоко переживаю, думая обо всех общинах. Кто слаб, с кем я не разделил бы его слабость? Кто впадает в грех, чтобы я при этом не пылал в своём сердце? Если мне необходимо хвалиться, я буду хвалиться тем, что свидетельствует о моей слабости. Бог, Отец Господа Иисуса*, да будет Он благословен вовеки, знает, что я не лгу! Когда я был в Дамаске*, областной правитель царя Ареты велел стеречь город, чтобы схватить меня; однако меня спустили в корзине через отверстие в стене, и я вырвался из его когтей.

Мне приходится хвалиться. Я ничего этим не достигну, однако продолжу и расскажу о видениях и откровениях Господа. Знаю такого человека, находящегося в союзе с Мессией, который четырнадцать лет назад был вознесён на третье небо; был ли он в теле или вне тела — это мне не известно, но известно Богу. И я знаю, что этот человек (в теле или вне тела, не знаю, знает Бог) был вознесён в рай* и слышал нечто такое, что нельзя выразить словами, нечто такое, что человеку нельзя произнести. Таким человеком я стану хвалиться, но самим собой хвалиться не стану, разве что своими слабостями. Если бы я и в самом деле хотел похвалиться, то это не было бы неразумно, так как я говорил бы правду. Но по причине чрезвычайной значимости откровений, я воздерживаюсь от этого, чтобы никто не думал обо мне больше того, что я заслужил своими словами или поступками. Потому, чтобы удержать меня от чрезмерной гордости, мне было дано жало в плоть, посланник противника, изводящий меня, чтобы я не превозносился. Трижды я умолял Господа избавить меня от этого, но Господь сказал мне: "Моей благодати достаточно для тебя, поскольку моя сила достигает совершенства в слабости". По этой причине я охотно хвалюсь своей слабостью, чтобы сила Мессии пребывала на мне. Да, я с радостью мирюсь со слабостями, оскорблениями, трудностями, гонениями и проблемами ради Мессии; поскольку я силён только тогда, когда слаб. Я вёл себя неразумно, но вы вынудили меня поступить так, хотя именно вы должны были бы хвалить меня. Ибо я ни в коей мере не ниже "великих посланников", хотя я ничто. Всё то, что подтверждает моё служение посланника, — знамения, чудеса, удивительные явления — делалось в вашем присутствии, невзирая на то, что мне пришлось перенести. Есть ли что-нибудь такое, чего бы вам недоставало по сравнению с остальными общинами, кроме того факта, что я не был для вас обузой? За эту несправедливость, пожалуйста, простите меня! Вот, я готов в третий раз прийти и навестить вас, и я не стану для вас обузой, поскольку мне нужно не то, что у вас есть, а вы сами! Не дети должны накапливать средства для своих родителей, а родители для детей. Что касается меня, я с великой радостью потрачу на вас всё, что имею, в том числе и самого себя. Если я люблю больше, заслуживаю ли я меньшей любви? Допустим, что я не обременил вас; но, будучи коварным человеком, я поступил с вами лукаво! Может быть, я использовал вас в своих целях через посланного мною человека? Я просил Тита пойти к вам и направил с ним брата; разве Тит пытался извлечь выгоду для самого себя? Разве мы не живём тем же самым Духом и не показываем вам тот же самый путь? Вы, вероятно, думаете, что всё это время мы оправдывались перед вами. Нет, мы говорим перед Богом так, как полагается это делать людям, состоящим в союзе с Мессией, и всё это, мои дорогие друзья, для вашего назидания. Ибо я опасаюсь того, что, когда я приду к вам, вы окажетесь не такими, какими я хотел бы вас видеть, а также что я сам окажусь не таким, каким вы хотите меня видеть. Я опасаюсь того, что обнаружу ссоры и зависть, гнев и соперничество, злословие и сплетни, высокомерие и беспорядок. Я опасаюсь, как бы Бог не поставил меня в унизительное положение в вашем присутствии, когда я вновь приду к вам, и как бы мне не пришлось огорчаться по поводу многих тех, которые согрешили в прошлом и не раскаялись в нечистоте, блуде и распутстве, которое творили.

Уже в третий раз я приду навестить вас. "Всякое обвинение должно подтвердиться свидетельством двух или трёх очевидцев". Тем, кто грешил в прошлом и всем остальным я заранее говорю, отсутствуя, то же самое, что говорил, когда находился с вами во второй раз: если я приду вновь, то не пощажу вас. Вы ведь ищите доказательства того, что во мне говорит Мессия. Он не бессилен в своих отношениях с вами, но могуществен среди вас. Ибо хотя он был казнён на стойке в бессилии, теперь он жив Божьей силой. И мы также бессильны в союзе с ним, но в своих отношениях с вами мы будем живы с ним Божьей силой. Проверьте самих себя, действительно ли вы живёте верой. Испытайте себя. Неужели вы не понимаете, что Мессия Иисус* находится в вас? Если, конечно, вы выдержите испытание. Я же надеюсь, что вы понимаете, что и мы выдержали испытание. И мы молимся Богу о том, чтобы вы не делали ничего плохого. Нам не важно, считаете ли вы нас успешными, но нам важно, чтобы вы поступали правильно, даже если мы не выдержим испытания. Мы же не можем идти против истины, мы только за истину. Потому мы радуемся, когда мы слабы, а вы сильны. Мы молимся о том, чтобы вы стали совершенными. Я пишу вам всё это, будучи далеко от вас, чтобы, когда я буду с вами, мне не пришлось, пользуясь своей властью, проявить твёрдость по отношению к вам, потому что Господь дал мне эту власть для назидания, а не для разрушения. Теперь же, братья, Мир вам*! Соберитесь, внемлите моему совету, будьте едины в своих мыслях, живите в мире* — и Бог любви и мира* будет с вами. Поприветствуйте друг друга святым поцелуем. Весь Божий народ передаёт вам свои приветствия. Благодать Господа, Мессии Иисуса*, и любовь Божья, и общение Святого Духа* да будет со всеми вами.