Филарет (Дроздов) (1782−1867)
И сказал ей: Агарь, служанка Сарина! откуда ты пришла и куда идешь? Она сказала: я бегу от лица Сары, госпожи моей
Агарь, раба Сарина! Сим воззванием Ангел дает Агари разуметь о всеведении своем и приготовляет ее таким образом к следующему повелению и предсказанию; и вместе внушает ей, что напрасно и неправедно восстает она против прав госпожи своей, которые бегством не прекращаются.
Откуда ты пришла? Показав уже свое ведение, Ангел приемлет на себя образ неведения, дабы тем и другим вместе расположить Агарь к искреннему признанию в неправедном ее поступке.
Я бегу от лица Сары, госпожи моей. Теперь и Агарь признает себя рабою Сары и, следственно, осуждает свою непокоривость и бегство.
Источник: Толкование на Книгу Бытия.
Ефрем Сирин (~306−373)
Когда же Агарь зачала, то стала пренебрегать госпожу свою, думая, что ее семя войдет в землю обетования и получит ее в наследие. Сара могла бы обуздать кичливость Агари, но поскольку видела, что бывшая дотоле рабой, с того времени, как отдали ее Авраму, разделила ложе его, то не укоряет наложницу, чтобы не нанести бесславия самому Авраму. Однако же сказала ему: обида ми от тебе, то есть я не променяла тебя на царя, ты же предпочел мне ныне рабу; Агари следовало благодарить меня за то, что услышана молитва моя, и зачала она, потому что я дала ее тебе, чтобы получить мне от нее утешение, но она за сделанное ей мною добро воздает злом, в глазах всех рабынь наносит мне жестокое оскорбление.
Дидим Слепец (~312−398)
И сказал ей: Агарь, служанка Сарина! откуда ты пришла и куда идешь? Она сказала: я бегу от лица Сары, госпожи моей
Из этих слов можно увидеть также добродетель Агари и узнать, что она не остается в презрении, поскольку ангел разговаривает с ней и проявляет заботу о ней не случайно, ибо очевидно, что он делает это в соответствии с волей Бога. И не без основания, ведь она — честная женщина, поскольку была выбрана святой Сарой для сожительства с Аврамом. Ее благоразумие проявляется в том, что она говорит: я бегу от лица Сары, госпожи моей, — не добавляя ничего дурного о ней. Выше мы отметили, что Сара — это добродетель и духовное понимание Писания, а Агарь — понимание подготовительное и покрытое тенью. Стало быть, приступающий к божественному научению должен внимать ему так, чтобы понять его сначала согласно букве, а затем, постепенно и чинно двигаясь, согласно духу. Итак, чаду Сары необходимо введение, чтобы таким образом он мог достичь более совершенных знаний. Также и об израильтянах сказано, что им первым вверено слово Божие (Рим 3:2), которое было дано им до времени исправления (Евр 9:10). Ибо ни один останавливающийся на буквальном понимании или на вводных знаниях не может претендовать на саму мудрость. Поэтому если подобный любитель мудрости, используя вводные знания, остается в них, то он некоторым образом оскорбляет добродетель; если же отрезвляется, то отказывается от знаний вводного этапа и незаметно ускользает от него. Когда появляется преуспеяние, прежнее проходит, как было с египтянкой Агарью, ибо знания вводного этапа укрепляются от земных примеров… Итак, найдя ее убегающей из-за величия добродетели, ангел обращает ее назад — ибо наставляющее слово и знания вводного этапа внимательны к добродетели… Добродетельному человеку подобает знать первопричины и цель, а тот, кто использует вводные знания, ссылаясь на величие добродетели, часто остается в них, избегая некоторым образом силы совершенства. Ибо это видно из слов: я бегу от лица Сары, госпожи моей.
Когда предстает красота духовного закона, то скрытое тенью убегает, ибо светлые жертвы приходят на смену имеющим тень и входят в употребление (ср. Евр 10:1). Таким образом, то, что отчасти, прекращается (1Кор 13:10), когда настает то, что совершенно. Убежал от лица тот, кто слышит слова Спасителя: надлежит вам родиться свыше (ср. Ин 3:3) — и говорит: как может человек родиться, будучи стар? (Ин 3:4), ибо он мыслил божественное по-человечески.
Источник: На Книгу Бытия.
Лопухин А.П. (1852−1904)
И сказал ей: Агарь, служанка Сарина! откуда ты пришла и куда идешь? Она сказала: я бегу от лица Сары, госпожи моей
«Агарь, служанка Сарина!…» Самые слова этого обращения, лучше всякого упрека, должны были привести в чувство забывшуюся рабу.