Иоанн Златоуст (~347−407)
Ст. 33−35 Если бы я скрывал проступки мои, как человек, утаивая в груди моей пороки мои, то я боялся бы большого общества, и презрение одноплеменников страшило бы меня, и я молчал бы и не выходил бы за двери. О, если бы кто выслушал меня! Вот мое желание, чтобы Вседержитель отвечал мне, и чтобы защитник мой составил запись
Ибо я не смутился множества народа моего 1). То есть подчиненных, знавших и ведавших сам вид греха. Вот истинное любомудрие. Говори ты о грехах твоих первым, чтобы оправдаться (Ис 43:26). «Я никого не делал свидетелем своих добрых дел, тогда как желал, чтобы все знали о моих грехах и проступках». Вот величайшее любомудрие, вот образец добродетели: скрывать добрые поступки, объявлять грехи. А сегодня поступают наоборот.
Источник: Комментарий на Книгу Иова.
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 33−34 Если бы я скрывал проступки мои, как человек, утаивая в груди моей пороки мои, то я боялся бы большого общества, и презрение одноплеменников страшило бы меня, и я молчал бы и не выходил бы за двери
Благочестие и нравственность Иова не были показными. Если бы он, в действительности порочный, скрывал, как Адам (евр «кеадам»; синод, «человек»), свои проступки (Быт 3:12), то боязнь быть обличенным, вызвать презрение сограждан заставила бы его скрываться, не позволила бы выйти за двери своего шатра (ср.: Быт 3:8−10). Но он пользовался почетом и уважением, принимал участие в решении общественных дел (Иов 29:7−10, 21−25), следовательно, ему было чуждо лицемерие.
Источник: Толковая Библия.