Григорий Двоеслов (~540−604)
Ст. 6−9 Кто может отворить двери лица его? круг зубов его — ужас; крепкие щиты его — великолепие; они скреплены как бы твердою печатью; один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними; один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются
Эти щиты грешников и отвердели, и сцепились, дабы в них не проникло никакое дыхание жизни из уст проповедников. Для людей, которых объединяет друг с другом похожий грех, [свойственно] и порочное упрямство превратной защиты — так они выгораживают друг друга от своих грехов. Ведь сам по себе каждый опасается, когда видит человека, который ободряется и исправляется. Потому он восстает против слов, которые исправляют человека, что защищает в лице другого себя. Вот, хорошо сказано: один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними, потому что, пока они охраняют друг друга в своем нечестии этой гордой защитой, они не позволяют войти в них никакому дуновению святого наставления. Он и вполне ясно добавил относительно такого вредоносного согласия: один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются. Ведь те, кто, будучи разделенными, могли бы исправиться, упорствуют, будучи соединенными, в своем нечестии. День ото дня они все легче отделяются от знания праведности и все более становятся неотделимыми друг от друга никаким наставлением.
Источник: Нравственные беседы.
Олимпиодор
Ст. 6−9 Кто может отворить двери лица его? круг зубов его — ужас; крепкие щиты его — великолепие; они скреплены как бы твердою печатью; один к другому прикасается близко, так что и воздух не проходит между ними; один с другим лежат плотно, сцепились и не раздвигаются
Это не страх Божий, но страх перед кругом зубов [левиафана]. Но если ты имеешь в себе Христа, не помышляй об этом страхе, ибо тебе подобает страшиться Господа Бога твоего, а кроме Него никого другого не бойся.
Источник: Комментарии на Книгу Иова.