Афанасий Великий (~295−373)
Не Богу ли повинется душа моя? Хотя и поколебалась ты, душа, и ниспала из того состояния, в какое поставила тебя добродетель, но повинуйся Господу. Он и защитит и спасет тебя от больших еще колебаний.
Источник: Толкование на псалмы.
Василий Великий (329/30−379)
Не Богу ли повинется душа моя? от того бо спасение мое
Пророк сказал причину заботливости о повиновении — именно ту, что спасение от Бога. Творцу свойственно заботиться о безопасности тварей сих. Или «от Того спасение», то есть Давид пророчески предвидит грядущую благодать воплощения Господня, потому говорит, что должно служить Богу и любить Его. Он предустроил столь великое благодеяние роду человеческому, что и «Своего Сына не пощаде, но за нас всех предал есть» (Рим 8:32). Ибо Писанию обыкновенно называть спасением Христа Божия, как и Симеон говорит: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко… яко видесте очи мои спасение Твое» (Лк 2:29−30).
Итак, «повинемся» Богу, потому что от Него спасение. А что такое спасение, Пророк толкует: это не простое действие, сообщающее нам некоторую благодать к избавлению от немощи и к благосостоянию тела.
Источник: Беседы на псалмы. Беседа на шестьдесят первый псалом.
Иоанн Кронштадтский (1829−1908)
Не Богу ли повинется душа моя? от того бо спасение мое
От Бога и душа моя, и телесный состав мой. Кому же и повиноваться мне, как не Ему? Он Творец мой и Бог, потому Он Спас и заступник мой. Он любит дело рук Своих и не оставляет его на произвол ветров.
Источник: Дневник. Том I. 1856.
Феодорит Кирский (386/93−~457)
Ст. 2−3 «Не Богу ли повинется душа моя?» Иудеи, принуждаемые преступить Божественный закон, приносить жертвы идолам и есть свиныя мяса, возбуждают помысл свой к благочестию, и поощряють к ревности по благочестию, говоря: не всему ли предпочтешь ты, душа, служение Богу? Потом указывают на происходящую от сего пользу.
«От того бо спасение мое» «Ибо Той Бог мой, и Спась мой, заступник мой: не подвижуся наипаче». Сие служение подает тебе, душа, спасение; потому что Он — Бог и податель благ, и может подкреплять колеблющихся. Посему, призвав Его помощь, избавлюсь от покушающихся низложить меня. Так, помыслы свои воспламенив ревностию к благочестию, иудеи обращают речь к сопротивникам
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Не Богу ли повинется (покорится) душа моя? От Того бо спасение мое.
Сии слова произносятся от лица собрания благочестивых Маккавеев к воевавшим против еврейского рода правителям и царям македонским, старавшимся устранить их от законов Божиих и отеческих обычаев. Они приличны и всем тем христианам, которые восстанием и ревностью за добродетель уподобляются Маккавеям. Слова сии надобно читать вопросительно, то есть так: не Богу ли, Который повелевает не удаляться от законов Его, должна повиноваться душа моя (то есть: я) более, нежели человеку? Подлинно я должен повиноваться Ему, поелику в Боги обретается спасение мое.
Василия Великого: Душа должна господствовать над страстями и быть рабою только Богу; так как невозможно ей состоять под царствованием над нею греха и вместе Бога, но должно иметь власть над грехом и покорность Богу. Посему то пророк, препираясь с искусителем (диаволом) говорит: для чего ты понуждаешь меня быть рабом, кому не должно? У меня есть владыка; я знаю царя. Нисского: Давид назвал спасением души покорность ее Богу. Кирилла: Превосходное, преполезное и подающее всякую добрую надежду дело—есть покорность Господу, кроткое подложение воли ума под иго Его и приближение к Нему посредством совершенной скромности, сказывая сие пророческое слово: Вот мы будем принадлежать Тебе, ибо Ты Господь Бог наш! Феодорита: Сие рабство доставляет тебе, душа, спасение, ибо Он есть Бог, податель благ и могущий утвердить колеблющихся. И Афанасий: Хотя ты, душа, и поколебалась и не устояла в добродетели, однако ж покорись Господу, Который может и заступить и спасти тебя, так что впредь будешь непоколебима.