Ефрем Сирин (~306−373)
Возмутились Корей сын Иссаара, сына Каафа сына Левиина, и Дафан и Авирон сынове Елиавли, и Авнан сын Фалефа сына Рувимля. Возмутились против Аарона, с намерением или отнять у него священство, или с ним вместе священнодействовать в скинии. Но, когда в Египте делали кирпичи, не желали сего; когда Египтяне били их, не вожделевали этого; когда разделено было море, не просили о том; когда Египтяне погрязли, не домогались этого; когда Евреи переходили море, не приходило им сие на мысль; потому что боялись суда и наказания. Корей и прочие, возмутившиеся против Аарона и желавшие получить его священство, представляют образ первосвященников, возмутившихся против Господа нашего, и по сказанному в притче о винограднике, восхотевших получить Его наследие.
Источник: Толкование на книгу Числа.
Феодорит Кирский (386/93−~457)
Ст. 1−2 Корей, сын Ицгара, сын Каафов, сын Левиин, и Дафан и Авирон, сыны Елиава, и Авнан, сын Фалефа, сыны Рувимовы, восстали на Моисея, и с ними из сынов Израилевых двести пятьдесят мужей, начальники общества, призываемые на собрания, люди именитые
Рувим был первородный, и они думали, что священство прилично первородным, не обратили же внимания на то, что предок их лишен прав первородства за беззаконие.
Источник: Толкование на книгу Чисел.
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 1−2 Корей, сын Ицгара, сын Каафов, сын Левиин, и Дафан и Авирон, сыны Елиава, и Авнан, сын Фалефа, сыны Рувимовы, восстали на Моисея, и с ними из сынов Израилевых двести пятьдесят мужей, начальники общества, призываемые на собрания, люди именитые
Страх от рассказов соглядатаев земли Ханаанской, неудача самовольного вторжения в заповедные пределы, предстоящее скитание по только что пройденным пустыням произвели в народе общий упадок духа и вместе с тем крайнее недовольство своим положением. Влияние Моисея ослабело; с упадком этого влияния ослабла и дисциплина. Пользуясь таким состоянием народа, левит Корей со знатнейшими рувимлянами Дафаном, Авироном и Авнаном составили заговор с целью произвести коренное изменение в церковно-гражданском устройстве общины. Вскоре на сторону заговорщиков перешли еще 250 «именитых» людей. Заговор прикрывался высокой идеей святости всего народа. «Полно вам! — говорили заговорщики Моисею и Аарону. — Все общество свято, среди всех Господь! Зачем же вы ставите себя выше всех в народе Господнем?…» Опасность бунта была очевидна: это не было скоропреходящим возмущением людей, лишенных воды или пищи, — возмущением так же скоро прекращающимся, как и возникающим. На суд возбужденного народа были представлены основные принципы строя его социально-церковной жизни… В случае успеха задуманного заговорщиками предприятия, дезорганизованной еврейской массе могла угрожать серьезная опасность: часть евреев возвратилась бы, вероятно, в Египет, к котлам египетского мяса; часть затерялась бы в пустынях и часть ассимилировалась бы с туземными обитателями Ханаана.
Отсюда понятна та страшная кара, которая обрушилась на зачинщиков движения и которая должна была отрезвить их единомышленников.