В Галатию

Павел, апостол, не от людей и не человеком поставленный, а Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, И все здесь со мной братья — церквам Галатии С пожеланиями счастья свободы и мира от нашего Бога Отца и Господа Иисуса Христа. По воле нашего Бога Отца Он отдал себя за наши грехи и спас нас от этого порочного мира. Слава Ему во веки веков! Аминь. Все‑таки поразительно, с какой поспешностью вы, призванные милостью Христа, перебегаете теперь к новому евангелию. Ведь никакого нового нет! Зато есть люди, сбивающие вас с толку попытками исказить евангельскую весть о Христе. Но если кто‑то, да пусть хоть я сам или ангел с неба, придет к вам не с той вестью, какая до вас уже дошла, а с другой, — да будет он проклят! Мне уже приходилось говорить об этом, но повторю еще раз: кто принесет вам не то евангелие, которое вы уже получили, — да будет проклят! Чья похвала мне дороже: Божья или людская? Я что, людям угождать пустился? Но будь мое дело угождение людям, я не был бы рабом Христа! Надо вам, братья, знать, что евангельскую весть я принес вам не от человека. Я получил ее не от человека и научился ценить ее не от людей. Ее сообщил мне сам Иисус Христос. Вы, конечно, наслышаны о моем образе жизни в иудействе, как я безжалостно терзал Божью церковь, разорял ее. Я опережал в иудействе многих соплеменников моего поколения, ни на шаг не позволял себе отступить от предания отцов. Но еще не успел я родиться, как Бог по своей милости востребовал и призвал меня. Он решил Явить мне своего Сына, чтобы с вестью о Нем идти мне ко всем народам. И тут я ни к кому не бросился за советом, Не пошел в Иерусалим к апостолам, призванным еще до меня. Вместо этого я ушел в Аравию, потом вернулся в Дамаск. Лишь спустя три года я пришел наконец в Иерусалим пообщаться с Кифой, пробыл у него пятнадцать дней. Других апостолов я не видел, а видел Иакова, брата Господа. Все так и есть, как я пишу вам перед Богом. Не лгу. После этого я отправился в провинции Сирию и Киликию. Церкви Христа в Иудее лично меня не знали, Зато были наслышаны, что, мол, «давнишний наш притеснитель сегодня проповедует веру, которую вчера искоренял», — И прославляли за меня Бога.

Четырнадцать лет спустя я опять пошел в Иерусалим, с Варнавой. Взял с собой и Тита. Пошел по откровению. И там в узком кругу наиболее подготовленных братьев, изложил евангелие, которое проповедую язычникам. И выяснилось, что я трудился и тружусь не напрасно: Они там даже Тита, который был со мной, не стали принуждать к обрезанию, хотя и знали, что он эллин. Так нет же, затесались в нашу среду с целью опять закабалить нас лжебратья. Они исподтишка подрывали нашу свободу, которую дал нам Христос Иисус. Но мы ни на одну минуту от своего не отступились, сберегли для вас всю чистоту евангельского смысла. С другой стороны, каким бы авторитетом эти братья ни обладали, чем бы они в свое время ни отличились, мне это безразлично. Бог не взирает на лица. Мне авторитеты ничего нового не сообщили. Напротив, они сами убедились, что мне вверена проповедь евангелия среди необрезанных, как Петру — среди обрезанных. Тот, кто распорядился Петром как апостолом для обрезанных, распорядился и мной — для язычников. Узнав об этом моем апостольском деле, Иаков, Кифа и Иоанн, признанные столпы, подали мне и Варнаве руку в знак причастности и общего согласия: нам идти к язычникам, а им — к обрезанным. Но только чтобы мы помнили о бедствующих. Это я делал со всей старательностью. Кифа пришел в Антиохию. И там я открыто обрушился на него. Он явно нуждался в том, чтобы кто‑то его поправил. Когда не приходили еще братья от Иакова, он ел вместе с язычниками, а когда пришли, то из страха перед сторонниками обрезания бросил это и от всего отказался. Вместе с ним стали вилять и другие иудеи. Даже Варнава заразился их лицемерием. И когда мне стало ясно, что их поступки расходятся с евангельской истиной, я при всех сказал Кифе: «Если ты, иудей, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то зачем язычников принуждаешь к иудейству?» Мы — самые настоящие, прирожденные иудеи, а не «из язычников грешники». Но когда мы узнали, что человек оправдывается не делами Закона, а только верой в Иисуса Христа, то во Христа Иисуса и поверили, чтобы оправдаться верой в Христа, а не делами Закона, потому что делами Закона не оправдается никто. Но если мы, оправданные Христом, перед Законом те же грешники, то что, Христос — поставщик греха? Нет, нет и нет! Заново отстраивая то, что сам разрушил, я становлюсь преступником. По действию Закона я для Закона умер. Я сораспялся с Христом и живу для Бога. Собственно, не я живу, а живет во мне Христос. И если я сегодня живой человек, то я жив только верой в Божьего Сына, который полюбил меня и отдал себя в жертву ради меня. Могу ли я не принять Божью жертву? Если к оправданию причастен Закон, то Христос умер напрасно.

Непонятливые галаты! Кто обморочил вас? Это вас‑то, чьим глазам столько открылось о Христе распятом! Хочу от вас услышать одно: откуда с вами Дух? От авторитета Закона или от слова веры? Неужели вы до того непонятливы, что, начав с духа, уперлись в конце концов в землю? Вы столько всего вытерпели! Неужели впустую? Нет, это было бы слишком. Из чего исходит Податель даров, когда сообщает вам Дух и чудотворную силу, — из Закона или из слова веры? Вот же «поверил Авраам Богу — и зачлось ему за праведность». Пора вам понять, что сыновья Авраама — это те, у кого вера. Писание, предвидя, что Бог верой оправдает язычников, наперед огласило Авраамово евангелие: «С тобой — благословение всем народам». Это и происходит. С Авраамом — благословение всем, кто верит, как поверил он сам. А те, кто полагается на действие Закона остаются под проклятием, как и следует из этих слов: «Проклят не исполнивший всего, что написано в книге Закона». Закон никого не оправдает перед Богом, это ясно. Зато «праведен, у кого вера. Он будет жить». А по Закону вера остается не у дел: «жить будет тот, кто исполнит каждую букву Закона». Христос выкупил и вывел нас из-под проклятия Закона, взял проклятие на себя. Писание говорит так: «Проклят повешенный на дереве». Благодаря вере в Христа Иисуса благословение, обещанное Аврааму, перешло на язычников. Так вера дала всем нам обещанного Духа. Братья! Говорю в обыденном понимании. Даже заверенного людьми завещания никто не переделывает и не отменяет. Аврааму не зря было дано обещание о его семени. Не о многих сказано: «и потомкам», — а об одном: «и потомку твоему». А это Христос. Договора, утвержденного Богом ранее, за четыреста тридцать лет до появления Закона, Закон не отменяет. Обещание остается в силе. Если наследуют по Закону, то уже не по обещанию. А Аврааму Бог именно обещал. Тогда для чего Закон? Он до прихода Потомка, который был причиной обещания, явился ответом на злонамеренные поступки и в качестве дополнения был введен в действие ангелами рукой посредника. Но для посредничества одной стороны мало. Между тем Бог — один. Значит, Закон — преграда на пути Божьих обещаний? Да нет, конечно. Если бы в Законе была заложена способность давать жизнь, то праведность исходила бы, конечно, из Закона. Но Писание всех связало грехом, чтобы обещание давалось только верующим по их вере в Иисуса Христа. До начала веры Закон держал нас под присмотром, взаперти, пока не откроется нам вера. Закон был нашим строгим педагогом. Он готовил нас к приходу Христа, к оправданию верой. Но с началом веры руководит уже не педагог. Все вы — сыны Бога по вере в Христа Иисуса. Все вы, кто крестился, чтобы быть с Христом, стали неотличимы от Христа. Нет ни иудея, ни эллина. Нет ни раба, ни свободного. Нет ни мужчины, ни женщины. Вы все — одно целое с Христом Иисусом. Вы перешли в Христа и, значит, вы — потомки Авраама и по обещанию наследники.

Скажу так: малолетний наследник еще ничем не отличается от раба, хоть и барчонок. До времени, назначенного отцом, он во власти наставников и опекунов. Точно так же во власти слепых начал мира находились в детстве и мы. Но когда исполнилось время, Бог послал к нам своего Сына, рожденного женщиной и послушного Закону, И Он выкупил нас у Закона, утвердил наше сыновство. Теперь вы сыновья. В наших сердцах живет Дух, пришедший от Бога — это Дух Его Сына, зовущий Отца: «Абба! Отец!» И вот ты уже не раб, а сын. А если сын, то и наследник — наследник по решению Бога. Прежде, не зная Бога, вы были рабами небожественных сущностей, вовсе и не богов. А сейчас, когда вы знаете Бога, лучше сказать, когда Бог знает вас, зачем вы опять обращаетесь к унылым, несущественным вещам, опять хотите быть у них в кабале? Подчинили себя каким‑то дням, месяцам, временам и годам. Боюсь, не потрудился ли я у вас впустую. Братья! Будьте, как я, потому что и сам я, как вы. Об этом прошу. Обиды от вас мне не было. Вспомните-ка, как в первый раз, превозмогая слабость больного тела, я знакомил вас с евангельской вестью. Тогда вы стерпели, не отвернулись с презрением, не испугались отталкивающей плоти, а приняли меня, как Божьего ангела, как Христа Иисуса. Где же теперь ваши приязни? Я свидетель, что, будь такая необходимость, вы бы глаза свои вырвали и отдали мне. А теперь не потому ли я вам враг, что говорю правду? Не к добру они вас обхаживают. Хотят переманить к себе, чтобы вам думать только о них. Хорошо быть в центре дружеского внимания. Но так должно быть всегда, а не только когда я с вами. Дети мои! Я снова в муках произвожу вас на свет, пока не обозначится в вас Христос. Как хотелось бы мне сейчас вместо того, чтобы корпеть над письмами, поговорить с вами! Все было бы проще. Хотите быть под Законом, а не глухи ли вы к Закону? В Писании сказано: у Авраама было два сына; один от рабы, другой от свободной. Но был от рабы сын рожден в силу естества, а от свободной — по обещанию. Тут иносказание о двух договорах. Один, от горы Синай, с рождения обращает в рабство. Это Агарь. Агарь — это гора Синай в Аравии и соответственно нынешний Иерусалим, потому что он в рабстве вместе со своими детьми. А небесный Иерусалим свободен. Это — наша мать. По Писанию: «Радуйся, бесплодная, незачавшая! Дай выход громким восторгам, не рожавшая в муках, потому что намного больше детьми одарена одинокая, чем замужняя». Вы, братья, — дети по обещанию, как Исаак. Тогда рожденный от земли притеснял рожденного от Духа. То же и сегодня. А что говорит Писание? «Прогони рабыню с ее сыном. Сыну рабыни не бывать наследником наравне с сыном свободной». Словом, братья, мы — не от рабыни, а от свободной.

Христос освободил нас, чтобы мы наслаждались свободой. Берегите ее. Не позволяйте себе снова вернуться в состояние рабства. Я, Павел, говорю вам: нет вам от Христа никакого толку, когда обрезываетесь. Ставлю в известность каждого, кто обрезывается, что придется ему исполнить и весь Закон. Оправдываясь Законом, вы остаетесь без Христа, отпадаете от Его милостивой опеки. Хотите оправдания перед Богом — возлагайте надежду только на Духа и веру. С Христом Иисусом определяющей вещью становится не факт обрезания или необрезания, а вера, действующая любовью. Вы успешно продвигались. Кто не дал вам дойти до истины, до послушания Богу? Нет, не Тот, кто вас призывает. Не Его это вмешательство. Малая толика закваски все тесто квасит. Господь на моей стороне, поэтому верю, что вы со мной согласитесь. А тот, кто запутывает вас, кто бы он ни был, не избежит наказания. Однако, братья, за что же все‑таки меня преследуют? За то, что я по-прежнему стою за обрезание? Нет, как раз за то, что в моей проповеди заявляет о себе мятежная суть креста. Не возражу, если обрежут себя на полуслове те, кто сбивает вас с толку. Вы к свободе призваны, братья. Только бы не употребить вам свободу на похождения человека, который живет в вас земными интересами. Служите друг другу с любовью. Весь Закон исполнен вот этими словами: «Люби своего ближнего, как самого себя». Если же вы друг друга поедом едите, со свету сживаете, то смотрите, как бы вам всем начисто самих себя не истребить. Вот что я вам скажу: живите интересами Духа. Ничего не делайте в интересах своей земной сути. Интересы земной сути враждебны Духу, а интересы Духа враждебны земной сути. Дух и земная суть во всем расходятся. Вот почему вы иной раз хотите одно, а делаете другое. Но если вас ведет Дух — над вами нет Закона. Порождения земной сути известны: разврат, гнусность, непотребство, Поклонение идолам, колдовство, вражда, склока, зависть, озлобление, отчуждение, разобщенность, ересь, Себялюбие, пьянство, разгульная жизнь и тому подобное. Говорю вам наперед, как и прежде говорил, что причастные ко всему этому Божьего Царства не наследуют. А плоды Духа — любовь, радость, мир, тихое прощение, доброта, щедрость, верность, Незлобивая душа, скромность. Нет закона, который бы их запрещал. У тех, кто в союзе с Христом Иисусом, тело распято на кресте вместе с земными страстями и капризами. Если мы живем Духом, то по законам Духа и жизнь должны строить. Не будем задирать нос, друг друга шпынять, друг другу завидовать.

Братья, в случае, если за кем‑то у вас будет замечаться грех, то вы, духовные, ненавязчиво, деликатно поправьте его. Это правило должно касаться и вас самих — тогда и вы остережетесь. Помогайте друд другу переносить беды, тогда исполните, что называется, закон Христа. Кто придает себе значение, ничего не знача, тот ставит себя в глупое положение. Пусть каждый отличится в своем деле, тогда будет у него заслуга собственная, не чужая. У каждого будет свой жизненный опыт. Пусть ученик, наставляемый в Слове, поделится своим благополучием с наставником. Не обманывайте себя: Богу голову не заморочишь. Что посеешь, то и пожнешь. Сеешь в своих мелких интересах — пожнешь пыль: на то он и мелкий интерес. А сеешь в интересах Духа — пожнешь от Духа вечную жизнь. Будем без устали делать полезное дело и тогда, если рук не опустим, в свое время пожнем. Словом, давайте всегда при всякой возможности будем делать добро всем, и не в последнюю очередь — братьям по вере. Как вам нравятся эти огромные каракули? Это так выводит моя рука. Те, кто говорит, что тело должно выглядеть безукоризненно, и требует от вас обрезания, на самом деле просто боятся преследований за крест Христа. Такие обрезываются, а Закона не соблюдают, зато добиваются вашего обрезания, чтобы за ваш счет заслужить похвалу. Я же в похвале не нуждаюсь, разве что в пользу креста нашего Господа Иисуса Христа, на котором для меня мир распят и я для мира. Ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а только если ты заново сотворен Богом. Всем, кто последует этому правилу — мир и милость! Им и Израилю Божьему! Наконец, пусть никто из вас больше не причинит мне боль. Я уже и так отмечен ранами Иисуса на моем теле. Милость нашего Господа Иисуса Христа пусть переполнит ваш дух, братья! Аминь.