Феодорит Кирский (386/93−~457)
Объяша мя яко лев готов на лов, и яко скимен обитаяй в тайных
Отринув разумность естества, подражают зверям, которые желают пищи, высматривают оную, и внезапно кидаются на нее.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Объяша (подстерегли) мя яко лев готов на лов, и яко скимен (львенок) обитаяй в тайных
Что касается до надежды или расчетов моих врагов, то вот они подстерегли уже и готовы схватить меня, т.е. готовы напасть на меня, приподнять меня от земли и понести, как добычу. Различие между львом и львенком, по мнению некоторых, состоит в следующем: лев, надеясь на силу, бросается на свою добычу явно и открыто; а львенок, не имея этой уверенности, подкрадывается к добыче тайком, из какой-нибудь своей засады. Так и враги Давида, одни готовы открыто напасть на него; другие, напротив, не надеясь на самих себя, могут нападать не иначе, как тайно. Впрочем ничто здесь не препятствует принять оба эти слова, как выражение одной и той же мысли; так как пророк имеет обыкновение нередко в речи, описывающей страдания, выражать одно и тоже в различных только словах, дабы резче изобразить испытываемое страдание и тем, легче, по-видимому, привлечь к себе милосердие Божие.
Лопухин А.П. (1852−1904)
Объяша мя яко лев готов на лов и яко скимен обитаяй в тайных
К числу этих попыток, помимо открытого преследования, относятся и скрытые, тайные выслеживания и подстерегания Давида, приравнивающие врагов Давида к хищным животным, выслеживающим свою добычу.