Афанасий Великий (~295−373)
Друзи мои и искреннии мои прямо мне приближишася и сташа. Когда был я поражен, они противостали мне. Говорит же это об Авессаломе и Ахитофеле.
Источник: Толкование на псалмы.
Феодорит Кирский (386/93−~457)
Ст. 12−13 «Друзи мои и искреннии мои прямо мне приблизишася и сташа». «И ближнии мои отдалече мене сташа». Симмах перевел сие так: друзья и искренние мои, во время поразившаго меня удара, стали против меня, т. е. одни из друзей, видя поразивший удар, стали поступать враждебно и явно мне противостали, а другие из страха отделились от меня, не подав мне своей помощи. И в числе первых дает разуметь Ахитофела, который не только отделился, но и предлагал пагубные советы. Но и другие вероятно также поступили с Давидом, вернее же сказать, большая часть Израиля, и самое Иудино колено, вооружились на него с Авессаломом. А потому, вскоре по убиении покушавшагося на жизнь отца, стали советовать друг другу, предупредить другия колена и возвратить Царя Давида в царский дом.
«И нуждахуся ищущии душу мою, и ищущии злая мне глаголаху суетная, и льстивным весь день поучахуся». Враги, видя меня оставшимся без друзей, продолжали строить мне козни, желая моей смерти.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Друзи мои и искренны мои прямо мне приближишася и сташа.
Здесь Давид, по изъяснению Феодорита, загадочно указывает на своего советника Ахитофела и многих ему подобных друзей своих. Друзья мои, говорит, и домашние мои пришли на меня, ибо это означает—приблизились и стали против меня; потому что Бог попустил произойти сему на меня за грехи мои; грехами моими поднялось на меня сие море бедствий.
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 12−13 Друзи мои и искреннии мои прямо мне приближишася и сташа. И ближнии мои отдалече мене сташа, и нуждахуся ищущии душу мою: и ищущии злая мне глаголаху суетная, и льстивным весь день поучахуся.
Моя болезнь отдалила от меня друзей, а враги сделались смелее. Искренние мои стали против меня в некотором расстоянии, как простые наблюдатели, но не подходили ко мне. Это делали самые приближенные ко мне лица, а обыкновенные друзья, — так те стояли вдали. Зато не дремали враги Давида. Его страдания побуждали их, желавших гибели и зла ему, распространять ложные о нем сведения и строить козни.