Феофилакт Болгарский (~1078−~1107)
Ст. 20−23 Родители его сказали им в ответ: мы знаем, что это сын наш и что он родился слепым; а как теперь видит, не знаем, или кто отверз ему очи, мы не знаем; сам в совершенных летах, самого спросите: пусть сам о себе скажет. Так отвечали родители его, потому что боялись Иудеев; ибо Иудеи сговорились уже, чтобы, кто признает Его за Христа, того отлучат от синагоги. Посему-то родители его и сказали: он в совершенных летах; самого спросите
Фарисеи родителям слепого предложили три вопроса: 1) сын ли это их? 2) слепым ли он родился? и 3) как он стал зрячим? На первые два вопроса они отвечают утвердительно, что это сын их и он был слеп, а о способе исцеления не отвечают за незнанием. Так случилось, без сомнения, для того, чтобы истина была признана тверже, чтобы ее засвидетельствовал сам получивший благодеяние и потому свидетель достовернейший, как и родители его говорят: сам в совершенных летах, он не дитя или недоросль, чтобы не понимал, как исцелился. Так отвечали родители его потому, что боялись фарисеев. Они были нетверды и малодушнее сына своего. А он становился неустрашимым свидетелем истины; он стал хорошо видеть и мысленными очами.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Отвещаста (же) им родителя его и реста: вемы, яко сей есть сын наю и яко слеп родися: како же ныне видит, не вемы, или кто отверзе ему очи, мы не вемы
Ст. 20−21: Так как им предложили три вопроса: их ли это сын, родился ли он слепым и каким образом он теперь видит, то на первые два они ответили утвердительно, а относительно того, каким образом он теперь видит, сказали, что они не знают, боясь иудеев, как это сейчас будет видно.