Но, увидев сына, виноградари стали рассуждать между собой, как им поступить. „Это наследник, — говорили они, — убьем его, и его наследство станет нашим“.
Но, увидев сына, виноградари стали рассуждать между собой, 'что им делать'. "Это наследник, — говорили они, — убьем его, и 'его' наследство станет нашим".