Бытие

В начале создал Бог небо и землю. Земля была пустынна и пуста — тьма над пучиной, и Божий Дух вихрем ходил над водами. Бог сказал: «Пусть будет свет». И появился свет. Бог увидел, что свет хорош. И Бог отделил свет от тьмы. Бог дал свету имя «день», а тьме — «ночь». Был вечер — было утро, день первый. Бог сказал: «Пусть посреди воды будет сфера, пусть она разомкнет воду». И это сделалось. Бог создал сферу и разомкнул воду: на ту, что под сферой, и ту, что над сферой. Бог дал сфере имя «небо». Был вечер — было утро, день второй. Бог сказал: «Пусть сольются под небом все воды и появится суша». И это сделалось. Бог дал суше имя «земля», а слиянию вод — «море». Бог увидел, что это хорошо. И Бог сказал: «Пусть земля породит траву, злаки с семенами, разные виды плодоносных деревьев со своим семенем в плодах». И сделалось. Земля породила траву, разные виды злаков с семенами и разные виды плодоносных деревьев со своим семенем в плодах. Бог увидел, что это хорошо. Был вечер — было утро, день третий. Бог сказал: «Пусть на небесной сфере будут светила. Пусть они разведут день и ночь и пусть от них идет отсчет сроков: дней и лет. Пусть они будут источником света на небесной сфере и пусть они светят на землю». И это сделалось. Бог создал два больших светила, — одно большое светило, определять течение дня, и другое, поменьше, определять течение ночи, — и звезды. Бог поместил их на небесной сфере: пусть светят на землю И определяют течение и чередование дня и ночи, света и тьмы. Бог увидел, что это хорошо. Был вечер — было утро, день четвертый. Бог сказал: «Пусть живые существа заполонят воду. Пусть по небесной сфере полетят над землей птицы». И это сделалось. Бог создал огромных морских чудищ и разные виды живых существ, снующих в воде, и разные виды крылатых птиц. Бог увидел, что это хорошо. Он благословил их и сказал: «Обзаводитесь потомством, умножайте его. Заполоняйте морские воды. И пусть будет на земле много птиц». Был вечер — было утро, день пятый. Бог сказал: «Пусть земля породит разные виды живых существ: скота, мелкой живности, зверей». И это сделалось. Бог создал разные виды зверей, скота и мелкой живности, снующей по земле. Бог увидел, что это хорошо. И Бог сказал: «Создадим человека — Наш образ, Наше подобие. Пусть властвует над рыбами в море, над птицами в небе, над скотом и над зверем и над всей мелкой живностью, снующей по земле». И Бог создал человека — свой образ, создал Божий образ. Бог создал мужчину и женщину И благословил их. Бог сказал: «Обзаводитесь потомством, умножайте его. Ступайте по земле, подчиняйте ее себе. Властвуйте над рыбами в море, птицами в небе и всеми животными, снующими по земле». Бог сказал: «Вот вам земля: собирайте на ней пищу со всех трав с семенами и со всех плодоносных деревьев с семенем в плодах. Пусть зеленая растительность будет пищей и зверям, и птицам, и всем живым существам на земле». И это сделалось. Бог окинул взглядом свое творение. Все было очень хорошо. Был вечер — было утро, день шестой.

Так возникли небо и земля и образовался их сложный порядок. К седьмому дню все было сделано. Бог завершил свой труд. И Бог отметил седьмой день покоем от всех своих созидательных трудов. Бог благословил седьмой день, сообщил ему святость. Этот день Бог отметил покоем от всех своих созидательных трудов, трудов создания вселенной. Эта книга повествует о небе и земле в ту пору, когда они были созданы. В тот день, когда Господь Бог создал землю и небо, Не было в поле ни листка, ни ростка: еще не пролились на землю дожди, посылаемые Господом Богом. Не было человека — не было земледелия. И только подпочвенные воды орошали землю. Господь Бог вылепил из земли человека и вдохнул ему в ноздри дыхание жизни. Человек стал живою душой. На востоке в Эдеме Господь Бог насадил сад и поселил там человека, которого вылепил. Господь Бог вырастил в саду разные деревья, ласка глазу и хорошие плоды, а посреди сада — дерево жизни и дерево познания добра и зла. Сад в Эдеме орошает река. Выходя оттуда, она расходится на четыре рукава. Один из них называется Пишон. Он пересекает страну Хавила, где золото. В той стране хорошее золото. И еще там ароматы и камень оникс. Вторая река называется Гихон. Она пересекает страну Куш. Третья река называется Тигр. Ее течение проходит восточнее Ашшура. Четвертая река — Евфрат. Господь Бог поселил человека в Эдеме: пусть обрабатывает и бережет сад. Предостерегая человека, Господь Бог сказал: «Плоды с какого хочешь дерева в саду бери и ешь. Не ешь только с одного дерева, с дерева добра и зла, а съешь — смертью умрешь в тот же день». Господь Бог сказал: «Человек одинок, это плохо. Дам ему подходящую пару». Господь Бог вылепил из земли разных зверей и птиц и привел их к человеку — как он их назовет? Человек называл — и животное получало имя. Человек Адам дал имя скотине, птицам и всем зверям. Но не нашлось среди них подходящей пары человеку. Господь Бог наслал на Адама сон и, когда тот уснул, взял у него ребро, а рану убрал. Из ребра, взятого у Адама, Господь Бог создал женщину и привел ее к нему. Адам сказал: «Вот она, кость от моей кости, плоть от моей плоти. Будет зваться женой, а взялась от человека мужского рода». Оставит человек отца и мать и сроднится с женой. И будут двое одной плотью. Адам и его жена ходили без одежды, о стыде они не догадывались.

Змей был самым хитрым из всех зверей, созданных Господом Богом. Змей говорит женщине: «А что, Бог совсем запретил вам есть плоды с деревьев в саду?» Женщина ответила: «Нет, плоды есть можно. Это только о плодах с дерева, которое посреди сада, Бог сказал: есть их или даже трогать нельзя, а то умрем». Змей сказал женщине: «Не умрете. Просто, если съедите, у вас откроются глаза и будете как боги различать добро и зло. Бог это знает». Женщина посмотрела на плоды. Глаз не отвести, так они были хороши. Очень хотелось их съесть. Она сорвала плод, съела, дала Адаму — съел и он. И у них открылись глаза. Они увидели, что не одеты, и обвязали себя опоясками из смоковницы. В воздухе повеяло вечерней прохладой. Адам и его жена услышали, как Господь Бог идет по саду, и спрятались за деревьями. Господь Бог позвал Адама: «Где ты?» Адам ответил: «Здесь, в саду. Я услышал Твои шаги, испугался, что не одет, и спрятался». Бог сказал: «Как ты узнал, что ты не одет? Ты что, пробовал плод с того дерева, о котором Я говорил не ешь?» Адам сказал: «Женщина, которую Ты привел, дала мне с дерева плод — и я съел». Господь Бог сказал женщине: «Зачем ты это сделала?» Та ответила: «Змей подольстился — и я съела». Господь Бог сказал Змею: «За то, что ты это сделал, ты проклят. Среди скота и зверей ты изгой. Всю жизнь будешь ползать на брюхе и питаться пылью. С женщиной вы теперь враги. Ваши потомки тоже. Ее потомок размозжит тебе голову, ты укусишь его в пяту». А женщине Бог сказал: «Мучительной болью отягощу твою беременность. В муках будешь рожать детей. Будешь хотеть мужа. Муж будет твоим господином». И наконец Адаму Бог сказал: «Из-за запретного плода, который ты послушно взял и съел, проклята вся земля. Пока ты жив, тяжким трудом будешь трудиться на ней ради пищи. Земля уродит тебе колючки и репьи. Будешь питаться травами. В поте лица будешь добывать свой хлеб, пока не вернешься в землю, откуда ты взят. Ты пыль и снова станешь пылью». Адам дал своей жене имя Ева. Она стала матерью всех, кто живет. Господь Бог сшил Адаму и Еве одежду из шкур и одел их. А потом Господь Бог сказал: «Адам сделался едва ли не одним из Нас: знает добро и зло. Того и гляди сорвет плод с дерева жизни, съест и будет жить вечно». И Господь Бог выдворил его из Эдемского сада — пусть трудится на земле, из которой был взят. Он изгнал Адама из Эдемского сада и с восточной стороны поставил стражу: херувимов и огненный меч с размахом во все стороны, — охранять тропу к дереву жизни.

Адам спал с женой, Евой. Она забеременела и родила Каина. Ева сказала: «Этого мальчика дал мне Господь». И еще она родила Авеля, брата Каина. Авель пас овец. Каин возделывал землю. Шло время. Каин собрал и принес Господу плоды земли. Авель принес лучшее, что у него было в стаде: первый приплод. Господу приглянулось приношение Авеля. А приношение Каина не приглянулось. Лицо Каина исказилось от обиды. Господь сказал Каину: «Что у тебя с лицом? Ты что, обиделся? Подними голову, будь добрей. Грех уже на пороге — гони его прочь, пока ты еще у себя в доме хозяин». Каин сказал Авелю: «Пошли выйдем в поле». Вышли в поле. Каин набросился на Авеля и убил его. Господь спрашивает Каина: «Где твой брат Авель?» Тот ответил: «Не знаю. Что я, сторож, что ли, своему брату?» Господь сказал: «Что ты наделал! С окровавленной земли дошел до Меня вопль о твоем брате. Ты теперь проклят, земля отказывается от тебя: ты своей рукой напоил ее кровью брата. Напрасно будешь теперь возделывать землю: она перестанет тебя кормить. Быть тебе бродягой и скитальцем». Каин сказал Господу: «Мне такое наказание не под силу. Ты прогоняешь меня с земли. Мне остается одно — бежать и бежать. А на дороге бродягу и скитальца может убить кто угодно». Но Господь пообещал: «Тому, кто убьет Каина, отмстится всемеро». И Бог отметил Каина особым знаком: никто его на дороге не убьет. Каин ушел от Господа и поселился в стране Нод, что восточнее Эдема. Каин спал со своей женой. Жена забеременела и родила сына, Еноха. Каин как раз строил город и назвал его в честь сына: Енох. У Еноха потом родился сын Ирад. У Ирада был сын Мехияэл, у Мехияэла — Метушаэл, у Метушаэла — Ламех. У Ламеха было две жены: одну звали Ада, другую — Цилла. У Ады родился сын, Явал. Потомки Явала живут в шатрах и пасут скот. Его брат Ювал положил начало искусству игры на струнах и свирели. У Циллы родился сын Тувал-Каин. Тувал-Каин был кузнецом, ковал медь и железо. Его сестрой была Наама. Ламех сказал своим женам: «Жены Ламеха, Ада и Цилла! Слушайте и запомните, что скажу. Сильный нападет на меня — убью, слабый тронет меня — убью. За Каина отмстится всемеро, а за Ламеха — всемеро семьдесят раз!» Адам снова спал с женой. Она родила сына и дала ему имя Шет и сказала так: «Нового сына дал мне Бог вместо Авеля, которого убил Каин». Когда потом у Шета родился сын, он дал ему имя Энош. Как раз тогда люди начали призывать имя Господа.

История Адама. Когда Бог создал человека, Он создал его как Божье подобие. В тот день Бог создал мужчину и женщину, благословил их и назвал имя: человек, Адам. Когда Адаму было сто тридцать лет, у него родился сын — образ и подобие его самого. Адам дал ему имя Шет. После рождения Шета Адам прожил восемьсот лет. У него были еще сыновья и дочери. Адам прожил девятьсот тридцать лет и умер. Когда Шету было сто пять лет, у него родился сын Энош. После рождения Эноша Шет прожил восемьсот семь лет. У него были еще сыновья и дочери. Шет прожил девятьсот двенадцать лет и умер. Когда Эношу было девяносто лет, у него родился сын Кенан. После рождения Кенана Энош прожил восемьсот пятнадцать лет. У него были еще сыновья и дочери. Энош прожил девятьсот пять лет и умер. Когда Кенану было семьдесят лет, у него родился сын Махалалэл. После рождения Махалалэла Кенан прожил восемьсот сорок лет. У него были еще сыновья и дочери. Кенан прожил девятьсот десять лет и умер. Когда Махалалэлу было шестьдесят пять лет, у него родился сын Еред. После рождения Ереда Махалалэл прожил восемьсот тридцать лет. У него были еще сыновья и дочери. Махалалэл прожил восемьсот девяносто пять лет и умер. Когда Ереду было сто шестьдесят два года, у него родился сын Енох. После рождения Еноха Еред прожил восемьсот лет. У него были еще сыновья и дочери. Еред прожил девятьсот шестьдесят два года и умер. Когда Еноху было шестьдесят пять лет, у него родился сын Метушелах. После рождения Метушелаха Енох жил в послушании Богу триста лет. У него были еще сыновья и дочери. Енох прожил триста шестьдесят пять лет. Всю жизнь он был послушен Богу. И не стало Еноха: Бог взял его к себе. Когда Метушелаху было сто восемьдесят семь лет, у него родился сын Ламех. После рождения Ламеха Метушелах прожил семьсот восемьдесят два года. У него были еще сыновья и дочери. Метушелах прожил девятьсот шестьдесят девять лет и умер. Когда Ламеху было сто восемьдесят два года, у него родился сын. Ламех дал ему имя Ной. И сказал так: «Он облегчит надсаду наших рук, натруженных на земле, проклятой Господом». После рождения Ноя Ламех прожил пятьсот девяносто пять лет. У него были еще сыновья и дочери. Ламех прожил семьсот семьдесят семь лет и умер. Когда Ною было пятьсот лет, у него родились сыновья Сим, Хам и Яфет.

Людей на земле стало уже совсем много. Их дочерей Заметили Божьи сыны, оценили их красоту и стали брать их себе в жены, кому какая приглянулась. Господь сказал: «Человек — это плоть. Я дал ему жизнь, но жить ему не всегда, хватит ста двадцати лет». От Божьих сынов у женщин рождались дети. Так в те давние времена впервые появились и жили на земле могучие и доблестные исполины. Далеко зашло растление человека на земле: на уме у людей было одно только зло. И Господь это увидел. Он пожалел, что создал человека на земле. Господь разгневался И сказал: «Сотру с лица земли человека, которого Я создал, а вместе с ним — зверей, всю живность и птиц. Напрасно Я создал их». Только к одному Ною у Господа оставалась еще приязнь. Жизнь Ноя. Ной был человек праведный, тихий, других таких не было. Он всегда слушался Бога. У Ноя было три сына: Сим, Хам и Яфет. Земля в глазах Божьих стала мерзостью, местом злодейства. Бог оглядел землю: все было омерзительно, все пошли кривыми путями. Бог сказал Ною: «Хочу убрать этих людей. От них на земле одно только злодейство. Уничтожу их вместе со всей землей. А ты построй себе из дерева гофер плавучий ковчег. Раздели его на отсеки и осмоли борт изнутри и снаружи. Размеры возьми такие: длина Ковчега — триста локтей, ширина — пятьдесят, высота — тридцать. В Ковчеге устрой верхний свет, подними его на локоть выше всего сооружения. Сбоку навесь дверь. Раздели Ковчег на три уровня: нижний, средний и верхний. Я затоплю землю и истреблю на ней всякое дыхание жизни. Жизнь прекратится на всей земле. С тобой у Меня будет договор. Возьмешь с собой на Ковчег сыновей, жену и невесток. От каждой живой души приведешь туда с собой по паре — самца и самку. Пусть спасутся вместе с тобой. С тобой на Ковчеге будет по одной паре от всех видов птиц, скота и прочей живности. Пусть спасутся. Возьми с собой запас самой разной пищи на всех — на себя и всех остальных». Все это Ной исполнил. Как Господь сказал ему, так он и сделал.

Господь сказал Ною: «Забери с собой на Ковчег семью. Вижу только одну праведность — твою. У других людей ее нет. Приведи с собой по семи пар чистых животных, самцов и самок, по паре нечистых животных, самца и самку, И по семи пар птиц, самцов и самок. Пусть сохранится на земле живое потомство. Через семь дней пролью на землю дождь. Дождь будет литься сорок дней и сорок ночей. Снесу с лица земли все, что Я создал, все живое». Ной сделал все, как сказал Господь. Ною было шестьсот лет, когда вода затопила землю. На Ковчеге спаслись от потопа Ной с сыновьями, его жена и невестки. Чистого и нечистого скота, птиц и прочей живности На Ковчеге Ноя было по двое: самец и самка. Так сказал Бог. Прошло семь дней. Вода стала заливать землю. Это было на шестисотом году жизни Ноя, на семнадцатый день второго месяца. В тот самый день хлынули потоки великой пучины и разомкнулись небесные створы. Дождь лился на землю сорок дней и сорок ночей. В тот самый день Ной и с ним его сыновья Сим, Хам и Яфет, жена Ноя и его невестки взошли на Ковчег И с ними — все виды зверей, скота, все виды живности, снующей по земле, и все виды птиц, все летающие на крыльях. Ной взял с собой на Ковчег пару от каждого существа, в ком было дыхание жизни. От каждого вида были самцы и самки. Так сказал Ною Бог. И Господь закрыл за Ноем дверь Ковчега. Сорок дней не прекращался потоп. Вода все прибывала и прибывала и наконец подняла Ковчег над землей. Воды становилось все больше. Вода разлилась по всей земле. Ковчег держался на плаву. Большая вода хлынула на землю, и все высокие горы, какие есть под небесами, ушли под воду. Вода поднялась на пятнадцать локтей над горами и затопила их. На земле пресеклись жизнь и шевеление всего живого: птиц, скота, зверей и человека. Умерли все обитатели суши, все, у кого в ноздрях было дыхание жизни. С лица земли исчезли все живые существа от человека до скота и прочей живности и птиц. Никто не уцелел на земле. Выжил только Ной и с ним все обитатели Ковчега. Сто пятьдесят дней заливала землю вода.

Бог вспомнил про обитателей Ковчега: про Ноя, про зверей и скот. Бог погнал ветер по земле, и воды стали. Перестала пополняться пучина, сомкнулись небесные створы, и ливень прекратился. Вода начала постепенно сходить с земли. Это случилось на сто пятидесятый день потопа. В семнадцатый день седьмого месяца ковчег стал на Араратских горах. Пошел десятый месяц года. Вода продолжала убывать, и уже в первый день месяца показались вершины гор. Прошло сорок дней. Ной открыл верхний свет, заранее сделанный на Ковчеге, И выпустил ворона. Ворон летал туда-сюда над водой. Суши не было. Все‑таки надо было узнать, может быть, есть земля, и Ной выпустил голубя. Голубь не нашел на что поставить лапку и вернулся. Вода все еще была разлита по всей земле. Ной высунул руку и втащил голубя назад в Ковчег. Ной подождал семь дней и опять выпустил голубя. Голубь вернулся к вечеру и принес в клюве зеленый листок оливы. Ной понял, что где‑то уже появилась суша. Он подождал еще семь дней и опять выпустил голубя. Голубь не вернулся. Вода спала к первому дню первого месяца шестьсот первого года жизни Ноя. Ной открыл Ковчег и увидел землю. К двадцать седьмому дню второго месяца освободилась вся суша, И Бог сказал Ною: «Сойди с Ковчега вместе с женой, сыновьями и невестками. Следом выведи животных: птиц, скот и прочую снующую живность. Пусть идут обзаводятся потомством и умножают его на земле». Ной сошел с Ковчега вместе с сыновьями, женой и невестками. Все звери и прочая живность, все птицы, все живое, снующее по земле — вид за видом — все сошли вслед за Ноем с Ковчега. Ной соорудил жертвенник Господу и принес жертву всесожжения от всех видов чистых животных и птиц. Господь уловил приятный запах жертв и сказал самому себе: «Не буду больше проклинать землю из-за человека. Первая мысль, которая появляется у него в голове, — это зло. И все равно не будет больше от Меня повального истребления всего живого. Пока стоит земля, на ней всегда будут сев и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь».

Бог благословил Ноя и его сыновей. Он сказал им: «Обзаводитесь потомством, умножайте его. Заселяйте землю. Все звери на земле, все птицы в небе, вся живность, что передвигается по земле, и все рыбы в море отданы в ваши руки. Все они будут бояться вас и трепетать перед вами. Помимо зелени растений даю вам другую пищу — всех животных на земле. Только не ешьте с кровью — в ней жизнь. А за вашу кровь, за вашу жизнь Я взыщу. Взыщу со зверя. Взыщу и с человека — за человека, за жизнь человеческую. Человек — Божий образ. Таким создал его Бог. Кто прольет кровь человека, прольет за это от руки человека и свою кровь. Обзаводитесь потомством, умножайте его, заселяйте землю, будьте хозяевами земли». Бог сказал Ною и его сыновьям: «С вами и с вашим потомством Я заключаю договор. Этот договор касается всех, кто сошел с Ковчега: птиц, скота, зверей — всех животных на земле. Вот этот договор: больше не будет угрозы жизни на земле от наводнения, больше не будет потопа и опустошения на земле». Бог продолжал: «Для себя, для вас и для всех животных Я навсегда, на все поколения вывешиваю в облаках Мой лук, радугу — это знак договора между Мной и обитателями земли. Всякий раз, когда Я соберу облака над землей и в облаках повиснет радуга, Я вспомню о договоре между Мной, вами и всем живым на земле. Вода не будет больше угрожать потопом и истреблением жизни. Поэтому будет радуга в облаках. Я посмотрю и вспомню о вечном договоре между Богом и каждой живой душой на земле». Бог сказал Ною: «Это знак договора между Мной и обитателями земли». С Ковчега на землю сошли сыновья Ноя Сим, Хам и Яфет (Хам был отцом Ханаана). От этих трех сыновей Ноя произошли все народы на земле. Ной был человеком от земли, первым виноградарем. Он выпил вина, опьянел и, лежа у себя в шатре, раскрылся. Это увидел Хам (отец Ханаана) и рассказал братьям. Сим и Яфет взяли накидку и с накидкой за плечами вошли спиной вперед и прикрыли отца. С затылка они не видели его наготы. Ной проспался после вина и узнал, как обошелся с ним его младший сын. Ной сказал: «Будь ты проклят, Ханаан, последний раб у своих братьев!» И добавил: «Сима благословит Господь Бог. А Ханаану быть рабом у братьев. Бог раздвинет границы владений Яфета. Жить ему в шатрах у Сима. А Ханаану быть рабом у братьев». После потопа Ной прожил триста пятьдесят лет. Всего Ной прожил девятьсот пятьдесят лет и умер.

История сыновей Ноя. Сыновья Ноя: Сим, Хам и Яфет. После потопа у них родились сыновья. Сыновья Яфета: Гомер, Магог, Мадай, Яван, Тувал, Мешех и Тирас. Сыновья Гомера: Ашкеназ, Рифат и Тогарма. Сыновья Явана: Элиша, Таршиш и еще родоначальники киттеев и роданеев. Все они расселились у моря. От этих племен пошли названия народов, их земель и языков. Сыновья Хама: Куш, Мицраим, Пут и Ханаан. Сыновья Куша: Сева, Хавила, Савта, Раама и Савтека. Сыновья Раамы: Шева и Дедан. У Куша был еще один сын, Нимрод — герой, каких не знала земля. Волей Господа он был могучим охотником. От его имени пошла поговорка: могучий охотник, как Нимрод у Господа. Сначала он обосновался в стране Шинар, где были его царства: Вавилон, Эрех, Аккад и Калнех. Оттуда он двинулся в Ашшур и построил Ниневию, Реховот-Ир, Калах, А между Ниневией и Калахом поставил Ресен — самый большой город. От Мицраима произошли лудеи, анамеи, лехавеи, нафтухеи, Патрусеи, каслухеи и кафторяне. От них — филистимляне. Ханаан был отцом Сидона первенца и Хета. От него также произошли евусеи, амореи, гиргашеи, Хиввеи, аркеи, синеи, Арвадеи, цемареи и хаматеи. Потом ханаанские племена расселились. Они двинулись в сторону Герара и прошли от Сидона до Газы, а оттуда к Содому, Гоморре, Адме и Цевоиму, до самой Лаши. От этих племен Хама получили название народы, их земли и языки. У Сима, старшего брата Яфета и предка всех потомков Эвера, тоже были сыновья. Сыновья Сима: Элам, Ашшур, Арпахшад, Луд, Арам. Сыновья Арама: Уц, Хул, Гетер, Маш. У Арпахшада был сын Шелах, у Шелаха — Эвер. У Эвера было двое сыновей. Одного назвали Пелег (как раз в ту пору люди поделили землю), а другого — Йоктан. Сыновья Йоктана: Алмодад, Шелеф, Хацармавет, Ярах, Хадорам, Узал, Дикла, Овал, Авимаэл, Шева, Офир, Хавила и Йовав. Это сыновья Йоктана. Они владели землями от Меши и далее на восток до Сефарского нагорья. От этих потомков Сима получили название племена, народы, их земли и языки. Все эти племена и народы, где бы они ни жили, по своей родословной — потомки Ноя. От них после потопа разошлись по земле все народы.

На всей земле был один язык с единственными словами. Двигаясь с востока, люди вышли на равнину и там осели. Это была страна Шинар. Они решили так: «Наделаем кирпичей и обожжем их в огне». С тех пор у них уже вместо камня был кирпич и вместо извести — асфальт. И вот что они задумали: «Построим город с башней до небес, прославим свое имя — тогда память о нас не умрет вместе с нами». Господь решил сойти на землю, взглянуть на труды адамовых детей — на город и на башню. Господь сказал: «Здорово у них получается! Один народ и один язык. Так им любое дело нипочем. Захотят — и сделают! Нет, сойду и смешаю их слова — пусть перестанут понимать друг друга». И Господь рассеял их по всему свету. Город так и остался недостроенным. Имя города — Вавилон. Господь смешал там языки и рассеял людей по всему свету. История Сима. Через два года после потопа, когда Симу было сто лет, у него родился сын Арпахшад. После рождения Арпахшада Сим прожил пятьсот лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Арпахшаду было тридцать пять лет, у него родился сын Шелах. После рождения Шелаха Арпахшад прожил четыреста три года. У него были еще сыновья и дочери. Когда Шелаху было тридцать лет, у него родился сын Эвер. После рождения Эвера Шелах прожил четыреста три года. У него были еще сыновья и дочери. Когда Эверу было тридцать четыре года, у него родился сын Пелег. После рождения Пелега Эвер прожил четыреста тридцать лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Пелегу было тридцать лет, у него родился сын Реу. После рождения Реу Пелег прожил двести девять лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Реу было тридцать два года, у него родился сын Серуг. После рождения Серуга Реу прожил двести семь лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Серугу было тридцать лет, у него родился сын Нахор. После рождения Нахора Серуг прожил двести лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Нахору было двадцать девять лет, у него родился сын Терах. После рождения Тераха Нахор прожил сто девятнадцать лет. У него были еще сыновья и дочери. Когда Тераху было семьдесят лет, у него родились сыновья Аврам, Нахор и Аран. История Тераха. У Тераха были сыновья Аврам, Нахор и Аран. У Арана был сын Лот. Аран умер на своей родине, в Уре Халдейском, еще при жизни своего отца Тераха. Аврам и Нахор оба женились. Аврам взял Сару, а Нахор — Милку, дочь Арана, у которого была еще дочь Иска. Сара страдала бесплодием, детей у нее не было. Терах решил перебраться из Ура Халдейского в Ханаан. С ним пошли его сын Аврам, внук Лот — сын Арана и невестка Сара — жена Аврама. Добрались до Харрана и там осели. Терах умер в Харране. Он прожил двести пять лет.

Господь сказал Авраму: «Уходи из родных мест, из отчего дома. Иди в страну, какую укажу. С тебя возьмет начало великий народ. Благословлю тебя, возвеличу твое имя, и сам будешь благословением. Благословлю того, кто тебя благословит. Прокляну того, кто тебя проклянет. Для всех народов на земле будешь благословением». Авраму было семьдесят пять лет, когда он ушел из Харрана, как повелел ему Господь. С ним пошел Лот. Аврам взял с собой жену Сару, племянника Лота, все нажитое добро и челядь, купленную в Харране, и отправился в Ханаан. Дошли до Ханаана И там остановились в теребинтовом урочище Морэ́, что возле Шехема. На этой земле жили тогда ханаанеи. Господь явился Авраму и сказал: «Эту землю отдам твоему потомству». Аврам соорудил там жертвенник Господу, который ему явился. Оттуда Аврам двинулся к нагорью, что восточнее Бет-Эла. Между Бет-Элом на западе и Гаем на востоке он раскинул шатры, соорудил Господу жертвенник и призвал имя Господа. Оттуда Аврам перекочевал в Негев. Страну охватил голод, и Аврам отправился в Египет, чтобы там переждать гиблое время. Когда подходили к Египту, Аврам сказал Саре: «Ты у меня женщина красивая. Египтяне будут говорить: «Глядите, какую он жену себе отхватил!» — и убьют меня, чтобы ты освободилась. Скажись лучше моей сестрой — так будет надежнее, меня не будут трогать». Когда Аврам появился в Египте, красивую Сару сразу заметили. Ее увидел кто‑то из людей фараона. Прошел слух о ее красоте. Донесли фараону, и Сару взяли к нему во дворец. На Аврама сразу посыпались благодеяния. Вскоре у него было все: и овцы, и коровы, и ослы, и рабы, и рабыни, и ослицы, и верблюды. В то же время из-за Аврамовой жены Сары на фараона и его семью нашли ужасные Господни напасти. Фараон позвал Аврама и сказал: «Это все из-за тебя! Зачем ты скрыл, что Сара твоя жена? Зачем сказал, что сестра? А я взял ее себе. Забирай свою жену и уходи». И фараон распорядился выслать Аврама из страны, вместе с его женой и челядью.

Аврам вернулся в Негев. Он пришел туда из Египта вместе с женой и всем своим добром, и с ним еще был Лот. Аврам вернулся богатым человеком. У него было все: скот, серебро, золото. Из Негева он перекочевал в Бет-Эл, где прежде между Бет-Элом и Гаем стояли его шатры И был жертвенник, сооруженный им тогда в этом месте. Аврам призвал там имя Господа. У Лота, который пришел с Аврамом, тоже были свои стада овец и крупного скота и шатры. Оба хозяйства на этой земле уже не умещались. Им стало тесно. Между пастухами Аврама и Лота начались стычки. А там еще жили в те времена ханаанеи и перизеи. Аврам сказал Лоту: «Нельзя нам с тобой и нашим пастухам враждовать. Мы все‑таки родня. Посмотри, сколько тут земли! Давай разделимся. Ты бери левую сторону, а я возьму правую. Или наоборот: ты правую, а я левую». Лоту приглянулась долина Иордана. Эта земля, пока Господь еще не истребил Содом и Гоморру, вся до Зоара орошалась водой, как сад Господень, как земля египетская. Лот выбрал восточные земли в долине Иордана и перебрался туда. Так они разошлись в разные стороны. Аврам поселился в Ханаане, а Лот — в долине, где города, и раскинул шатры неподалеку от Содома. Жители Содома творили много зла, бесчинствовали против Господа. Раздел закончился, и Господь сказал Авраму: «Оглянись вокруг. Вот север, юг, восток и запад. Видишь эту землю? Я навсегда отдаю ее тебе и твоим потомкам. Потомков у тебя будет — как пыли. Сочти всю пыль — столько будет у тебя потомков. Отдаю тебе всю эту землю. Пройди ее вдоль и поперек». Аврам свернул шатры и перебрался в теребинтовое урочище Мамре, что возле Хеврона. Аврам соорудил там жертвенник Господу.

Шинарский царь Амрафел, элласарский царь Ариох, эламский царь Кедорлаомер и гоимский царь Тидал Пошли войной на содомского царя Беру, гоморрского царя Биршу, адмийского царя Шинава, севоимского царя Шемевера и на царя Белы (ныне Зоара). Эти пять царей собрали свои полчища в долине Сиддим у Мертвого моря. Двенадцать лет они терпели ярмо Кедорлаомера, а на тринадцатом году подняли мятеж. В четырнадцатом году Кедорлаомер и союзные цари пришли и разбили рефаимов в Аштерот-Карнаиме, зузеев в Хаме, эмеев в Шаве-Кирьятаиме И хореев на их нагорье Сеир у Эл-Парана, где начинается пустыня. Оттуда они повернули на Эн-Мишпат (ныне Кадеш) и разграбили земли амалекитян и амореев, населявших Хацецон-Тамар. Цари Содома, Гоморры, Адмы, Севоима и Белы (ныне Зоара) вышли в долине Сиддим им навстречу, и началась битва. Против пяти царей бились четверо: эламский царь Кедорлаомер, гоимский царь Тидал, шинарский царь Амрафел и элласарский царь Ариох. В долине Сиддим было много асфальтовых ям. Люди Содома и Гоморры обратились в бегство и застряли в этих ямах. Остальные бежали в горы. Четырем царям достались Содом и Гоморра со всеми их богатствами и съестными припасами. Цари все забрали и ушли. Аврамова племянника Лота они тоже увели из Содома, где он тогда жил, и забрали все его добро. Аврам-еврей жил тогда в урочище Мамре. Мамре-аморей спасся бегством, пришел и обо всем рассказал Авраму. Он сам и его братья Эшкол и Анер были союзниками Аврама. Когда Аврам услышал, что Лот в плену, он вооружил триста восемнадцать человек челяди и пустился в погоню. Ночью окола Дана Он с двух сторон напал на захватчиков и разбил их. Аврам преследовал их до самой Ховы, что по северную сторону Дамаска. Он отбил и всю добычу, и Лота с его добром, и женщин, и пленников. И когда он возвращался после победы над Кедорлаомером и союзными царями, навстречу ему в долине Шаве (ныне Царской) вышел царь Содома. Мельхиседек, царь Салема, жрец Всевышнего Бога Эль-Элиона, вынес хлеб и вино И благословил Аврама. Он сказал: «Владыка неба и земли Эль-Элион благословляет Аврама. Благословенный Эль-Элион отдает твоих врагов в твои руки». Аврам выделил ему десятую часть добычи. Царь Содома сказал Авраму: «Оставь себе всю добычу, только отпусти домой моих людей». Аврам ответил: «Призываю в свидетели Всевышнего Господа Бога, Владыку неба и земли. Из твоего добра ни нитки, ни ремешка от сандалий не возьму. Не будет у тебя повода сказать: «Аврам разбогател за мой счет». Себе оставляю только то, что пошло на пропитание моим людям. И пусть возьмут свою долю мои союзники Анер, Эшкол и Мамре».

Авраму было видение, и в видении Господь сказал ему: «Не бойся, Аврам. Я твой щит. Тебе будет награда». Аврам сказал: «Владыка Господь! На что мне награда, если у меня нет детей и главой семьи после меня будет Элиэзер из Дамаска?» И пожаловался: «Ты не дал мне потомства, и мой наследник — челядинец». В ответ Господь пообещал Авраму: «Твой наследник не Элиэзер. У тебя будет свой наследник». Господь вывел Аврама на простор и сказал: «Посмотри на небо. Пересчитай звезды, если сумеешь». Господь сказал: «Вот сколько будет у тебя потомков». Поверил Аврам Богу, и зачлось ему за праведность. Господь сказал: «Я — Господь. Это Я привел тебя сюда из Ура Халдейского. Отдаю тебе эту землю. Владей!» Аврам сказал: «Владыка Господь! Как велишь скрепить обещание?» Господь сказал: «Пожертвуй трехлетнюю телицу, трехлетнюю козу, трехлетнего барана, горлицу и голубка». Аврам совершил жертвоприношение: каждое животное разрубил пополам и половины разложил одну против другой. Только птиц разрубать не стал. На трупы стали слетаться стервятники. Аврам отгонял их. Заходило солнце, и Аврам забылся. На него нашел ужас и кромешный мрак. Господь сказал Авраму: «Даю тебе знать, что твои потомки будут четыреста лет терпеть на чужбине ярмо рабства. Угнетателей постигнет Моя кара, и твои потомки уйдут от них с большим грузом всякого добра. С миром отойдешь к предкам. Почтенным старцем закончишь свои дни. Твои потомки вернутся сюда только в четвертом поколении в пору, когда будет исчерпана мера бесчинств, творимых амореями». После захода солнца, с наступлением тьмы дым и пламя огненной печью прошли между половинами жертв. В тот день Господь заключил договор с Аврамом. Он сказал: «Отдаю твоему потомству всю эту землю от реки в Египте до великой реки Евфрат — Землю кенеев, кенизеев, кадмонеев, Хеттов, перизеев, рефаимов, Амореев, ханаанеев, гиргашеев и евусеев».

Сара, жена Аврама, не могла забеременеть. А была у нее рабыня, египтянка Агарь. И Сара как‑то говорит Авраму: «Господь не дает мне детей. Спи с моей рабыней. Может быть, от нее будет мне сын». Аврам согласился. Так по совету Сары египтянка Агарь стала наложницей Аврама. Это случилось на десятом году их жизни в Ханаане. Аврам стал спать с Агарью. Агарь забеременела, а когда забеременела, дерзко повела себя с Сарой. Сара сказала Авраму: «Это ты виноват. Моя рабыня от тебя забеременела и стала мне дерзить. Пусть Господь нас рассудит». Аврам ответил: «Твоя рабыня, ты и думай, что с ней делать». Сара стала тиранить рабыню, и та решила бежать. В пустыне по дороге на Шур Агарь остановилась у родника. Там нашел ее ангел Господа И спрашивает: «Откуда и куда ты идешь, Сарина рабыня Агарь?» Агарь ответила: «Я бегу от своей госпожи, от Сары». Ангел Господа сказал: «Возвращайся к госпоже и научись терпеливо сносить ее нрав». Ангел Господа говорил: «У тебя будет так много потомков, что не счесть». И ангел сказал: «Ты носишь сына. Когда родишь, дай ему имя Измаил. Это тебя пожалел Господь. Как дикий осел, поведет себя твой сын. На всех замахнется. Все замахнутся на него. Жить будет поперек всех своих братьев». Господа, говорившего с ней, Агарь назвала Эль-Рои, Бог Видящий. Вот что сказала она тогда: «Тот, кто видел меня, допустил, что я Его сама видела» Между Кадешем и Бередом есть колодец, который так теперь и называется: Беэр-Лахай-Рои. Агарь родила Авраму сына. И Аврам дал своему сыну, рожденному от Агари, имя Измаил. Сын Аврама Измаил родился от Агари, когда Авраму было восемьдесят шесть лет.

Когда Авраму было девяносто девять лет, Господь явился ему и сказал: «Я — Эль-Шаддай, Бог Крепкий. Будешь верен Мне и безупречен. С тобой заключу договор. У тебя будет несметное число потомков». Аврам бросился лицом в землю. Бог сказал ему: «Вот Моя сторона договора с тобой: будешь отцом многих народов. Больше не будешь называться Аврамом. Теперь твое имя — Авраам, отец многих народов. У тебя будет несметное число потомков. От тебя поведут начало народы и их цари. Таков Мой договор с тобой и с твоим потомством. Это будет вечный договор для всех последующих поколений. Буду Богом у тебя и у твоего потомства. Тебе и твоему потомству отдаю всю землю Ханаана, где сейчас ты пришелец. Отдаю ее вам в вечное владение. Буду у вас Богом». Бог сказал Аврааму: «А вот твоя сторона договора: тебе и твоему потомству в последующих поколениях соблюдать Мой договор. Соблюдай мужское обрезание. Таков Мой договор с тобой и с твоим потомством. Отсечение крайней плоти будет знаком договора между Мной и всеми вами. Во всех поколениях каждому мальчику восьми дней от роду, включая собственных челядинцев и приобретенных рабов, делайте обрезание. Свой челядинец или купленный, обрезанию подлежит каждый. Отличительный знак договора всегда будет присутствовать на вашем теле. А кто вопреки мужскому обрезанию не отсечет своей крайней плоти, тот станет нарушителем договора и будет мертв для своего народа». Бог сказал Аврааму: «Жену Сару не зови больше Сарой. Теперь ее имя Сарра. Благословлю ее. Она родит тебе сына. С Моим благословением от нее поведут начало народы и их цари». Авраам бросился лицом в землю, а про себя усмехнулся: «Куда мне столетнему думать о сыне! Да и на что способна девяностолетняя Сарра?» Авраам сказал Богу: «Нет бы Тебе позаботиться о судьбе Измаила». А Бог продолжал: «Так вот, Сарра, твоя жена, родит тебе сына. Дай ему имя Исаак. С ним заключу договор. Это будет вечный договор с его потомками. А об Измаиле помню. Будет благословение и ему. Дам ему несметное число потомков. Двенадцать князей поведут от него свой род. Он будет отцом великого народа. Но договор Я заключу с Исааком. Сарра родит его тебе в положенный срок в следующем году». После этого обещания Аврааму Бог ушел. В тот же день Авраам обрезал крайнюю плоть всему мужскому полу в своем доме, как велел ему Бог, — своему сыну Измаилу и челяди, своей и купленной. Авраам был обрезан, когда ему было девяносто девять лет. Его сын Измаил был обрезан, когда ему было тринадцать лет. Оба были обрезаны в один и тот же день. С Авраамом был обрезан весь мужской пол Авраамова дома: вся челядь, и своя, и купленная на стороне.

В знойную пору дня Авраам сидел на пороге своего шатра в урочище Мамре. И тут явился ему Господь. Авраам поднял глаза и видит: прямо перед ним стоят трое путников. Он бросился к ним с порога, поклонился до земли. Авраам сказал: «Государь мой, взгляни благосклонно. Не пройди мимо твоего раба. Сейчас вам принесут малость воды вымыть ноги. Отдохните под деревом, Пока я соберу чуток поесть. Подкрепитесь, раз уж завернули ко мне, вашему рабу, а там идите дальше». Они говорят: «Хорошо. Сделай доброе дело». Авраам бегом вернулся в шатер к Сарре и говорит: «Скорей замеси три меры ситной муки и напеки лепешек». Оттуда он побежал к стаду, выбрал хорошего молочного теленка и приказал рабу быстро приготовить. Авраам сам подал гостям сыр, молоко и готового теленка. Пока гости ели, Авраам ждал сбоку под деревом. Гости спрашивают его: «Где твоя жена Сарра?» Авраам отвечал: «Здесь, в шатре». Гость говорит: «Вернусь к тебе об эту пору в следующем году, и у Сарры будет сын». Сарра стояла сзади на пороге и слушала. Авраам и Сарра оба уже давно были стариками. Месячные у Сарры прекратились. И Сарра про себя усмехнулась: «Смешно в мои годы думать об утехе. Да и господин мой стар». Господь говорит Аврааму: «Чего это Сарра смеется и думает: „Смешно в мои годы забеременеть?“ Есть ли что невозможное для Господа? В следующем году об эту пору вернусь, и у Сарры будет сын». Сарре было неловко признаваться и она сказала: «Я не смеялась». А Он: «Да нет, ты смеялась». Гости стали собираться в дорогу. Им нужно было спуститься в Содом. Авраам вызвался проводить их. Господь сказал: «Нет, пусть Авраам знает, какое наследство Я ему приготовил. Пусть знает, что он положит начало великому, сильному народу и будет благословением всех народов земли. Я избрал его, чтобы он своим детям и всем своим потомкам завещал идти путем Господа, полагаясь на силу справедливости и правды. А в ответ Я, Господь, исполню обещанное». Господь сказал: «Тяжелы грехи Содома и Гоморры, громко заявляют о себе их бесчинства. Спущусь посмотрю, так ли тяжела их вина, как Я слышу. Разберусь, где правда». Гости были уже на пути к Содому, но Господь пока не уходил. Авраам встал перед Ним и сказал: «Неужели заодно с виновным погубишь невинного? Что если в городе найдется пятьдесят невинных? Неужели ради пятидесяти невинных не пощадишь города? Неужели всех погубишь? Нет, Ты не сделаешь этого, не убьешь невинного вместе с виновным, не уравняешь невинного и виноватого. Это на Тебя не похоже. Судья всей земли не может судить несправедливо». Господь сказал: «Если найду в Содоме пятьдесят праведников, ради них пощажу город». Авраам сказал: «Неужели я, пыль и пепел, решаюсь на слово моему Господу! Что если до пятидесяти не хватит пяти праведников? Неужели из-за недостающих пяти погубишь весь город?» Он сказал: «Не погублю, если найдется сорок пять». Авраам опять говорит Ему: «Что если сорок?» Он ответил: «Не стану губить и ради сорока». Авраам сказал: «Не прогневайся, Господь, на мое слово. А если тридцать?» Он сказал: «Не стану губить ради тридцати». Авраам сказал: «Кто я такой, что решаюсь сказать моему Господу: а если двадцать?» Он ответил: «Не стану губить ради двадцати». Авраам сказал: «Не прогневайся, Господь, на мое последнее слово: если десять?» Он ответил: «Не стану губить ради десяти». После этого разговора Господь расстался с Авраамом. Авраам вернулся домой.

Вечером в Содом пришли два ангела. Лот сидел в воротах города. Он встал и встретил путников земным поклоном. Лот сказал: «Государи мои! Оставайтесь ночевать у вашего раба. Вымоете ноги, а утром пойдете дальше». Ангелы говорят: «Нет, нам удобно на улице». Все‑таки Лот зазвал их к себе в гости. Дома он приготовил им стол, напек лепешек и накормил ужином. Гости еще не ложились спать, когда мужчины Содома, все как один, сошлись со всего города и окружили дом. Они стали вызывать Лота и кричать: «Кто там у тебя ночует? Давай их сюда. Мы попользуемся». Лот вышел к ним на порог и закрыл за собой дверь. Он сказал: «Вот что, братья. Не бузите. Я выведу к вам двух моих незамужних дочерей. Делайте с ними, что хотите, только не трогайте гостей в моем доме». Они говорят: «Ну-ка, пусти! Откуда ты вообще такой взялся! Поговори еще! Мы тебе самому можем еще и не такое устроить». И стали отталкивать Лота и ломиться в дверь. Тогда гости втащили Лота обратно в дом и заперлись. Тех, кто рвался к ним снаружи, они поразили слепотой, и толпа перестала понимать, где дверь. Гости говорят Лоту: «Кто тут еще есть у тебя в городе: сыновья, дочери? Всех уводи отсюда. Город мы уничтожим. Слезный вопль против него дошел до Господа. Господь послал нас уничтожить его». Лот пошел к зятьям и говорит: «Собирайтесь и уходите из города. Господь сейчас его уничтожит». Зятья подумали, что он шутит. Стало светать. Ангелы торопили Лота: «Скорей уводи жену и обеих дочерей, не то и тебя тоже постигнет кара». Лот все медлил. Тогда ангелы взяли за руку Лота и с ним его жену и двух его дочерей и сами вывели всех за город. Господь пожалел Лота. Ангел говорит Лоту: «Быстрей уходи, спасайся! Не оглядывайся. В долине нигде не останавливайся. Беги в горы, иначе погибнешь». Лот ответил: «Нельзя, государь мой! Ты очень добр к твоему рабу, жалеешь меня, спасаешь мне жизнь. Но не успеть мне в горы. Догонит меня погибель и убьет. А вон там совсем близко маленький городок: недалеко бежать. Туда я успею. Там безопасно. Маленькому городку ничего». Говорит ему: «Будь по-твоему. Отведу погибель от этого городка, раз просишь. Торопись. Скорей беги, спасайся. Я не могу приступить к делу, пока ты не будешь там». Отсюда берет начало название городка: Зоар. Лот пришел в Зоар, когда встало солнце. И пролил Господь на Содом и Гоморру с неба дождь от Господа серный и огненный И уничтожил оба города, всю прилегающую долину, всех жителей и всю растительность. Жена Лота оглянулась — и превратилась в соляной столб. Рано утром Авраам пришел опять туда, где стоял перед Господом. Он окинул взглядом Содом и Гоморру и все прилегающее пространство и увидел: будто громадная печь, всюду дымилась земля. Прежде чем уничтожить города в долине, Бог вспомнил об Аврааме. Он вывел Лота за край опасности, и только тогда разрушил города, где жил Лот. Лот ушел из Зоара и со своими двумя дочерьми поселился в горах. Оставаться в Зоаре он боялся. Все трое поселились в пещере. Старшая дочь говорит младшей: «Отец наш стар. А что делать? На земле нет больше никого, с кем может лечь женщина, а это нужно. Давай напоим отца вином, переспим с ним и нарожаем от него детей». В ту ночь они напоили отца вином, и старшая спала с ним. Лот не помнил себя, когда она легла с ним и когда встала. На другой день старшая говорит младшей: «Вчера я спала с отцом. Напоим его вином и сегодня. Иди теперь ты. Нарожаем от него детей». К ночи они опять напоили отца вином, и младшая спала с ним. Лот не помнил себя, когда она легла с ним и когда встала. Обе дочери Лота забеременели. Старшая родила сына и назвала его Моав. Он — прародитель нынешних моавитян. Младшая тоже родила сына и назвала его Бен-Амми. Он — прародитель нынешних аммонитян.

Авраам перекочевал ближе к Негеву и поселился между Кадешом и Шуром, а затем перебрался в Герар. О своей жене Сарре Авраам говорил: «Это моя сестра». Авимелех, царь Герара, послал за Саррой и взял ее себе. Ночью во сне Бог пришел к Авимелеху и говорит: «Умрешь. Эта женщина у тебя замужняя». А Авимелех еще не прикасался к ней. Он сказал: «Господь мой! Не губи напрасно народ! Мне Авраам сам говорил, что это его сестра. Да и Сарра, она сама, сама сказала, что брат. В мыслях я чист и ничего не сделал». Во сне Бог сказал ему: «Знаю, что в мыслях ты чист, поэтому Я удержал тебя от греха передо Мной, не допустил тебя к ней. А теперь верни жену мужу. Он пророк и помолится за тебя — будешь жить. А не вернешь — не избежать смерти ни тебе, ни твоим людям». Рано утром Авимелех созвал челядь и рассказал им, что произошло. Люди были сильно напуганы. Авимелех позвал Авраама и говорит ему: «Что ты с нами сделал? За какую мою вину перед тобой ты взвалил на меня и на мое царство бремя такого греха? Разве можно так делать?» Авимелех сказал Аврааму: «О чем ты думал, когда обманывал меня?» Авраам сказал: «Я думал, что в этой стране никто не боится Бога и меня очень просто могут убить из-за жены. Правду сказать, она и сестра мне, дочь моего отца. У нас только разные матери. А вот стала мне женой. Когда Бог отправил меня странствовать из отчего дома, я сказал Сарре: «Если любишь, везде, куда бы мы ни пришли, говори, что я твой брат»». Авимелех дал Аврааму овец и волов, рабов и рабынь и вернул ему жену Сарру. Он сказал Аврааму: «Вся моя земля — твоя. Селись, где захочешь». А Сарре сказал: «Тысячу раз отвешиваю серебра твоему брату. Пусть это будет платой за стыд и за обиду, которую ты претерпела перед всей своей семьей». Авраам помолился Богу — и Бог исцелил Авимелеха, его жену и его челядинок. Бог вернул им способность зачатия. А то, что Господь не давал женщинам в доме Авимелеха рожать детей — это было из-за Сарры, жены Авраама.

Господь помнил о Сарре и исполнил обещанное. Сарра забеременела и родила престарелому Аврааму сына. Бог как раз указывал Аврааму на эту самую пору. Сыну, которого родила Сарра, Авраам дал имя Исаак. На восьмой день Авраам обрезал крайнюю плоть Исааку, как заповедал ему Бог. Когда родился Исаак, Аврааму было сто лет. Сарра сказала: «Это мне от Бога как шутка. Кто узнает — будет смеяться». И прибавила: «Кому могла бы прийти в голову мысль об Аврааме, что его Сарра будет кормить грудью ребенка? Куда старику! А я родила ему сына». Исаак подрос, и его отняли от груди. В тот день, когда Исаака отняли от груди, Авраам задал большой пир. Как‑то раз Сарра застала Авраамова сына от египтянки Агари за игрой с ее сыном Исааком. Сарра сказала Аврааму: «Прогони эту рабыню вместе с ее сыном. Не хватало еще, чтобы сын рабыни был наследником наравне с моим Исааком». Авраама задела такая нелюбовь к его сыну. Но Бог сказал Аврааму: «Не сердись из-за мальчика и рабыни. Сделай, как говорит Сарра. Имя твоих потомков поведется от Исаака. Но и сын рабыни положит начало целому народу. Он тоже твой потомок». На другой день рано утром Авраам помог Агари водрузить на плечи хлеб, мех с водой и проводил ее с сыном в дорогу. В пустыне Беэр-Шева Агарь заблудилась. Вода в мехе давно кончилась. Агарь бросила сына под кустом, А сама отошла подальше, но не слишком далеко, просто, чтобы не видеть, как умирает ее сын, и села. Так она сидела в одиночестве, плакала и причитала. Бог услышал крики мальчика. Божий ангел с неба окликнул Агарь: «Что с тобой, Агарь? Не надо паниковать. Жалоба мальчика дошла до Бога. Вернись к сыну, возьми его на руки. Я сделаю его прародителем великого народа». Бог открыл Агари глаза, и она увидела колодец. Агарь набрала полный мех воды и напоила сына. Бог не оставил мальчика. Мальчик вырос, стал жить в пустыне и сделался стрелком из лука. А жил он в пустыне Паран. Мать подыскала ему жену-египтянку. Как раз тогда Авимелех пришел со своим военачальником Пихолом к Аврааму и говорит: «Бог помогает тебе во всяком деле. Поклянись мне здесь перед Богом, что не будешь врагом ни мне, ни моим потомкам, а наоборот, как я был другом тебе, так и ты будешь другом мне и всей нашей земле, раз ты сам теперь наш». Авраам ответил: «Да, клянусь!» — Но при этом высказал обиду, что люди Авимелеха отняли у него колодец. Авимелех сказал: «Не знаю, на кого думать. Ты мне ничего не говорил. Впервые об этом слышу». Авраам подарил Авимелеху часть своих овец и скота и этим скрепил союз. А семь овец Авраам пригнал отдельным стадом. Авимелех спрашивает: «Почему ты пригнал этих семь отдельным стадом?» Авраам ответил: «Эти семь овец — залог. Этот колодец мой, я сам его выкопал». Место, где это произошло, стало в память о клятве называться Беэр-Шева. Здесь, в Беэр-Шеве, был оформлен союзнический договор. Авимелех и его военачальник Пихол вернулись к себе в филистимскую землю. А Авраам посадил в Беэр-Шеве тамариск и призвал там имя Господа, Вечного Бога. Потом Авраам еще долго жил в филистимской земле.

Бог решил испытать Авраама. Бог позвал: «Авраам!» Авраам ответил: «Да!» Бог сказал: «Отведи своего единственного любимого сына Исаака в землю Мориа. Там есть гора. На ней отдашь Мне сына во всесожжение». Наутро Авраам оседлал осла, взял с собой двух челядинцев, взял Исаака, увязал дрова для всесожжения и отправился, куда сказал ему Бог. На третий день показалось названное Богом место. Авраам узнал его издалека. Он сказал челядинцам: «Постерегите осла и обождите нас здесь. Мы с сыном пойдем на поклонение. Скоро вернемся». Исаак нес дрова для всесожжения. У Авраама было огниво и нож. Так вдвоем они поднимались на гору. Исаак позвал Авраама: «Отец!» Авраам отвечал: «Да, сынок!» Исаак сказал: «Есть огниво и есть дрова. Где ягненок для всесожжения?» Авраам сказал: «Бог видит, где ягненок для всесожжения, сынок». И вот так вдвоем они пошли дальше. Пришли на место, которое указал Бог. Здесь Авраам соорудил жертвенник и разложил дрова. Он связал Исаака и положил его поверх дров на жертвенник. Авраам достал нож и занес его над Исааком. Но ангел Господа окликнул его с неба: «Авраам! Авраам!» Авраам отвечал: «Да!» Ангел сказал: «Не поднимай руку на сына, не трогай его. Я вижу, что ты боишься Бога. Ты не пожалел отдать Мне своего единственного сына». Авраам смотрит и видит: в кустарнике застрял рогами баран. И Авраам принес его во всесожжение вместо сына. Авраам назвал это место Яхве-Ире. Теперь это понимают так: «На Господней горе будет видно». Ангел Господа во второй раз окликнул Авраама с неба: «Клянусь своим именем, — говорит Господь. За то, что ты не пожалел отдать своего единственного сына, Без счету благословлю тебя и без счету умножу твое потомство — как звезд на небе, как песка на морском берегу. Твои правнуки захватят вражеские города. За то, что ты сделал, как Я хотел, твои потомки будут благословением для всех народов земли». Авраам вернулся к челядинцам, и все вместе они пошли в Беэр-Шеву. Здесь, в Беэр-Шеве, был дом Авраама. Некоторое время спустя Аврааму принесли весть: Милька, жена его брата Нахора, родила сыновей. Вот их имена: первенец Уц, Буз, Кемуэл, который потом стал отцом Арама, Кесед, Хазо, Пилдаш, Идлаф и Бетуэл. У Бетуэла родилась дочь Ревекка. Милька родила брату Авраама Нахору этих восьмерых. А его наложница Реума родила Теваха, Гахама, Тахаша и Мааху.

Когда Сарра умерла, ей было сто двадцать семь лет. Столько лет прожила Сарра. Сарра умерла в Кирьят-Арбе, ныне Хевроне, в ханаанской земле. Авраам в большом горе оплакивал Сарру. А когда оплакал, сказал хеттам: «Я нездешний и своей земли у меня нет. Выделите мне у себя место для усыпальницы — похоронить жену». Хетты отвечали: «Мы вот что думаем, Господин наш. Ты в большом почете у нас в народе. Похорони жену среди лучших наших усыпальниц. Для твоей жены никто не пожалеет своей усыпальницы». Авраам поклонился хеттам, народу той земли, И сказал: «Раз вы согласны, чтобы я похоронил у вас свою жену, сделайте милость, попросите за меня Эфрона, сына Цохарова, Пусть он уступит мне для усыпальницы пещеру Махпела, что на краю его поля, и при вас продаст ее мне за свою цену». Эфрон сидел с хеттами в воротах города и в присутствии всех хеттов ответил Аврааму: «Нет, господин мой. Я вот что думаю. Бери даром все поле вместе с пещерой. Отдаю ее тебе при всем народе. Хорони жену». Авраам поклонился народу той земли И сказал Эфрону в присутствии собравшихся хеттов: «Нет. Плачу тебе за поле серебром. Сделай милость, бери. А я забираю усыпальницу для жены». Эфрон ответил Аврааму: «Хорошо, господин мой. Я вот что думаю. Цена этой земли четыреста шекелей серебра. Это для нас с тобой вообще ничего. Хорони усопшую». Авраам согласился и отвесил Эфрону столько серебра, сколько тот назвал в присутствии всех хеттов: четыреста шекелей серебра по купеческому весу. Так Эфроново поле в Махпеле, что напротив Мамре, включая пещеру и рощу, Перешло к Аврааму. Сделка состоялась у городских ворот в присутствии всего собрания хеттов. И Авраам похоронил Сарру в ханаанской земле в пещере на поле Махпела, что напротив Мамре, ныне Хеврона. Поле с пещерой-усыпальницей принадлежало теперь не хеттам, а Аврааму.

Жизнь Авраама вступила в пору глубокой старости. Она вся до конца была Господним благословением. Авраам сказал своему рабу-эконому, который вел хозяйство: «Просунь руку мне под мошонку И поклянись Господом, Богом неба и земли, что жена моего сына не будет из местных ханаанеянок. В моей стране остались у меня родные. Иди к ним и от них приведи жену для Исаака». Раб ответил: «А вдруг она к нам не захочет. Что тогда? Самому идти с Исааком в ту страну, откуда ты пришел?» Авраам сказал: «Не вздумай уводить туда моего сына! Господь, Бог в небесах, наоборот, увел меня подальше от отчего дома. Он поклялся мне: «Твоим потомкам Я отдам чужую землю». Бог пошлет впереди тебя ангела — с ним и приведешь жену моему сыну. Но если она сюда не захочет, клятва снимается. Только не уводи туда моего сына». Раб просунул руку Аврааму под мошонку и поклялся. С грузом дорогих подарков от Авраама на десяти верблюдах раб отправился в Арам-Нахараим, где жил Нахор. Под вечер, когда местные девушки идут за водой, он остановился с верблюдами у колодца на окраине города И говорит: «Господь, Бог моего господина Авраама! Подари мне счастливый случай. Вспомни о моем господине Аврааме. Видишь, я здесь, у этого родника. Пока девушки из города черпают здесь воду, Дай знак Твоему рабу Исааку. Пусть та, которую попрошу дать мне напиться из кувшина, ответит: «Пей. Твоих верблюдов я тоже напою». Тогда буду знать, что Ты помнишь о моем господине и что Ты избрал для него эту девушку». Едва он это выговорил, пришла с кувшином на плече Бетуэлова дочь Ревекка, внучка Мильки и Авраамова брата Нахора. Ревекка была хороша собой и еще не замужем. Она подошла к роднику, набрала воды и повернулась, чтобы идти обратно. Раб подбежал к ней и говорит: «Позволь чуток воды из твоего кувшина». Она ответила: «Пей, господин мой», — и сбросила кувшин на руку, дала ему напиться. Когда раб напился, Ревекка сказала: «Надо напоить верблюдов. Пойду наберу им воды». Ревекка вылила воду из кувшина в корыто, бегом вернулась к роднику, зачерпнула, вылила в корыто — и так носила воду до тех пор, пока не напоила всех верблюдов. Раб Авраама не в силах был оторвать от нее глаз. У него уже не оставалось сомнений, что он пришел куда надо и видит Господне благословение. Когда верблюды напились, раб подарил Ревекке золотую серьгу, весом в полшекеля, и два золотых браслета, весом в десять шекелей. Потом спросил: «Чья ты дочь? Есть ли в доме твоего отца где переночевать?» Ревекка сказала: «Я дочь Бетуэла, сына Мильки и Нахора». И продолжала: «У нас много соломы и корма для скота. Найдется место и для ночлега». Раб бросился на землю перед Господом И сказал: «Благословенный Господь, Бог моего господина Авраама не оставил его своей милостью. Прямиком привел меня Господь к родному дому моего господина». Ревекка прибежала домой и рассказала матери о встрече с незнакомцем. Брат Ревекки Лаван побежал к роднику. Он заметил у сестры новую серьгу и браслеты и слышал, как Ревекка пересказывала матери разговор с незнакомцем. Лаван вышел к роднику. Незнакомец со своими верблюдами был еще там. Лаван говорит ему: «Добро пожаловать, благословенный от Господа! Здесь ты не останешься без крова. В моем доме уже готово место для тебя и для верблюдов». Раб зашел в дом. Верблюдов развьючили, настлали им соломы и задали корм, а самому гостю и его людям принесли воды вымыть ноги. Подали еду, но гость сказал: «Постойте! Сначала у меня к вам разговор». Лаван согласился: «Говори». Гость начал свой рассказ: «Я раб Авраама. Господь щедро благословил моего господина, дал ему много овец и скота, серебра и золота, рабов и рабынь, верблюдов и ослов. Жена моего господина Сарра, находясь уже в преклонном возрасте, родила ему сына, и Авраам оставил ему все это богатство. Мой господин взял с меня клятву. Он сказал: «Сыну моему приведешь жену не из местных ханаанеянок, А пойдешь к моим родным и из дома моего отца приведешь жену моему сыну.» Я сказал моему господину: «Что если она откажется идти со мной?» Он ответил: «Господь вел меня по жизни. Он и с тобой пошлет своего ангела. Ангел направит твой путь туда, где живут мои родные, и ты приведешь жену моему сыну из дома моего отца. Ты дал клятву. Но если придешь к моим родным и тебе вдруг откажут, будешь свободен от клятвы.» Сегодня я остановился у родника и говорю: «Господь, Бог моего господина Авраама! Сократи путь, который я совершаю. Видишь, я здесь, у этого родника. Придет за водой девушка. Я попрошу ее дать мне напиться из кувшина. Она ответит: «Пей. Твоих верблюдов я тоже напою.» Эта девушка и будет от Господа женой сыну моего господина.» Еще в голове у меня думались эти слова, как подошла к роднику Ревекка с кувшином на плече и зачерпнула воды. Я сказал ей: «Позволь напиться.» Она сразу наклонила кувшин и говорит: «Пей. Твоих верблюдов я тоже напою.» Я напился, и она стала носить воду верблюдам. Я спросил ее: «Чья ты дочь?» Она ответила: «Дочь Бетуэла, сына Нахора и Мильки.» Тогда я подарил ей серьгу и браслеты, А потом бросился на землю перед Господом и благословил Господа, Бога моего господина. Он прямиком привел меня к родне моего господина, чтобы его сын женился на их дочери. Скажите мне теперь, будет ли от вас честь и поклон моему господину. Да или нет? А то я пойду дальше». Лаван и Бетуэл ответили: «Все в руках Господа. Да или нет — не нам решать. Вот Ревекка. Бери ее и уходи. Пусть она будет сыну твоего господина женой от Господа». Когда раб Авраама услышал эти слова, он до земли поклонился Господу. Потом он поднес Ревекке серебряные и золотые украшения и обновы. Заодно одарил ее брата и мать. Гости поужинали и остались ночевать. Когда утром все встали, раб Авраама сказал: «Мне пора возвращаться к моему господину». Брат и мать ответили: «Позволь Ревекке еще дней десять побыть с нами, тогда пусть идет». Он сказал: «Не удерживайте меня. Мой путь пролагает Господь. Поэтому отпустите. Мне пора к моему господину». Они ответили: «Давай позовем Ревекку. Что скажет она?» Позвали Ревекку и спрашивают ее: «Хочешь пойти с этим человеком?» Ревекка отвечала: «Хочу». Тогда Лаван отпустил свою сестру Ревекку и ее кормилицу с Авраамовым рабом и его людьми. Ревекку благословили в дорогу, сказали ей: «Сестрица! Будь богата детьми. Твои потомки вступят во вражеские города». Ревекка и ее служанки сели на верблюдов и отправились в путь. Раб Авраама повел их за собой. Тем временем Исаак вернулся из Беэр-Лахай-Рои к себе в Негев. Вечером он вышел в поле пройтись и вдруг видит: навстречу ему верблюды. Ревекка тоже увидела Исаака и сошла с верблюда. Она спросила Авраамова раба: «Кто это идет по полю нам навстречу?» Раб ответил: «Это мой господин». Тогда Ревекка закрылась покрывалом. Раб Авраама рассказал Исааку о своих приключениях. Так Исаак привел молодую жену Ревекку в шатер своей матери Сарры. Он очень любил жену, и с ней ему было не так тяжело в тот день, когда он лишился матери.

Авраам женился во второй раз. Новую жену звали Кетура. Она родила ему сыновей Зимрана, Йокшана, Медана, Мидьяна, Ишбака и Шуаха. У Йокшана были сыновья Шева и Дедан. Потомки Дедана — ашшуреи, летушеи и леуммеи. У Мидьяна были сыновья Эфа, Эфер, Ханох, Авида и Элдаа. Все названные — потомки Кетуры. Авраам оставил Исааку все, что у него было. Еще при жизни Авраам отделил от Исаака сыновей своих наложниц, щедро одарил их и отправил на восток, в далекие восточные земли. Авраам прожил сто семьдесят пять лет И умер почтенным старцем. Насытившись жизнью, он отошел к праотцам. Сыновья Авраама, Исаак и Измаил, похоронили его в пещере Махпела на поле Эфрона-хетта, Цохарова сына. Это поле, что напротив Мамре, Авраам купил у хеттов. Там погребены Авраам и его жена Сарра. После смерти Авраама Бог благословил его сына Исаака. Исаак жил в Беэр-Лахай-Рои. История Измаила. Измаил — сын Авраама от египтянки Агари, Сарриной рабыни. Родословные имена сыновей Измаила: первенец Невайот, Кедар, Адбеэл, Мивсам, Мишма, Дума, Масса, Хадад, Тема, Етур, Нафиш и Кедма. Это имена двенадцати сыновей Измаила. Они были вождями двенадцати кочевых племен с их кочевьями. Прожив сто тридцать семь лет, Измаил умер, отошел к праотцам. Его потомки расселились от Хавилы до Шура — это у самого Египта, в той стороне, где Ашшур. С братьями они никогда не ладили. История Исаака. У Авраама был сын Исаак. Исааку было сорок лет, когда он женился на Ревекке, дочери Бетиэла-арамея из Паддан-Арама. Она была сестрой Лавана-арамея. Ревекка была бесплодна. Исаак просил о ней Господа, и Господь сжалился. Ревекка забеременела. Еще не родившись, ее сыновья начали тузить друг друга. Ревекка сказала: «С чем это можно меня поздравить?» — и пошла узнать у Господа. Господь сказал ей: «Ты носишь два племени. От тебя произойдут два разных народа. Один будет сильнее другого, старший будет слугой младшего». Пришло время Ревекке рoжать своих близнецов. Первый вышел красный, косматый, будто в шубе. Ему дали имя Исав. За ним, ухватившись рукой за пятку Исава, вышел его брат. Ему дали имя Иаков. В год рождения сыновей Исааку исполнилось шестьдесят лет. Братья выросли. Из Исава получился лихой охотник, бездомок земных просторов, а из Иакова — рачительный хозяин, домосед. Исав поставлял свежую дичь и был любимым сыном у Исаака, а Ревекка больше любила Иакова. Однажды Иаков варил похлебку, а Исав вернулся с охоты умирая с голоду И говорит брату: «Красного! — за это слово его так и прозвали: Эдом. — Дай хлебнуть этого твоего красного! Варева! Умираю хочу есть!» Иаков сказал: «Дам за первородство». Исав сказал: «Не умирать же мне за мое первородство!» Иаков сказал: «Вот и поклянись». Исав поклялся и уступил Иакову первородство. Иаков расплатился с ним хлебом и чечевичной похлебкой. Исав поел, попил, встал и ушел. Он ни во что не ставил свое первородство.

Страну охватил голод (так уже было однажды при Аврааме), и Исаак отправился в Герар к филистимскому царю Авимелеху. Ему явился Господь и сказал: «В Египет не ходи, а сделай, как Я тебе говорю: оставайся здесь. Живи и дальше на этой земле. Я буду с тобой, благословлю тебя, исполню клятву, которую Я дал твоему отцу Аврааму: все эти земли Я отдам тебе и твоим потомкам. Потомков у тебя будет — как звезд на небе. Им отдам все эти земли. Твое потомство будет благословением для всех народов земли. Это Мой долг Аврааму. Он всегда поступал так, как Я ему говорил, не изменял ни Моим наказам, ни заповедям, ни законам». Исаак поселился в Гераре. Соседи стали спрашивать его о Ревекке. Исаак отвечал: «Это моя сестра», — потому что боялся сказать «жена». Ему подумалось: «Как бы из-за Ревекки меня не убили: уж очень она у меня хороша собой». Однажды филистимский царь Авимелех увидел в окно, как Исаак милуется с Ревеккой. Авимелех позвал Исаака и говорит ему: «А ведь она тебе жена! Зачем же ты говорил, что сестра?» Исаак ответил: «Потому что мне подумалось, как бы меня из-за нее не убили». Авимелех сказал: «Зачем же ты нас так подводишь? Хорошо, что никто не успел переспать с твоей женой. Ведь это какой был бы грех!» И Авимелех оградил Исаака от своего народа. Он объявил: «Кто тронет этого человека — будет предан смерти». В тот год Исаак собрал со своего поля небывалый урожай. Так благословил его Господь. Хозяйство Исаака быстро росло. Он разбогател, стал настоящим богачом. Теперь он владел стадами овец и коров и многочисленными рабами. Филистимляне стали завидовать ему. Они засорили и забросали землей все колодцы, которые еще при Аврааме выкопали его рабы. Авимелех сказал Исааку: «Уходи. Ты мозолишь глаза своим богатством». Исаак ушел и раскинул свои шатры в Герарской долине. Он оживил там колодцы, выкопанные еще при его отце Аврааме, а после заваленные филистимлянами, и вернул колодцам имена, которые дал им его отец. Рабы Исаака отрыли в долине колодец с проточной водой. Пастухи Герара заспорили с пастухами Исаака, стали говорить: «Это наша вода». По причине споров колодец назвали Эсек. Откопали еще один колодец, и опять начались споры. Этот колодец назвали Ситна. Исаак отступил на самый дальний край и там выкопал новый колодец. Споров уже не было, и он назвал этот колодец Реховот. Исаак сказал: «Господь дал нам широкий простор на этой земле. Здесь нас будет много». Оттуда он вернулся в Беэр-Шеву. В ту ночь ему явился Господь и сказал: «Я — Бог твоего отца Авраама. Не бойся. Я с тобой. Благословлю тебя. Дам тебе много потомков. Я сделаю это ради Моего раба Авраама». Исаак соорудил там жертвенник и призвал имя Господа. Исаак решил там остаться, и рабы начали копать колодец. Туда‑то и пришел к нему из Герара Авимелех со своим советником Ахузатом и военачальником Пихолом. Исаак говорит им: «Зачем вы пришли? Вы же сами прогнали меня, как врага». Они отвечали: «До нас вдруг дошло, что с тобой Господь. И мы подумали: почему бы нам не дать совместную клятву? Давай договоримся, Что ты не сделаешь нам зла. Мы, со своей стороны, тебя не трогали. От нас тебе было всегда только одно добро. Да и проводили мы тебя с миром. Все это Господне благословение». В честь гостей Исаак устроил пир. Наутро они первым делом обменялись клятвами. Исаак простился с гостями, и те с миром пошли обратно. Как раз тогда рабы Исаака закончили копать колодец, пришли и говорят: «Мы нашли воду». Исаак назвал этот колодец Шива. До сих это имя живет в названии города: Беэр-Шева. Исаву было сорок лет, когда он взял себе в жены Иехудит, дочь Беэри-хетта, и Басемат, дочь Элона-хетта. Исаак и Ревекка с его женами не ладили.

В старости Исаак ослеп и уже ничего не видел. Однажды он позвал своего старшего сына Исава: «Сынок!» Исав откликнулся: «Да!» Исаак сказал: «Я совсем одряхлел. Со дня на день могу умереть. Возьми свои ловушки, лук и колчан и ступай на охоту, принеси дичи. Приготовь мое любимое. Я поем и благословлю тебя перед смертью». Ревекка подслушала разговор отца с сыном. Когда Исав ушел на охоту, Она сказала Иакову: «Я слышала, как отец говорил Исаву: «Ступай за дичью и приготовь мое любимое. Я поем и благословлю тебя перед смертью Господним благословением». А теперь, сынок, слушай, что тебе надо сделать. Выбери из стада двух козлят. Я приготовлю отцу его любимое. Подашь ему, он поест и благословит тебя перед смертью». Иаков возразил матери: «Нет, Исав волосатый, а у меня кожа гладкая. Стоит отцу взять меня за руку, он сразу поймет, что я его обманываю. И тогда вместо благословения будет проклятие». Ревекка говорит ему: «Пусть это проклятие падет на меня, сынок. Послушайся меня. Ступай и принеси». Исаак принес что нужно, и Ревекка приготовила Исааку его любимое. Потом она отобрала лучшее из имеющейся в доме одежды старшего сына Исава и нарядила в это младшего, Иакова. Руки и шею Иакова она обернула шкурами козлят И дала ему блюдо с едой, которую приготовила, и хлеб. Иаков пришел к Исааку и позвал его: «Отец!» Исаак ответил: «Да! Назовись, сынок». Иаков говорит отцу: «Я Исав, твой первенец. Сделал, как ты велел. Садись, поешь дичи и благослови меня». Исаак спросил: «Что так скоро ты управился, сынок?» Иаков ответил: «Господь, твой Бог, пособил». Исаак сказал: «Подойди, сынок. Дай-ка потрогаю тебя за руку, ты ли Исав. А то будто и нет». Иаков подошел к отцу. Исаак ощупал его и говорит: «Голос Иакова, а руки Исава». Из-за волос на руках, как у Исава, он не узнал Иакова и благословил его. Исаак сказал: «Стало быть, ты мой сын Исав, так?» Иаков отвечал: «Да». Тогда Исаак сказал: «Подай мне дичи, сынок. Я поем и благословлю тебя». Иаков подал, и Исаак поел. Иаков принес ему вина, и он выпил. Потом Исаак сказал: «Подойди поближе, сынок. Поцелуй меня». Иаков подошел и поцеловал отца. Исаак уловил запах одежды и благословил сына. Он сказал: «Запах моего сына — как запах благословенных полей Господних. Будет тебе роса небесная, земля плодородная, хлеб и вино от Божьих щедрот. Народы и племена будут служить тебе и поклоняться тебе. Будешь господином своих братьев, сыновья твоей матери поклонятся тебе. Будут прокляты проклинающие тебя и благословенны благословляющие тебя». С этим благословением он отпустил Иакова. Иаков ушел, и сразу вслед за этим вернулся с охоты Исав. Он приготовил еду, принес и говорит отцу: «Сядь, отец. Поешь дичи и благослови меня». Исаак спрашивает его: «Ты кто?» Исав отвечал: «Я Исав, твой сын, первенец». Исаак весь затрясся и говорит: «Кто же тогда принес мне дичи? Я поел и благословил его. Теперь благословение на нем». Услышав это, Исав застонал от отчаяния и стал слезно просить отца: «Отец! Благослови и меня!» Но Исаак сказал ему: «Твое благословение теперь у твоего брата. Он пришел и обманом присвоил его себе». Исав сказал: «Вот весь он тут! У него и имя такое — Иаков. Он уже дважды меня обманул. Сперва отнял у меня первородство, а теперь забрал и благословение. Неужели не осталось для меня никакого благословения?» Исаак отвечал Исаву: «Иаков теперь твой господин. Всю родню я отдал ему в рабы, одарил его хлебом и вином. Что же после этого осталось у меня для тебя, сынок?» Исав снова просит отца: «Неужели у тебя только одно благословение? Благослови и меня тоже!» Исав говорил это, роняя слезы. Исаак отвечал: «Вдали от плодородной земли и от росы небесных высот будут твои селения. Будешь добывать себе на жизнь мечом и службой у брата. Но не стерпишь, сбросишь наконец его ярмо со своей шеи». Исав не мог простить Иакову отцовского благословения и прямо сказал что думал: «В день скорби по отцу я убью моего брата Иакова». Ревекке донесли об этой угрозе ее старшего сына Исава. Она послала за младшим, Иаковом, и говорит ему: «Твой брат Исав грозится убить тебя. Слушай, что я скажу тебе, сынок. В Харране живет мой брат Лаван. Беги туда к нему. Поживешь у него, пока не остынет гнев твоего брата. Уймется твой брат, забудет, зачем злился на тебя, тогда пошлю за тобой и заберу тебя обратно. На что это мне — в один день потерять вас обоих!» Ревекка сказала Исааку: «Из-за этих хеттеянок мне свет не мил. А если еще и Иаков приведет такую же хеттеянку, на что мне и жизнь?»

Исаак позвал Иакова, благословил его и дал такой наказ: «Не женись на ханаанеянке. Ступай в Паддан-Арам к Бетуэлу, отцу твоей матери, и присмотри себе жену из дочерей Лавана, ее брата. Бог Крепкий благословит тебя, позволит твоему роду умножиться, разрастись, сделает его собранием народов. Авраамово благословение распространится на тебя и твоих потомков. Ты унаследуешь землю, где пока ты еще пришелец. Эту землю Бог обещал Аврааму». Исаак простился с Иаковом, и тот отправился в Паддан-Арам к Лавану, сыну Бетуэла-арамея и брату Ревекки, матери Иакова и Исава. Исав все это знал. Он знал, что после благословения Исаак отослал Иакова за женой в Паддан-Арам, потому что не хотел женить его на ханаанеянке. Он знал, что Иаков послушался отца и мать и уже ушел в Паддан-Арам. Исав понял, что его отец Исаак не хочет терпеть у себя новых ханаанеянок. Он пошел к Измаилу и взял себе вдобавок еще одну жену — Махалат, дочь Авраамова сына Измаила, сестру Невайота. По дороге из Беэр-Шевы в Харран С наступлением сумерек Иаков нашел удобное место и устроился на ночь прямо на земле: нашел на этом месте себе под голову камень и на этом месте уснул. Ему приснился сон: он видит лестницу от земли к небу и по ней спускаются и поднимаются Божьи ангелы. А на самом верху стоит Господь и говорит Иакову: «Я — Господь, Бог твоего деда Авраама и Бог Исаака. Землю, на которой ты лежишь, отдам тебе и твоим потомкам. Потомков у тебя будет — как пыли. Расселишься на запад и на восток, на север и на юг. Ты со своими потомками будешь благословением для всех народов земли. Я буду с тобой. Где бы ты ни был, нигде не дам тебе пропасть. Верну тебя на эту землю. Не оставлю тебя, пока не сделаю всего, что обещал». Иаков проснулся и говорит: «Вот оно что! Я оказался в том месте, где бывает Господь. Кто бы мог подумать!» На него нашел ужас, и он сказал: «Это место Страха. Тут дом Бога, ворота в небо». Наутро Иаков взял камень, который был у него ночью под головой, поставил его стоймя, как памятник, и облил оливковым маслом. Иаков назвал это место Бет-Эл. Прежде этот город назывался Луз. Иаков поклялся: «Если Бог не оставит меня в пути, даст мне пищу и одежду И я доживу до возвращения в отчий дом, то Господь станет моим Богом. Этот памятник, который я соорудил из камня, станет домом Бога. Из всего, что Ты дашь мне, буду отдавать Тебе десятую часть».

С легким сердцем Иаков отправился дальше и добрался наконец до земли народов Востока. Там в поле он увидел родник. Вокруг родника разлеглись овцы, целых три стада. Здесь был водопой. Подход к воде закрывался камнем. Камень отодвигали и начинали поить скот только после того, как собирались все стада. А потом родник снова закрывали этим камнем. Иаков спросил пастухов: «Откуда вы, добрые люди?» Ему отвечали: «Из Харрана». Он говорит: «А вы не знаете Лавана, Нахорова сына?» Отвечают: «Знаем». Иаков спросил: «Как он там?» Они говорят: «Ничего. Да вон как раз его дочь Рахиль идет сюда с овцами». Иаков сказал: «Долго держите скот. Давно пора поить — и обратно на пастбище». Они говорят: «Нельзя. Нужно, чтобы собрались все стада. Тогда сдвинем камень и будем поить». Пока они так разговаривали, подошла с отцовскими овцами пастушка Рахиль. Когда Иаков увидел Рахиль со стадом Лавана, брата своей матери, он подошел к роднику, отодвинул камень и напоил овец Лавана, брата своей матери. Он поцеловал Рахиль и в голос заплакал. Иаков рассказал Рахили, что он племянник ее отца, сын Ревекки. Рахиль побежала с этим известием к отцу. Когда Лаван услышал, что пришел сын Ревекки Иаков, он выбежал ему навстречу, обнял его, поцеловал и завел в дом. Иаков стал рассказывать ему о себе. Лаван говорит: «Вижу, что ты кость моя и плоть моя». И Иаков поселился у Лавана. Минул месяц, И Лаван говорит ему: «Нехорошо племяннику работать на дядю даром. Скажи как — и я заплачу тебе». А у Лавана было две дочери: старшая Лия и младшая Рахиль. У Лии были одни тихие взоры, а у Рахили было все — и красота и тонкий стан. И Иаков полюбил Рахиль. Он сказал Лавану: «Буду работать на тебя семь лет за твою младшую дочь Рахиль». Лаван сказал: «Вот и хорошо. Пусть идет за тебя, ты не чужой. Оставайся». Иаков отработал за Рахиль семь лет. Срок прошел у него как один день — так он любил ее. И вот он говорит Лавану: «Обещал — давай! Время вышло. Где моя жена?» Лаван созвал всех соседей и задал свадебный пир. С наступлением сумерек он привел к Иакову Лию, и Иаков спал с ней. Лия пришла со своей рабыней Зелфой, которую подарил ей Лаван. Утром глядь — Лия! Иаков — к Лавану, и говорит: «Как же так? Разве не за Рахиль я на тебя работал? Зачем ты обманул меня?» Лаван ответил: «В наших краях не принято дочерей выдавать замуж не по порядку. Пока старшая. Пройдет свадебная неделя — отдадим тебе младшую. Отработаешь за нее еще семь лет». Иакову пришлось согласиться. Минула свадебная неделя, и Лаван отдал за него свою младшую дочь Рахиль. При этом он подарил Рахили свою рабыню Валлу. Иаков стал спать с Рахилью. Ее он любил больше Лии. За нее он отработал у Лавана еще семь лет. Лия была у Иакова нелюбимой женой. Господь увидел это и дал ей ребенка. А Рахили не дал. Лия забеременела, родила сына и дала ему имя Рувим. Она сказала: «Господь увидел мое горе. Теперь муж полюбит меня». Лия забеременела во второй раз и родила еще одного сына. Она сказала: «Господь пожалел меня за то, что я нелюбима, и вот у меня еще один сын». И она дала сыну имя Симеон. Лия снова забеременела, родила сына и сказала: «Нет, теперь мой муж никуда от меня не денется. Я родила ему троих сыновей». И она дала новорожденному имя Левий. И опять забеременела, родила сына и сказала: «Как не хвалить мне Господа!» И она дала сыну имя Иуда. После этого она перестала рожать.

Рахили было обидно, что она не может родить сына Иакову. Она позавидовала своей сестре и сказала Иакову: «Не дашь мне сыновей — умру!» Иаков не сдержался, ответил: «Я что — Бог? Это Он не дает тебе детей». Рахиль говорит ему: «Тогда пусть хоть Валла родит ребенка мне на колени. Спи с ней. Не от меня самой, так от моей рабыни, а будут у меня дети!» И она отдала ему в наложницы свою рабыню Валлу. Иаков стал спать с Валлой. Валла забеременела и родила Иакову сына. Рахиль сказала: «Это мне от Бога оправдание. Он сжалился надо мной и подарил мне сына». И она дала ребенку имя Дан. Валла опять забеременела и родила Иакову еще одного сына. Рахиль сказала: «До последнего билась я со своей сестрой и одолела». И она дала этому сыну имя Неффалим. Лия отдала Иакову в наложницы свою рабыню Зелфу. Сама она перестала рожать детей. Зелфа родила Иакову сына. Лия сказала: «Вот она, удача!» И дала ребенку имя Гад. Зелфа родила Иакову второго сына. Лия сказала: «Вот оно, счастье! Женщины будут думать обо мне: счастливица!» И дала ребенку имя Асир. В поле, где убирали пшеницу, Рувим нашел мандрагоры и принес их матери. Рахиль попросила Лию: «Поделись со мной мандрагорами. Вон сколько их принес тебе сын!» Лия ответила: «Мало тебе, что ты отняла у меня мужа. Теперь, когда сын принес мне мандрагоры, они тебе тоже понадобились». Рахиль сказала: «Хорошо, давай мандрагоры за ночь с Иаковом». Вечером пришел с поля Иаков. Лия вышла ему навстречу и говорит: «Мой сын принес мандрагоры и я выменяла их на тебя. Эту ночь ты спишь со мной». И Иаков лег спать с Лией. Бог пожалел Лию, она забеременела и родила Иакову пятого сына. Лия сказала: «Это мне от Бога подарок за то, что я пускала к мужу свою рабыню». И дала ребенку имя Иссахар. Лия забеременела еще раз, родила Иакову шестого сына И сказала: «Щедро одарил меня Бог. Теперь‑то муж будет со мной считаться: я родила ему шестерых сыновей». И она дала ребенку имя Завулон. Потом она родила дочь и дала ей имя Дина. Бог не забыл и о Рахили. Он сжалился над ней и вернул ей способность рожать. Рахиль забеременела, родила сына, и сказала: «Бог не допустил моего позора». Она дала ребенку имя Иосиф и попросила: «Пусть Господь прибавит мне еще одного сына». Когда Рахиль родила Иосифа, Иаков сказал Лавану: «Отпусти меня домой, на родину, Вместе с моими женами и детьми, ради которых я работал на тебя. Да еще как работал! Сам знаешь». Лаван ответил: «Я вот что думаю. Хозяйство быстро растет. С тобой пришло ко мне Господне благословение». И говорит: «Проси у меня какую хочешь плату». Иаков сказал: «Сам знаешь, как я работал на тебя. Вон как выросло твое стадо! Каким оно было, а каким стало! Разве не благословил тебя Господь с моим приходом? Но когда же наконец я займусь и своим хозяйством?» Лаван говорит: «Какую же ты хочешь плату?» Иаков сказал: «Никакую не хочу. Давай договоримся. Я буду по-прежнему пасти и стеречь твоих овец, Но скот мы поделим. Мы обойдем все стадо и ты отгонишь в сторону крапчатых, пятнистых и черных овец и крапчатых и пятнистых коз и впредь будешь расплачиваться со мной такими овцами и козами. С таким разделением ты всегда будешь знать, все ли честно. Если увидишь в моем стаде коз без крапин и без пятен или белых овец, знай — это краденое». Лаван сказал: «Хорошо. Будь по-твоему». В тот же день Лаван согнал в отдельное стадо пестрых и пятнистых козлов, крапчатых и пятнистых (с черной или белой примесью) коз и черных овец и отдал их своим сыновьям. Эти стада они отогнали на три дневных перехода — подальше от Иакова. Иаков продолжал пасти остаток Лаванова стада. Он наломал свежих веток с тополя, миндаля и платана и до белой древесины вразбежку содрал с них кору. Получились полосатые прутья. Прутья он клал на дно корыта, из которого пил скот. Когда во время течки козы приходили к водопою, То у них перед глазами были пестрые прутья, и приплод получался пестрый, крапчатый и пятнистый. Овец Иаков держал в стороне, мордами к пестрому и черному скоту Лавана. Он завел свое собственное стадо и уже не смешивал его со стадом Лавана. Каждый раз, когда у крепких животных начиналась течка, Иаков клал в корыто прутья и случал скот у водопоя перед прутьями. Но если животные были хилые, прутьев он не клал. Так хилый скот доставался Лавану, а крепкий — Иакову. Иаков разбогател. Теперь ему принадлежали обширные стада, и у него было много рабынь и рабов, верблюдов и ослов.

Иаков знал, как отзывались о нем сыновья Лаванa. Они говорили: «Иаков подчистую обобрал нашего отца. По сути отцу принадлежит все, что есть у Иакова». Иаков и сам стал замечать, что Лаван переменился к нему. Господь сказал Иакову: «Отправляйся домой, к своим. Я буду с тобой». Иаков вызвал Рахиль и Лию в поле, где паслось его стадо, И сказал: «Ваш отец заметно переменился ко мне. Прежде он не был таким. Но со мной Бог моего отца. Сами знаете, я себя не жалел, работая на вашего отца. А он хитрил со мной, десять раз передумывал, менял плату. Но Бог не допустил ущерба с моей стороны. Когда ваш отец говорил мне: «Заплачу тебе крапчатыми», — весь приплод получался крапчатым. А когда говорил: «Пестрыми», — весь приплод получался пестрым. Вот так Бог отнял скот у вашего отца и отдал мне. Как‑то в случную пору скота мне приснилось, что козлы покрывают стадо, и что ни козел — то пестрый, крапчатый или пятнистый. Во сне ангел Бога позвал меня: «Иаков!» Я ответил: «Да!» Он сказал: «Видишь, какие козлы покрывают стадо? Пестрые, крапчатые, пятнистые. Все Лавановы козни против тебя Мне известны. Я — Бог, памятник которому ты облил оливковым маслом в Бет-Эле. Там ты дал Мне обет. А теперь собирайся. Уходи отсюда к себе на родину». Рахиль и Лия говорят ему: «Нечего и думать, что нам достанется хоть малость из отцовского наследства. Мы нашему отцу чужие. Продал нас, да и присвоил себе всю выручку. Все, что Бог отнял у нашего отца, — это наше добро, добро наших сыновей. Так что поступай, как велит тебе Бог». Тогда Иаков посадил на верблюдов детей и жен И погнал свои стада в Ханаан — к Исааку, своему отцу. Он взял с собой весь свой домашний скарб и весь скот, приобретенный им в Паддан-Араме. И еще когда Лаван ушел стричь овец, Рахиль утащила у него из дому божков. Иаков не сказал Лавану-арамею, что уходит. Обманул его. Так со всем своим скарбом Иаков ушел от Лавана. Он переправился через Евфрат и двинулся в Гиладские горы. На третий день Лавану сообщили, что Иаков ушел. Лаван собрал своих родичей и пустился в погоню. Через семь дней он нагнал Иакова в Гиладских горах. Ночью во сне Бог пришел к Лавану-арамею и сказал: «Не смей трогать Иакова!» Лаван и Иаков встретились в Гиладских горах. Там, в Гиладских горах, где остановился Иаков, остановился со своими родичами и Лаван. Лаван сказал Иакову: «Зачем ты это сделал? Зачем обманул меня и угнал моих дочерей, как пленниц, взятых силой оружия? Зачем ты слукавил, сбежал тайком, ничего не сказал? Задали бы пир, спели под бубен и цитру — и прощай. А ты не дал мне даже поцеловать моих внуков и дочерей, учинил не знаю что. Я легко мог бы тебе отомстить, но Бог твоего отца вчера сказал мне: «Не трогай Иакова!» Ладно. Ты ушел, потому что затосковал по родному дому, но зачем было красть моих богов?» Иаков отвечал Лавану: «Я боялся, что ты заберешь у меня своих дочерей. А насчет богов… у кого найдешь — убей. Ищи! Найдешь — забирай. Только пусть родичи подтвердят, что это твое». Иаков не догадывался, что божков утащила Рахиль. Лаван обыскал шатер Иакова, шатер Лии, шатер обеих рабынь и ничего не нашел. Потом он отправился к Рахили. Рахиль засунула божков под верблюжий чепрак и уселась сверху. Лаван обыскал шатер и ничего не нашел. Рахиль говорит отцу: «Не сердись, господин мой, что не могу встать перед тобой: у меня началось женское». Лавановы божки так и не нашлись. Иаков не выдержал и в сердцах говорит Лавану: «Что я тебе сделал? Зачем ты гнался за мной? Ты перещупал у меня все вещи. Которую из них ты признал своей? Покажи всем! Пусть родичи нас рассудят. За двадцать моих лет у тебя ни овцы, ни козы никогда не теряли приплода, и баранов из твоего стада я не ел. Что зверь задерет, я даже не показывал: весь убыток брал на себя. А ты ни дня, ни ночи не пропускал, все выискивал у меня пропажу. Днем я умирал от жары, ночью — от холода. Некогда было глаз сомкнуть. Двадцать лет я отдал твоему дому: четырнадцать лет работал на тебя за твоих дочерей и шесть — за твой скот. А ты десять раз передумывал, как мне заплатить. Не вступись за меня Бог моего отца — Бог Авраама, Страх Исаака, — ты бы выпроводил меня с пустыми руками. Бог увидел мое огорчение и труды моих рук и вчера вступился за меня». Лаван ответил Иакову: «Чьи это дочери? Мои. А их сыновья? Тоже мои. Да и скот мой. Оглянись вокруг: все это мое. Зачем мне портить жизнь своим дочерям и внукам? Давай заключим с тобой договор. Свидетеля мы найдем». Иаков поставил памятный камень И сказал своим родичам: «Собирайте камни». Те стали собирать и нанесли целый холм. Возле холма сели разделить пищу. Лаван назвал этот холм Егар-Сахадута, а Иаков — Гал-Эд. Лаван сказал: «Этот холм — свидетель нашего договора». Так за этим холмом закрепилось название Гал-Эд, А еще Мицпа — в память о том, что после этого Лаван сказал: «Это чтобы Господь не спускал с нас глаз, когда мы не видим друг друга. Будешь обижать моих дочерей или наберешь себе вдобавок новых жен — берегись, мы не одни: у нас есть свидетель — Бог». Потом Лаван сказал: «Это наши с тобой холм и памятник. И холм, и памятник — свидетели нашего договора: я не переступлю к тебе за этот холм и ты не переступишь ко мне ни за этот холм, ни за этот памятник ни по какому злому умыслу. А нашими судьями будут наши боги: твой — Авраамов и мой — Нахоров». И Иаков поклялся Страхом своего отца Исаака. Потом на высотах Иаков заколол жертву и пригласил родичей на пир. После угощения все там же и заночевали. Рано утром Лаван поцеловал внуков и дочерей, благословил их и отбыл к себе домой.

А Иаков двинулся дальше. В пути ему повстречались Божьи ангелы. Иаков сказал о месте этой встречи: «Это Божий стан». И назвал это место Маханаим. Иаков послал вестников к своему брату Исаву в землю Сеир, что на равнинах Эдома. Он сказал им: «Передайте господину моему, Исаву: это, мол, слова раба твоего Иакова: «Все эти долгие годы я жил у Лавана. Со мной мои быки, ослы и овцы, рабы и рабыни. Прими эту весть, господин мой. Прошу тебя о милостивом обхождении». Вестники вернулись и говорят: «Мы были у твоего брата Исава. Он идет навстречу. С ним четыреста человек». Иаков ужасно испугался. Он поделил своих людей и скот и верблюдов на два обоза и развел их в стороны. Он думал: «Если Исав нападет на один обоз и всех перебьет, то из другого обоза люди, может быть, успеют убежать». Иаков сказал: «Бог моего деда Авраама! Бог моего отца Исаака! Ты сам, Господь, говорил мне: „Возвращайся домой, к себе на родину. Я не дам тебе пропасть.» За что мне, Твоему рабу, столько милостей и щедрот! Я ушел за Иордан с одним посохом, а теперь у меня целых два обоза. Не дай погибнуть от руки Исава! Я ужас как боюсь его. Он не пощадит ни женщин, ни детей: всех перебьет. Ты сам обещал: «У Меня не пропадешь. Потомков у тебя будет без счету — как морского песка»». Так прошла ночь, а утром Иаков обошел стада и отобрал скот в дар Исаву: Двести коз и двадцать козлов, двести овец и двадцать баранов, Тридцать дойных верблюдиц с верблюжатами, сорок коров и десять быков, двадцать ослиц и десять ослов. Гнать их он поручил рабам и сказал: «Гоните не все стадо сразу, а по очереди, гуртами». Первому рабу он сказал: «Когда мой брат Исав спросит тебя при встрече: „Чей ты раб? Куда идешь? Чей скот гонишь?» — Отвечай: «Это скот твоего раба Иакова — дар, посланный моему господину Исаву. А сам Иаков идет следом»». Наставлял он и второго, и третьего, и всех остальных погонщиков: мол, так и скажите Исаву, когда повстречаете его, И прибавьте: «Твой раб Иаков идет следом»». Иаков думал: «Ублажу его сперва подарками. Может быть, при встрече он смягчится». Иаков отослал дары и стал ждать. Среди ночи он вброд перевел через Яббок обеих своих жен, обеих наложниц и одиннадцать сыновей. Вслед за ними он переправил на другой берег весь свой домашний скарб. Иаков остался один. И случилось ему вступить там с Кем‑то в борьбу. До самой зари Незнакомец пытался его побороть, Но понял, что ему не одолеть Иакова. Когда Иаков стал уже сильно наседать, Незнакомец сдавил ему бедро и вывихнул сустав. Наконец Незнакомец сказал: «Отпусти Меня. Уже светает». Иаков ответил: «Нет. Сперва благослови». Тогда Незнакоимец спросил: «Как твое имя?» Иаков ответил: «Иаков». Незнакомец сказал: «Теперь твое имя не Иаков, а Израиль. Ты боролся с Богом и с людьми и выходил победителем». Иаков говорит: «Назови свое имя». Тот ответил: «Тебе не нужно знать Моего имени». И благословил Иакова. Иаков назвал это место Пени-Эл: «Я видел Бога лицом к лицу и остался жив». Вставало солнце, когда он, припадая на бедро, уходил из Пенуэла. С тех пор потомки Израиля не едят мяса с бедренного сустава, потому что прикосновение Незнакомца пришлось как раз на бедренный сустав Иакова.

Иаков смотрит и видит: идет Исав и с ним четыреста человек. Иаков велел Лии, Рахили и обеим наложницам разобрать своих детей, выйти и встать. Впереди он поставил наложниц с их детьми, потом Лию с детьми и позади всех — Рахиль и Иосифа, А сам пошел навстречу Исаву и, пока подходил к нему, семь раз поклонился в землю. Исав кинулся навстречу Иакову, обнял его, прижал к груди, поцеловал. Оба заплакали. Исав взглянул на женщин и детей и спрашивает: «А это кто у тебя?» Иаков ответил: «Это дети твоего раба, мои дети. Бог даровал». Подошли наложницы с детьми и поклонились. Подошла с поклоном Лия с детьми. Потом подошли и поклонились Иосиф и Рахиль. Исав спросил: «А что это там за гурты попадались мне навстречу?» Иаков сказал: «Это чтобы ты не лишил меня привета, господин мой». Исав сказал: «У меня своего добра достаточно, брат. Не нужно». Иаков сказал: «Нет. Сделай милость, прими от меня этот дар. Не зря Бог отразился на твоем лице. Уважь, Прими как благословение. Это богатство у меня от Божьих щедрот». И упросил Исава. Исав принял дары. Наконец Исав говорит: «Нам пора. Пойдем вместе». Иаков возразил: «Ты, господин мой, видел моих детей: едва научились ходить. А овцы и коровы у меня дойные: если их погнать, за день все падут. Ты, господин мой, иди вперед, а я, твой раб, пойду не спеша — поступью скота, шажками детей. Догоню тебя, господин мой, в Сеире». Исав сказал: «Возьми у меня людей». Иаков ответил: «Зачем? Ты, господин мой, и так чересчур добр ко мне». В тот же день Исав повернул обратно, в Сеир. А Иаков отправился дальше и наконец прибыл в Суккот. Там он построил себе дом и поставил хлева для скота. Отсюда название: Суккот. Так из Паддан-Арама Иаков благополучно добрался до Ханаана и остановился под городом Шехемом. Он занял участок земли, приобретенный за сто кесит у сыновей Хамора, Шехемова отца. Иаков соорудил там жертвенник и назвал его Эл-Элохе-Исраэл.

Дина, дочь Иакова от Лии, пошла к своим новым подругам. Шехем, сын Хамора, тамошнего вождя, из хиввеев, увидел ее, увел и взял силой. Но девушка тронула его сердце. Он полюбил Дину, дочь Иакова, говорил ей нежности. Шехем попросил своего отца Хамора: «Устрой мне эту девушку в жены». Иаков узнал о бесчестье дочери, но не стал поднимать шума. Он ждал сыновей. А сыновья в это время пасли в поле скот. Хамор, отец Шехема, пришел поговорить с Иаковом. Сыновья Иакова вернулись с поля вне себя от ярости. Они уже обо всем знали. Для них насилие над дочерью Иакова равнялось осквернению самого Израиля — это было вопиющее кощунство. Хамор сказал: «Шехему, моему сыну, по сердцу ваша дочь. Выдайте ее за него. Породнитесь с нами. Выдавайте за нас ваших дочерей, а наших берите себе. Живите у нас. Земли хватит на всех. Приобретайте собственность, находите здесь свое место, обживайтесь». А Шехем сказал отцу Дины и ее братьям: «Сделайте милость, назовите условие — я все отдам. Назначьте какой хотите выкуп, любые дары. Я на все согласен. Только выдайте за меня вашу младшую». Но сыновья Иакова ничего не хотели знать. Шехем обесчестил их сестру Дину, и они задумали коварство. Шехему и его отцу Хамору Они ответили так: «Ничего не можем поделать. Сестру выдавать за необрезанного нельзя. Это для нас бесчестье. Но мы пойдем вам навстречу при условии, если все ваши мужчины сделают себе обрезание. Тогда между нами не будет различия. Мы сможем выдавать за вас наших дочерей и брать себе в жены ваших и таким образом станем с вами одним народом. А не обрежетесь — забираем сестру и уходим». Хамор и его сын Шехем не стали возражать. Юноше так полюбилась дочь Иакова, что он тут же ради нее это и исполнил. А надо сказать, что в семье своего отца Шехем пользовался большим авторитетом. Когда у городских ворот собрались жители города, Хамор и его сын Шехем обратились к ним с такими словами: «Эти люди мирно настроены. Пусть они обживаются у нас, находят здесь свое место. Земли хватит на всех. А мы давайте будем брать себе в жены их дочерей, а за них выдавать своих. Они согласны поселиться здесь и быть с нами одним народом. Правда, они поставили условие: всем нам сделать обрезание, как это принято у их мужчин. Их стада, все, что у них есть, вся живность — все это будет нашим. Давайте сделаем, как они хотят, и будем жить вместе». Собрание согласилось с Хамором и его сыном Шехемом и прямо от городских ворот все пошли и сделали себе обрезание. На третий день, когда все они лежали в горячке, два сына Иакова, Симеон и Левий, братья Дины, с мечами в руках ворвались в город. Они застали мужчин врасплох и всех перебили. Зарубили и самого Хамора и его сына Шехема, забрали у них Дину и ушли. Продолжая расправу, сыновья Иакова вернулись и разграбили город, обесчестивший их сестру. Они угнали овец, коров, ослов и забрали все, что смогли унести из города и с полей. Братья захватили весь домашний скарб и увели всех детей и женщин, начисто опустошили все дома. Иаков сказал Симеону и Левию: «Вы меня просто губите. Из-за вас жителям этой земли, ханаанеям и перизеям, я теперь первый враг. А какая у меня сила? Они придут и убьют меня. И не только меня — никто из наших не останется в живых». Братья ответили: «А разве можно обращаться с нашей сестрой, как с гулящей девкой!»

Бог сказал Иакову: «Отправляйся в Бет-Эл и поселись там. Сооруди там жертвенник Богу, который явился тебе, когда ты бежал от своего брата Исава». Собрав семью и челядь, Иаков сказал: «Нам нужно выбросить всех чужих богов, какие у нас есть, омыться и одеться во все новое. Мы идем в Бет-Эл. Я сооружу там жертвенник Богу, который вызволил меня из беды и сопровождал меня на всем моем пути». Люди отдали Иакову чужих богов, какие у них были, собрали серьги, и Иаков закопал все это в урочище Шехем. И пошли. Божий ужас сковал жителей окрестных городов, и никто не преследовал сыновей Иакова. Иаков и его люди пришли в Лузу, по-иному Бет-Эл, что в Ханаане. Иаков соорудил жертвенник и назвал это место Эл-Бет-Эл. Здесь явился ему Бог, когда он бежал от брата. Умерла кормилица Ревекки Девора. Ее похоронили за Бет-Элом под дубом. Дуб назвали Аллон-Бахут. Когда Иаков вернулся из Паддан-Арама, Бог опять пришел и благословил его. Бог сказал: «Имя Иаков твоим больше не будет. Теперь твое имя не Иаков, а Израиль». Так он получил от Бога имя Израиль. Бог сказал ему: «Я — Бог Крепкий. Обзаводись потомством, умножай его. Станешь праотцом народов, множества народов. От тебя произойдут цари. Земля, которую Я дал Аврааму и Исааку, перейдет к тебе, а затем к твоим потомкам». И Бог покинул место, где говорил с Иаковом. На том месте, где говорил Бог, Иаков поставил каменный памятник и облил его вином и оливковым маслом. А место, где говорил Бог, Иаков назвал Бет-Эл. Из Бет-Эла семья отправилась дальше. В пути, не доходя до Эфраты, Рахиль родила сына. Роды были трудными. Схватки совсем измучили Рахиль. Повивальная бабка сказала ей: «Ну вот, а ты боялась. У тебя еще один сын». Рахиль умирала. Перед смертью она назвала сына Бен-Они. Но отец дал ему другое имя: Вениамин. Рахиль умерла. Ее похоронили у дороги на Эфрату, ныне это Вифлеем. Иаков поставил ей надгробный памятник. Этот памятник Рахили стоит там и по сей день. Израиль отправился дальше. Новая стоянка была по ту сторону Мигдал-Эдера. Пока стояли, Рувим переспал с Валлой, наложницей своего отца. Отец узнал об этом. У Иакова было двенадцать сыновей. Сыновья Лии: за Рувимом, первенцем Иакова — Симеон, Левий, Иуда, Иссахар и Завулон. Сыновья Рахили: Иосиф и Вениамин. Сыновья Рахилиной рабыни Валлы: Дан и Неффалим. Сыновья Лииной рабыни Зельфы: Гад и Асир. Это сыновья Иакова, родившиеся в Паддан-Араме. Иаков вернулся к своему отцу Исааку в урочище Мамре у Кирь55 ят-Арбы (ныне Хеврона), где сначала жил Авраам, а теперь Исаак. Исаак прожил сто восемьдесят лет И отошел к праотцам. Он умер старцем, насытившись жизнью. Его похоронили сыновья Исав и Иаков.

История Исава. Его другое имя — Эдом. Исав взял себе в жены ханаанеянок: Аду, дочь Элона-хетта, и Оголиваму, дочь Аны, сына Цивеона-хиввея, И еще — Басемат, дочь Измаила, сестру Невайота. От Ады у Исава родился Элифаз, от Басемат — Реуэл, От Оголовамы — Иеуш, Ялам и Корах. Это сыновья Исава, родившиеся в Ханаане. Исав собрал свои стада, весь скот и все добро, нажитое в Ханаане, и со своими женами, сыновьями, дочерьми и челядью ушел от своего брата Иакова, жил отдельно от него в другой стране. Хозяйства братьев так разрослись, что стали мешать друг другу. На пастбищах не хватало места для двух стад. Исав поселился на нагорье Сеир. Исав — это Эдом. История Исава, праотца эдомитян. Его земля — нагорье Сеир. Сыновья Исава: Элифаз, его сын от Ады, и Реуэл, его сын от Басемат. Сыновья Элифаза: Теман, Омар, Цефо, Гатам и Кеназ. Тимна, наложница Элифаза, родила ему Амалека. Это потомки Исава от Ады. Сыновья Реуэла: Нахат, Зерах, Шамма и Мизза. Это потомки Исава от Басемат. Сыновья Исава от Оголивамы, дочери Аны, сына Цивеона: Иеуш, Ялам и Корах. Вот кланы Исава по родоначальникам. Потомки Элифаза, Исавова первенца: клан Темана, клан Омара, клан Цефо, клан Кеназа, Клан Кораха, клан Гатама и клан Амалека. Это кланы Элифаза и потомки Ады. Их земля — Эдом. Среди потомков Исавова сына Реуэла: клан Нахата, клан Зераха, клан Шаммы, клан Миззы. Это кланы Реуэла и потомки Исава от Басемат. Их земля — Эдом. Среди потомков Исава от Оголимавы: клан Иеуша, клан Ялама, клан Кораха. Это кланы потомков Исава от Оголимавы, дочери Аны. Это потомки и кланы потомков Исава. Его другое имя — Эдом. Сыновья Сеира-хоррея, жившие в той стране: Лотан, Шовал, Цивеон, Ана, Дишон, Эцер и Дишан. Это кланы хорреев, потомков Сеира. Они жили в стране Эдом. Сыновья Лотана: Хори и Хемам. Сестра Лотана: Тимна. Сыновья Шовала: Алван, Манахат, Эвал, Шефо и Онам. Сыновья Цивеона: Айа и Ана — тот самый Ана, который нашел в пустыне родник, когда пас ослов своего отца Цивеона. Дети Аны: Дишон и Оголивама, дочь Аны. Сыновья Дишона: Хемдан, Эшбан, Итран и Керан. Сыновья Эцера: Билхан, Зааван и Акан. Сыновья Дишана: Уц и Аран. Кланы хорреев: клан Лотана, клан Шовала, клан Цивеона, клан Аны, Клан Дишона, клан Эцера и клан Дишана. Это родоначальники кланов хорреев, живших в стране Сеир. Еще до израильских царей в Эдоме были цари. Вот эти цари: Первым царем в Эдоме был Беоров сын Бела. Его столицей был город Динхава. После смерти Белы воцарился Йовав, сын Зераха из Боцры. После смерти Йовава воцарился Хушам из страны потомков Темана. После смерти Хушама воцарился Хадад, сын Бедада (он разгромил мидьянитян на моавской равнине). Его столицей был город Авит. После смерти Хадада воцарился Самла из Масреки. После смерти Самлы воцарился Шаул из Реховота-на-Реке. После Шаула воцарился Баал-Ханан, сын Ахбора. После смерти Баал-Ханана, сына Ахборова, воцарился Хадар. Его столицей был город Пау, а его женой была Мехетавель, дочь Матред, дочери Ме-Захава. А это кланы Исава по родоначальникам и названиям их селений: клан Тимны, клан Алвы, клан Иетета, Клан Оголивамы, клан Элы, клан Пинона, Клан Кеназа, клан Темана, клан Мивцара, Клан Магдиэла и клан Ирама. Все это кланы Эдома и имена земельных владений эдомитян. Их праотец — Исав.

Иаков поселился в Ханаане, стране своего отца. Из истории Иакова. Иосифу было семнадцать лет. Его братья, сыновья Валлы и Зелфы, пасли овец, а Иосиф им помогал и, бывало, ябедничал на них отцу. Иосиф был у отца поздним ребенком, и Израиль любил его больше других сыновей. Ему он подарил цветную рубаху. Братьям было обидно, что Иосиф ходит в любимчиках, и они открыто ненавидели его, разговаривали с ним со злостью. Как‑то раз Иосифу приснился сон. Он рассказал его братьям, и это еще больше подогрело их ненависть. Иосиф говорил: «Послушайте, что мне приснилось! Мы в поле вяжем снопы. Мой сноп встал, ну, это, во весь рост, а ваши снопы подошли, значит, и согнулись перед ним». Братья сказали: «Ты что, собираешься царствовать у нас? Будешь начальником?» За его рассказы о таких снах они невзлюбили его еще больше. Иосифу опять приснился сон, и он рассказал его братьям: «Мне привиделось, будто, значит, солнце, и луна, и одиннадцать звезд, ну, это, поклонились мне». За этот сон, который Иосиф рассказал братьям, отец пристыдил сына: «Что за сны тебе снятся? С какой стати мы все — и я, и мать, и твои братья — вдруг возьмем и бросимся тебе в ноги!» Братья злились на Иосифа, но отцу его сон запомнился. Братья погнали отцовских овец на пастбище возле Шехема. Израиль сказал Иосифу: «Твои братья пасут овец под Шехемом. Надо сходить к ним». Иосиф ответил: «Уже иду». Отец говорит ему: «Да, ступай посмотри, как там братья, как стадо. Вернешься — расскажешь». Выслушав отца, Иосиф отправился в путь. Он пересек Хевронскую долину и появился в Шехеме. Там он бродил по пустому полю, пока какой‑то человек не остановил его и не спросил: «Ты что тут ищешь?» Иосиф ответил: «Где‑то здесь мои братья пасут скот. Ты не видел?» Тот сказал: «Здесь их уже нет. Я слышал, как они говорили: „Давайте пойдем в Дотан“». Иосиф пошел в Дотан, и верно — братья были там. Они увидели его еще издали и, пока он шел, сговорились его убить. Братья говорили друг другу: «Гляньте-ка, это же наш сновидец! Давайте убьем его и бросим в яму. Скажем, что он попался зверю. Заодно и узнаем, как сбываются его сны». И тут Рувим спас Иосифа. Он сказал: «Не надо убивать. Можно обойтись без крови. Бросьте его в сухой колодец — и убийства не будет». В мыслях у него было спасти Иосифа, пусть бы он вернулся к отцу. Когда Иосиф подошел к братьям, они сорвали с него цветную рубаху, А самого бросили в сухой колодец. Сели есть — и тут видят: измаильтяне ведут из Гилада в Египет караван верблюдов, груженых стираксовой смолой, бальзамом и ладаном. Иуда говорит: «Что с того, что мы убьем брата! А как скрыть нашу причастность к его смерти? Давайте продадим его измаильтянам — тогда не будет убийства. Все‑таки это наш брат, наша плоть и кровь». Братья послушались. Как раз мимо проходили мидьянские купцы. Братья вытащили Иосифа из ямы и продали его измаильтянам за двадцать шекелей серебра. И те увели Иосифа в Египет. Рувима при этом не было. Вернувшись, он увидел пустую яму и разорвал на себе одежды. Обращаясь к братьям, Рувим сказал: «Нет нашего мальчишки! Как же теперь я? Куда мне деваться?» Братья закололи козла и его кровью залили рубаху Иосифа. В таком виде они принесли рубаху отцу и говорят: «Вот что мы нашли. Посмотри — та ли это рубаха, что носил твой сын?» Отец узнал рубаху и закричал: «Та самая! Это его рубаха! Зверь загрыз моего сына, растерзал Иосифа!» Иаков разорвал на себе одежды, опоясался тряпкой из дерюги и целыми днями оплакивал сына. Все его сыновья и дочери пришли утешать его, но Иаков не хотел утешиться. Он сказал: «В слезах сойду к сыну моему в Шеол». И продолжал оплакивать сына. А мидьянитяне продали Иосифа Потифару, начальнику стражи при дворе египетского фараона.

В ту пору Иуда отделился от братьев и жил по соседству с адуламитом по имени Хира. Там Иуде приглянулась дочь Шуа-ханаанея. Иуда взял ее себе в жены и спал с ней. Она забеременела, родила сына и дала ему имя Эр. Она снова забеременела, родила второго сына и дала ему имя Онан. Потом в Кезиве жена Иуды родила еще одного сына и дала ему имя Шелах. Иуда женил своего первенца, Эра. Молодую жену звали Тамар. Эр, первенец Иуды, провинился перед Господом, и Господь лишил его жизни. Иуда сказал Онану: «Поступи как деверь. Живи со вдовой брата, продли ему потомство». Онан знал, что со вдовой брата у него не будет права считаться отцом, и, ложась с Тамар, изливал семя на землю. Все равно это было бы не его потомство. То, что он делал, было невыносимо Господу, и Он лишил жизни и его тоже. Тогда Иуда сказал своей невестке Тамар: «Ступай поживи у отца вдовой, пока не подрастет мой Шелах». Он думал: «А то как бы вслед за братьями не умер и Шелах». Так Тамар ушла жить к своему отцу. Прошло много времени. Умерла дочь Шуа-ханаанея, жена Иуды. Оплакав ее, Иуда со своим другом, Хиром-адуламитом, собрался в Тимну, где они обычно стригли овец. Когда Тамар сказали, что ее свекор собирается в Тимну стричь овец, Она сняла вдовье платье, накинула на себя платок, закрыла лицо и села у ворот Энаима, что по дороге на Тимну. Ее преследовала мысль, что Шелах вырос, а его женой она так и не стала. Иуда шел мимо, увидел, что она прячет лицо, и принял ее за продажную женщину. Он свернул к ней с дороги и сказал: «Идем, я лягу с тобой». Иуде было невдомек, что это его невестка. Тамар сказала: «Что ты мне дашь за то, что ляжешь со мной?» Он сказал: «Получишь от меня козленка из стада». Она сказала: «А пока нет козленка, какой будет залог?» Он спросил: «А какой бы ты хотела?» Она сказала: «Печать со шнурком и посох, который у тебя в руке». Иуда дал ей все это и лег с ней. И Тамар забеременела. Тамар вернулась домой, скинула платок и опять надела вдовье платье. Иуда хотел вернуть залог и послал друга-адуламита с козленком, но женщину тот не нашел. Он стал спрашивать у тамошних жителей: «Где блудница, что сидела здесь в Энаиме у дороги?» Ему отвечали: «Здесь не было никакой блудницы». Он вернулся и говорит Иуде: «Блудницу я не нашел, а тамошние жители говорят, что и не было никакой блудницы». Иуда сказал: «Пусть все остается у нее, а то выйдет на смех людям. А я… ну да, козленка я посылал. Кто знал, что ты ее не найдешь!» Спустя три месяца Иуде говорят: «Твоя невестка Тамар нагуляла ребенка». Иуда сказал: «Сжечь ее на костре!» Но когда ее вели, она успела сказать свекру: «Я беременна от того, чьи эти вещи». И прибавила: «Вот печать со шнурком и посох. Узнаешь?» Иуда узнал свои вещи и сказал: «Вся вина на мне. Я должен был отдать ее за моего сына Шелаха». Больше он к Тамар не притрагивался. Пришло время невестке рожать, и оказалось, что у нее близнецы. Сначала выпросталась ручонка. Повивальная бабка перевязала ручонку красной ниточкой и сказала: «Этот вышел первым». Но ручонка вдруг убралась, и вышел другой младенец. Тогда она сказала: «Вот как ты перескочил!» Отсюда он получил свое имя — Парец. Следом вышел его брат с красной ниточкой на ручонке. Этому дали имя Зерах.

Иосифа увели в Египет. У измаильтян, которые привели его туда, его купил начальник стражи при дворе египетского фараона египтянин Потифар. Господь был с Иосифом, и удача сопутствовала ему во всех делах. Он жил в доме хозяина. Потифар заметил, что Господь был с Иосифом. Господь помогал ему быстро выполнить любую работу, за какую ни возьмется. Египтянин был доволен, что у него появился такой слуга. Он сделал Иосифа управляющим в доме, передал в его руки все хозяйство. С того дня, как египтянин сделал Иосифа управляющим, Господь благословил дом египтянина. Господне благословение сказывалось на всей собственности египтянина в доме и на полях. Потифар передал Иосифу все свои дела и ни о чем, кроме как о застольях, больше не заботился. Иосиф был красив и статью, и лицом, И на нем стала задерживать взгляды жена Потифара. И вот она говорит Иосифу: «Ложись со мной». Но Иосиф отказался и говорит ей: «Хозяин этого дома не знает никаких забот. Все свои дела он передал мне. У нас с ним в этом доме одинаковая власть, и для меня нет никаких запретов, кроме одного — тебя, потому что ты его жена. Как же я могу совершить такое коварство, пойти против Бога?» Но она изо дня в день все повторяла свое. Иосиф не поддавался и на предложение лечь с ней не отвечал. Однажды, когда он по делам зашел в дом и никого из слуг рядом не было, Она схватила его за одежду и говорит: «Ложись со мной!» Но он вырвался и убежал. Одежда осталась у нее в руках. Сообразив, что держит в руках одежду Иосифа, а его самого след простыл, Она кликнула слуг и говорит: «Извольте видеть! Муж мой привел к нам еврея, а он глумится над нами: забрался ко мне, хотел переспать со мной. Я стала кричать. Он понял, что я зову слуг, бросил одежду и убежал». И она оставила у себя одежду Иосифа. Когда вернулся хозяин, Она повторила свой рассказ: «Раб еврей, которого ты привел, забрался ко мне, хотел надругаться. Я закричала, стала звать. Тогда он бросил у меня одежду и убежал». В конце она прибавила: «За кого же принимает меня твой раб!» Господин Иосифа был вне себя от ярости. Он велел взять Иосифа и посадить в особую тюрьму для узников царя. Так Иосиф оказался в тюрьме. Но Господь был с Иосифом, милостью его не оставил, даровал ему доверие начальника тюрьмы. Тот отдал в распоряжение Иосифа всех узников, и всеми делами в тюрьме стал заведовать один только Иосиф. Начальник тюрьмы во всем положился на Иосифа. С Иосифом был Господь. И все его дела Господь устраивал как нельзя лучше.

А потом произошли такие события. Придворный виночерпий и придворный пекарь египетского царя провинились перед своим владыкой. Гнев фараона на этих двух придворных — главного виночерпия и главного пекаря — был так велик, Что он велел начальнику стражи бросить их в тюрьму — в ту самую темницу при его доме, где содержался Иосиф. Начальник стражи приставил к ним Иосифа слугой. Время шло, тюремному заключению не было видно конца. Как‑то раз ночью в тюрьме виночерпию и пекарю приснились сны загадочного смысла. Каждому был свой сон. Утром Иосиф заметил, что они как будто не в себе, И он спрашивает фараоновых придворных, оказавшихся вместе с ним под стражей в доме его господина: «Что это у вас сегодня такие потерянные лица?» Они ответили: «Нам приснились сны, а истолковать их некому». Иосиф говорит им: «Толковать — умение от Бога. А что приснилось?» Главный виночерпий рассказал Иосифу свой сон: «Мне приснилась виноградная лоза. На лозе три ветви. Показались почки. Раскрылся цвет. Завязались и созрели грозди. У меня в руке кубок фараона. Я беру гроздь, выжимаю в кубок и подаю фараону». Иосиф говорит ему: «Вот тебе истолкование. Три ветви — это три дня. Через три дня ты снова будешь наверху. Фараон вернет тебе твою должность, и ты будешь подавать ему кубок по давнишнему обыкновению, когда был у него виночерпием. Только там, наверху, ты при случае вспомни, пожалуйста, что я здесь. Дай знать обо мне фараону. Вытащи меня отсюда. Меня насильно увели из страны евреев, да и здесь я ничего такого не сделал, за что нужно держать меня в тюрьме». Главному пекарю понравилось толкование, и он сказал: «А мне приснилось, что у меня на голове три пекарских корзины. В верхней корзине — свежая выпечка к столу фараона. И птицы надо мной клюют из этой корзины». Иосиф сказал: «Вот тебе истолкование. Три корзины — это три дня. Через три дня фараон снимет с тебя голову и окажется она высоко наверху. Птицы будут клевать ее на шесте». На третий день был день рождения фараона, и он задал пир для своих придворных. И на этом пире при дворе фараона главный виночерпий и главный пекарь оба оказались наверху. Главный виночерпий получил свою прежнюю должность и подал фараону кубок. А голова главного пекаря оказалась на шесте, как и предсказал Иосиф. Но главный виночерпий забыл про Иосифа, перестал думать о нем.

Прошло два года. Фараону приснился сон, будто стоит он над Нилом, А из Нила выходят семь ухоженных, сытых коров и пасутся на прибрежном лугу. Вслед за ними выходят из Нила на берег семь других коров, костлявых и тощих, и идут навстречу первым коровам. А дальше так: костлявые и тощие коровы съедают семь ухоженных, сытых коров. Фараон проснулся. Когда он снова уснул, ему приснился другой сон. На одном стебле поспели семь полновесных колосьев — зерно к зерну. Вслед за ними поспели семь пустых колосьев, убитых суховеем. И вдруг пустые колосья обгладывают семь цельных, полновесных колосьев. Фараон проснулся. Что он видел? Этот сон не давал ему покоя. С самого утра он начал созывать магов и мудрецов со всего Египта и рассказывать им сон. Но никто не мог истолковать фараону его сон. И тут главный виночерпий говорит: «Грех мне теперь не вспомнить об одном случае. Это было, когда фараон прогневался на своих рабов и заточил меня, а со мной и главного пекаря, в тюрьму в доме начальника стражи. Как‑то раз ночью нам обоим приснились там сны — каждому свой сон загадочного смысла. А был там еще молодой еврей, раб начальника стражи. Мы рассказали ему, что нам снилось, и он истолковал наши сны, объяснил нам, как понимать их смысл. И как он истолковал, так потом и вышло. Мне ты вернул должность, а пекарю снял голову». Фараон послал за Иосифом, и его спешно освободили. Иосиф побрился, переоделся и предстал перед фараоном. Фараон говорит Иосифу: «Мне приснился сон, и никто не может ничего в нем понять. А о тебе говорят, что ты разбираешься в снах, умеешь их толковать». Иосиф ответил: «Не я, Бог дает ответ на благо фараону». Фараон продолжал: «Мне приснилось, будто стою я над Нилом, А из Нила выходят семь ухоженных, сытых коров и пасутся на прибрежном лугу. Вслед за ними выходят семь других коров — тощих, костлявых, ужасно голодных. Нигде во всем Египте не приходилось мне видеть таких страшилищ. И вот эти костлявые, уродины съедают семь сытых коров. И нельзя было сказать по их бокам, что им была от этого польза. Они остались такими же тощими, как были. Тут я проснулся. Потом в другом сне мне приснилось, что на одном стебле поспели семь полновесных колосьев — зерно к зерну. Вслед за ними поспели семь пустых, мертвых колосьев, убитых суховеем. И вдруг пустые колосья обгладывают семь полновесных колосьев. Я рассказал этот сон магам, но они ничего в нем не поняли». Иосиф говорит фараону: «Здесь один сон, а не два. Бог дает знать фараону о своих замыслах. Семь ухоженных коров — это семь лет. Семь полновесных колосьев — тоже семь лет. Сны разные, а смысл один. Вслед за первыми вышли вторые — семь костлявых и тощих коров и семь пустых колосьев, убитых суховеем, — это семь последующих лет, семь лет голода. Так я сразу и сказал фараону: Бог дает знать фараону о своих замыслах. Начинаются семь лет обильных урожаев по всей египетской земле. За ними идут семь лет голода. Как мираж, исчезнет изобилие и голод опустошит землю. На земле не останется следа от прежнего изобилия. Наступит голод — голод нещадный. А что сон повторился фараону дважды — это о скором и непременном исполнении Божьих замыслов. И фараон правильно сделает, если отдаст страну под начало мудрого, предприимчивого человека, По всей стране назначит сборщиков податей и все семь лет изобилия будет взимать с полей пятую часть урожая. Пусть свозят хлеб в города и соберут в царские закрома семилетний запас продовольствия. Этого запаса хватит, чтобы народ прокормился, когда наступят семь лет голода». Фараону и его двору понравилась речь Иосифа. Фараон обратился к своим приближенным: «Этот человек не такой, как все. В нем дух Божий!» А Иосифу фараон сказал: «Бог открыл тебе свои тайны. Он дал тебе необыкновенную проницательность и мудрость. Даю тебе власть над всеми моими владениями, над всем моим народом. Твое слово — закон. Выше тебя здесь только я сам на моем престоле». В заключение фараон сказал: «Это значит, что я отдаю под твое начало весь Египет. Распоряжайся!» Фараон надел Иосифу на руку свой перстень с печаткой, одел его в тонкое полотно сановника и украсил ему шею золотым воротом. Он подарил ему колесницу второго лица в государстве, и когда раздавался крик «Аврех!», народ знал: едет Иосиф, правитель всего Египта. Так захотел фараон. Фараон сказал Иосифу: «Пока я фараон, ни одна живая душа в Египте не посмеет шага ступить без твоего ведома». Фараон велел теперь называть Иосифа Цафнат-Панеах и дал ему в жены Аснат, дочь Поти-Перы, жреца храма в Оне. Иосиф начал объезжать египетские поля. Иосифу было тридцать лет, когда он впервые предстал перед фараоном, египетским царем. Выйдя от него, он сразу начал объезжать египетские земли. Семь лет подряд египетская земля давала одинаково хороший урожай. Из года в год по приказу Иосифа свозили в города зерно. В каждый город поступал урожай с окрестных полей. Иосиф собрал зерна — как песка морского. Он потерял счет поставкам и перестал подводить итог. Еще до наступления голодных лет у Иосифа родились от Аснат, дочери жреца в Оне, два сына. Первенца Иосиф назвал Манассия. И сказал: «Бог дал мне забыть о моих горестях и об отчем доме». Другого он назвал Ефрем. И сказал: «Бог дал мне сыновей в земле моих горестей». Семь урожайных лет в Египте истекли. Наступили семь лет голода, как и предсказал Иосиф. Голод охватил все земли, но Египет пока держался. Наконец голод перекинулся и в Египет. Народ возопил к фараону: дай нам хлеба! Фараон отвечал: «Ступайте к Иосифу. Он скажет, что нужно делать». Голод был уже повсюду. Иосиф открыл житницы и начал продавать зерно голодающим египтянам. В Египет к Иосифу приходили за зерном из многих стран. Не было такого места на земле, где бы не свирепствовал голод.

Иаков узнал, что в Египте есть зерно, и сказал своим сыновьям: «Так и будете смотреть друг на друга? Говорят, в Египте есть зерно. Отправляйтесь туда и купите зерна, а не то мы все перемрем с голоду». И десять братьев Иосифа отправились в Египет за зерном. Вениамина, родного брата Иосифа, Иаков с ними не пустил, решил, что так будет спокойнее. Сыновья Израиля пришли за зерном не одни: голодал весь Ханаан. Вся власть в Египте была в руках Иосифа и он сам распоряжался продажей зерна. Пришли братья и поклонились ему земным поклоном. Иосиф узнал братьев, но не подал вида и, как чужой, с недоверием в голосе спрашивает их: «Откуда вы пришли?» Братья отвечали: «Из Ханаана, за зерном». Он‑то братьев узнал, а они его нет. Иосиф вспомнил свои сны про них и говорит: «Вы лазутчики. Хотите пронюхать, как к нам подобраться». Они отвечали: «Нет, господин. Мы, твои рабы, здесь как раз только за зерном. Мы своему отцу родные дети, а между собой — братья. Мы люди честные. Нам, твоим рабам, ни к чему быть лазутчиками». Иосиф сказал: «Э, нет. Вы пришли пронюхать, как к нам подобраться». Они отвечают: «Нас, твоих рабов, двенадцать братьев у родного отца. Он сейчас с младшим братом в Ханаане. Был еще один брат, только он пропал». Иосиф сказал: «Что я говорил! Лазутчики и есть. Ладно, мы это проверим. Именем фараона — останетесь тут, пока не придет ваш младший брат. Пусть один из вас сходит за братом, а остальных пока под стражу. Посмотрим, есть ли в ваших рассказах правда. Если нет, именем фараона, так и останется: лазутчики!» И он на три дня запер братьев в тюрьме. На третий день Иосиф говорит им: «Сделаете, как скажу, — останетесь живы. Хвалите Бога за то, что я Его боюсь. Но докажите, что вы честные люди. Пусть один из вас остается в тюрьме, а остальные берите зерно и возвращайтесь к своим голодающим семьям. Буду ждать вас обратно с младшим братом. Приведете его — поверю вам, и никто не умрет». Братья не смели возражать, А между собой повели такой разговор: «Это нам возмездие за брата. Мы видели, как он страдал, как плакал, и отвернулись от его слез. Теперь мы расплачиваемся за его страдания». А Рувим сказал: «Ведь я говорил вам: не губите мальчишку! Вы не хотели слушать. Теперь мы ответим за его кровь». Им было невдомек, что Иосиф понимает их язык без переводчика. Иосиф отошел в сторону, утер слезу, вернулся и возобновил разговор. Он кивнул на Симеона и велел тут же при братьях связать его. Потом он распорядился выдать им зерно, каждому положить обратно в мешок его серебро и дать еды на дорогу. Все это было сделано. Братья погрузили зерно на ослов и ушли. Устраиваясь на ночлег, один из них развязал мешок, чтобы задать корм ослу, и видит: сверху лежит серебро. Он закричал: «Вернулось серебро! Серебро опять у меня в мешке!» У братьев со страху упало сердце, и они спрашивают друг у друга: «Что же это делает с нами Бог?» Братья вернулись в Ханаан к Иакову, отцу своему, и стали рассказывать: «Человек, у которого под началом вся тамошняя земля, отнесся к нам с подозрением, принял нас за лазутчиков. Мы говорим ему: «Мы — люди честные и лазутчиками никогда не были. Нас двенадцать братьев, все до одного — сыновья нашего родного отца. Один из нас пропал, а младший остался с отцом в Ханаане.» А он отвечает: «Хочу проверить вашу честность. Оставьте у меня одного из вас, а сами берите зерно и возвращайтесь к своим голодающим семьям. Буду ждать вас обратно с младшим братом. Приведете его — буду знать, что вы не лазутчики, а честные люди. Верну вам вашего брата и позволю вести у нас торговлю»». Развязали мешки. У каждого в мешке оказался узелок с серебром. Братья увидели в узелках серебро, увидел отец. Всех охватил ужас. Иаков сказал: «Вы у меня уже которого отнимаете! Иосифа нет, Симеона нет. Хотите отнять Вениамина. Мало мне этих бед!» Рувим сказал отцу: «Убей обоих моих сыновей, если я не верну тебе Вениамина. Поручи это мне. Я приведу его обратно». Иаков сказал: «Нет, не пойдет с вами мой сын. Брат его мертв. Вениамин один у меня остался. А ну как случится по дороге беда! Горе мне! Сведете вы меня, седого старика, в Шеол».

Голод не отступал. Съеден был последний мешок зерна, привезенного из Египта, И отец сказал сыновьям: «Привезите еще зерна. Хоть самую малость». Иуда говорит: «Человек нам прямо сказал: „Без брата не показывайтесь на глаза.» Отпустишь с нами брата — привезем тебе зерна. Не отпустишь — незачем и ходить. Это не в шутку было сказано: «Без брата не показывайтесь на глаза.» Израиль сказал: «Зачем вы навлекли на меня беду? Зачем надо было говорить, что у вас есть еще один брат?» Они отвечали: «Тот человек долго расспрашивал о нас самих, о наших родных: жив ли отец, есть ли еще братья? Он спрашивал, мы отвечали, только и всего. Кто мог подумать, что ему понадобится брат?» А Иуда сказал своему отцу Израилю: «Отпусти мальчика со мной. Нужно идти. Пойдем — выживем, а не пойдем — перемрем и мы сами, и все наши дети. А за его жизнь я ручаюсь головой. Спросишь с меня. Если не приведу и не передам его тебе из рук в руки, буду виновен перед тобой до конца моих дней. Не тяни мы так, могли бы уже дважды обернуться». Израиль говорит им: «Ладно, давайте к делу. Чем славится наша земля? Бальзамом, медом, стираксовой смолой, ладаном, фисташками, миндалем. С этим и отправляйтесь, отвезите это вашему человеку в дар. Возьмите с собой серебра вдвое против прежнего. А серебро, найденное в мешках, верните. Это, скорее всего, недосмотр. Возьмите с собой брата и ступайте опять к вашему человеку. Бог Крепкий да поможет вам обрести eго милость и вернуться домой с Симеоном и Вениамином. А если суждено мне терять сыновей, то так тому и быть». Братья навязали узлов с дарами, с серебром (серебра взяли вдвое против прежнего) и пошли в Египет. Вместе с Вениамином они предстали перед Иосифом. Иосиф видит, что братья пришли с Вениамином, и говорит дворецкому: «Отведи гостей в дом. Забей животное и приготовь нам обед. В полдень сядем за стол». Все было сделано, как он сказал. Дворецкий повел братьев в дом. По дороге братья Иосифа высказали друг другу свои опасения: «Это из-за серебра, которое положили нам тогда назад в мешки. Сейчас приведут нас, схватят и сделают нас рабами, а наших ослов — себе». У порога они остановили дворецкого И говорят: «Прости нас, господин! Мы уже один раз приходили сюда за зерном, А на обратном пути, располагаясь на ночлег, нашли сверху в мешках опять наше серебро — все нам вернулось. Серебро мы привезли назад, А заплатить хотим новым серебром. Кто положил нам тогда серебро обратно в мешки, мы не знаем». Дворецкий сказал: «Насчет этого не беспокойтесь. Это ваш Бог, Бог вашего отца, положил вам в мешки дорогой подарок. А я ваше серебро в тот раз получил». И он вывел к ним Симеона. Заведя братьев в дом, он принес им воды вымыть ноги и задал корм их ослам. В полдень, к приходу Иосифа, братья приготовили дары. О предстоящем угощении они уже знали. Вернулся домой Иосиф. Братья разложили дары и поклонились ему земным поклоном. Иосиф расспросил их о том о сем и сказал: «Как там ваш почтенный отец, о котором вы мне говорили? Жив ли он?» Они отвечали: «Твой раб, наш отец, жив и здоров». Отвечали опять с глубоким поклоном. Иосиф взглянул на Вениамина, своего родного брата, и спросил: «Это и есть ваш младший брат, о котором вы мне рассказывали?» И говорит ему: «Да будет с тобой Божья милость, сынок!» Встреча с дорогим братом так взволновала Иосифа, что он не мог сдержать слез, выбежал в соседнюю комнату и расплакался за дверью. Наконец он взял себя в руки, утер слезы, вышел к ним опять и приказал слугам: «Несите обед». За обедом всем подавали отдельно: Иосифу, братьям, египтянам. Египтяне не едят вместе с евреями — в Египте это мерзость. Братьев рассадили по возрасту: от старшего к младшему. Им оставалось только удивленно переглядываться. Первым кушанья пробовал Иосиф, после него ели гости. Вениамину подносили впятеро больше других. Было выпито много вина, как на празднике.

Иосиф приказал дворецкому: «Насыпь им зерна, сколько смогут унести. Каждому в мешок положи сверху обратно его серебро. А мой серебряный кубок, ты знаешь какой, сунь в мешок младшему брату вместе с его серебром». Дворецкий сделал, как сказал Иосиф. На рассвете братьев проводили, и они ушли с вьюками на ослах. Едва они вышли за окраину города, как Иосиф говорит управляющему: «Скорей за ними! Догони и скажи им: «Вот как вы расплачиваетесь за добро! Где серебряный кубок? Мой господин не просто пьет из него, он на нем гадает. Xороших дел вы наделали!»» Управляющий догнал братьев и все это сказал. Они отвечали: «Зачем ты, господин наш, так говоришь? Мы, твои рабы, никогда ничего такого не делали. Мы по своей воле вернулись обратно из Ханаана и отдали серебро, которое оказалось в наших мешках. Зачем же нам красть золото-серебро у твоего господина? Давай так. У кого из нас, твоих рабов, найдешь кубок, тому смерть, а остальных — в рабство». Дворецкий сказал: «Хорошо. Будь по-вашему. У кого найду, тот раб. Невиновных отпущу». Братья сбросили вьюки на землю и каждый развязал свой мешок. Дворецкий начал со старшего брата и в конце дошел до младшего. Кубок был у Вениамина. Братья с горя разорвали на себе одежды, погрузили вьюки на ослов и вернулись в город. Иуда и его братья пошли обратно к Иосифу. Хозяин был дома. Братья бросились ему в ноги. Иосиф сказал: «Как вы могли это сделать? Вы же знаете мои способности, знаете, что гадание мне все покажет!» Иуда говорит: «Что мы можем сказать тебе, наш господин? Какие слова изобрести? Как оправдаться? Бог уличил нас в обмане. Мы все готовы быть твоими рабами: и тот, у кого нашелся кубок, и мы, его братья». Но Иосиф возразил: «Нет, не так. У кого нашелся кубок, тот будет у меня раб. А вы все с миром возвращайтесь к отцу». Тогда Иуда подходит к Иосифу и говорит: «Господин мой! Расскажу тебе все как есть. Не прогневайся на меня, твоего раба. Ты нам все равно что фараон. Ты спрашивал нас, твоих рабов, об отце, о братьях. И мы отвечали тебе, наш господин, что отец наш жив, что он стар, что у него есть поздний сын, наш младший брат. Что он души в нем не чает. Что был еще один брат, только он умер. Теперь этот остался у матери один. Ты сказал нам, твоим рабам: «Приведите его ко мне. Хочу его видеть.» Мы отвечали тебе, наш господин, что он не может уйти, оставить отца одного. Отец не перенесет этого. Но ты нам, твоим рабам, сказал: «Без брата не показывайтесь мне на глаза.» Мы пришли к твоему рабу, отцу нашему, и передали ему твои слова. И когда потом наш отец сказал: «Привезите еще зерна. Хоть самую малость,» — Мы отвечали: «Если пойдем за зерном, то только с младшим братом. Нам без него нельзя показываться на глаза тому человеку»». Тогда твой раб, наш отец, сказал: «Жена родила мне двух сыновей. Вы знаете, кого. Один из них пропал. Я думаю, его не иначе как зверь задрал. С тех пор я его не видел. А теперь вы еще и этого отнимаете. А ну как случится беда! Горе мне! Сведете вы меня, седого старика, в Шеол.» Как же я приду к твоему рабу, нашему отцу, без его души, его сына! Он этого не перенесет. Увидит, что его нет с нами, и умрет. Твой раб, седой старик, наш отец, с горя сойдет в Шеол. И вина за это ляжет на нас, твоих рабов! Я, твой раб, взялся отвечать за него перед отцом. Я сказал отцу: «Если не приведу его обратно домой, буду виновен перед тобой до конца моих дней.» Позволь мне, твоему рабу, остаться у тебя рабом вместо него. Пусть он уходит с братьями. Я не могу вернуться домой без брата и видеть горе отца!»

Иосиф стоял в окружении прислуги. У него больше не было сил крепиться, и он крикнул: «Выйдите все!» Прислуга вышла, и тогда он открыл братьям свою тайну. В доме все слышали, как рыдал Иосиф. От египтян слух пошел дальше и достиг двора фараона. Иосиф сказал: «Я Иосиф. Как поживает отец?» Братья онемели от неожиданности. Иосиф говорит: «Подойдите». Братья подошли. Он повторил: «Я — Иосиф, ваш брат, которого вы продали в Египет. Не казнитесь и не вините себя ни в чем. Бог послал меня сюда для того, чтобы вы смогли выжить. Голод разоряет эту землю уже два года. Еще пять лет не будет ни пахоты, ни жатвы. Бог послал меня сюда первым, чтобы, ради сохранения вашего рода в многочисленных потомках, не дать вам исчезнуть с лица земли. Не вы это сделали — Бог. Он послал меня сюда, чтобы я стал отцом фараону, главой его державы, правителем всей египетской земли. Скорей идите к отцу, скажите ему: «Так говорит твой сын Иосиф: Бог сделал меня правителем всего Египта. Приходи. Не медли. Устраивайся рядом со мной, в земле Гошен, вместе с сыновьями и внуками, вместе со своими стадами и всем своим обиходом. Обеспечу тебя всем необходимым. Голод продлится еще пять лет, но я не дам пропасть ни тебе, ни твоей семье, ни твоему хозяйству». Нет, братья! Нет, Вениамин, брат мой! Ваши глаза вас не обманывают. Это я говорю с вами — я! Расскажите отцу, каких высот я достиг в Египте. Расскажите ему все, что вы здесь видели. И скорее ведите его сюда». Иосиф обнял Вениамина и заплакал. В слезах обнимал его и Вениамин. Потом Иосиф расцеловал братьев. Он обнимал их и плакал. К братьям вернулся дар речи. Двор фараона обсуждал новость: к Иосифу пришли братья. И сам фараон, и весь его двор разделяли радость Иосифа. Фараон говорит Иосифу: «Скажи братьям: грузите вьюки на ослов и отправляйтесь в Ханаан. Скажи им: приведите сюда отца и свои семьи. Здесь вам будут предоставлены все привилегии. Пользуйтесь! И еще скажи: из Египта захватите с собой повозки для женщин и детей. И привезите отца. Перебирайтесь сюда все. Не сможете взять с собой всего — не беда. В Египте вам будет предоставлено все что нужно, все лучшее». Сыновья Израиля все это сделали. Иосиф выделил им повозки, как велел фараон, и дал еды на дорогу. Каждому подарил по обновке. Вениамину дал триста шекелей серебра и пять обновок. А отцу послал десять ослов, навьюченных лучшими египетскими товарами, и десять ослиц с хлебом, зерном и провизией на дорогу. На прощанье Иосиф сказал братьям: «Отправляйтесь со спокойной душой». Братья вернулись из Египта к отцу в Ханаан. Пришли и говорят: «Иосиф жив. Он теперь заправляет всем Египтом». Иаков схватился за сердце. Ему и верилось и не верилось. Тогда они пересказали ему весь свой разговор с Иосифом и подвели его к повозкам, которые прислал для переезда Иосиф. И Иаков, отец их, сразу повеселел. Израиль сказал: «Хорошо. Я все понял. Жив мой сын Иосиф! Пойду к нему. Хочу повидаться с ним перед смертью».

Израиль снялся со всем своим хозяйством и отправился в путь. Он добрался до Беэр-Шевы и там принес жертву Богу своего отца Исаака. Ночью Бог явился Израилю и стал его звать: «Иаков! Иаков!» Иаков ответил: «Да». Бог сказал: «Я Бог, Бог твоего отца. Иди в Египет, не бойся. Там Я произведу от тебя великий народ. Я сам пойду с тобой в Египет и Я сам выведу тебя оттуда. Иосиф своей рукой закроет тебе глаза». На повозках, присланных фараоном, Иаков отправился из Беэр73 Шевы дальше. На эти повозки сыновья Израиля усадили своего отца Иакова, своих детей и жен. Братья взяли с собой все свои стада и все добро, нажитое в Ханаане. И вот весь клан во главе с Иаковом прибыл в Египет. Иаков привел с собой всех своих сыновей и внуков, всех своих дочерей и внучек. Вся большая семья Иакова пришла с ним в Египет. Имена сыновей Израиля, переселившихся в Египет. Иаков и его сыновья. Рувим. Это его первенец. Сыновья Рувима: Ханох, Паллу, Хецрон и Карми. Сыновья Симеона: Емуэл, Ямин, Охад, Яхин, Цохар и Шаул, сын ханаанеянки. Сыновья Левия: Гершон, Кехат и Мерари. Сыновья Иуды: Эр, Онан, Шелах, Парец и Зарах. Эр и Онан умерли еще в Ханаане. А это сыновья Пареца: Хецрон и Хамул. Сыновья Иссахара: Тола и Пувва, Йов и Шимрон. Сыновья Завулона: Серед, Элон и Яхлэл. Это сыновья Иакова от Лии: они родились в Паддан-Араме. Там же родилась и его дочь Дина. Вместе с ней их тридцать три человека. Сыновья Гада: Цифион, Хагги, Шуни, Эцбон, Эри, Ароди и Арели. Сыновья Асира: Имна, Ишва, Ишви и Бриа. Серах — это их сестра. Сыновья Брии: Хевер и Малкиэл. Это потомки Иакова от Зелфы, Лииной служанки, подаренной ей Лаваном, ее отцом. Их шестнадцать. Сыновья Иакова от Рахили: Иосиф и Вениамин. Аснат, дочь Поти-Пера, жреца в Оне, родила Иосифу в Египте сыновей Манассию и Ефрема. Сыновья Вениамина: Бела, Бехер, Ашбел, Гера, Нааман, Эхи, Рош, Муппим, Хуппим и Ард. Это потомки Иакова от Рахили. Их четырнадцать. Сын Дана: Хушим. Сыновья Неффалима: Яхцэл, Гуни, Ецер и Шиллем. Это потомки Иакова от Валлы, Рахилиной служанки, подаренной ей Лаваном, ее отцом. Их семеро. Все эти, не считая невесток, прямые потомки Иакова пришли вместе с ним в Египет. Их шестьдесят шесть. Сыновей Иосифа, родившихся в Египте, — двое. Всего в роду Иакова, приведенном им в Египет, — семьдесят человек. Иаков послал Иуду вперед, чтобы узнать у Иосифа, по какой дороге идти в Гошен. Встреча произошла в Гошене. Иосиф бросился к Израилю с колесницы, обнял отца и расплакался. Израиль сказал Иосифу: «Вижу, что ты жив. Теперь мне можно и умереть». А Иосиф сказал братьям и всем, кто прибыл с ними: «Пойду извещу фараона, что ко мне из Ханаана пришли братья и весь мой род во главе с отцом. Скажу ему: эти люди — пастухи и скотоводы. Все их добро у них с собой: овцы, коровы, домашний скарб. А вас фараон может спросить: «Чем вы занимаетесь?» Отвечайте: «Мы, твои рабы, сколько помним себя, всегда были пастухами, как и наши отцы». Так вы скорее получите землю Гошен. В Египте овчар — мерзость».

Иосиф пришел к фараону и говорит: «Из Ханаана прибыли мой отец и братья. С ними весь их скарб, весь скот, все их стада. Сейчас они в земле Гошен». С Иосифом было пять братьев. Он представил их фараону. Фараон спрашивает у них: «Чем вы занимаетесь?» Братья отвечали: «Мы, твои рабы, — пастухи, как и наши отцы». И стали рассказывать: «Мы переселенцы. Нам, твоим рабам, негде пасти скот. В Ханаане лютый голод. Позволь нам, твоим рабам, поселиться в земле Гошен». Фараон сказал Иосифу: «Отдай им Гошен. Среди них, как видно, есть хорошие пастухи — пусть смотрят за моими стадами». Еще только когда Иаков с сыновьями пришел к Иосифу в Египет, фараон, узнав об этом, говорил Иосифу: «Так, значит, к тебе пришли отец и братья. Весь Египет в твоем распоряжении. Выдели им хорошие угодья». Иосиф представил фараону своего отца Иакова. Иаков благословил фараона. Фараон говорит ему: «Знать, тебе много лет?» Иаков ответил: «Сто тридцать лет прожил я на свете. Коротки и безрадостны были эти годы. Куда большим протяжением жизни славились мои праотцы». Иаков благословил фараона и удалился. Иосиф, как и пожелал фараон, хорошо устроил отца и братьев, наделил их землей в области Раамсес, где лучшие угодья в Египте. И отца, и братьев — весь отцовский род — Иосиф снабжал зерном по потребностям каждой семьи. Хлеба не было нигде, ни в одной стране. Жестокий голод терзал все народы. С голоду умирали Египет и Ханаан. Все серебро Египта и Ханаана перешло к Иосифу в обмен на зерно и хранилось у фараона. Египет и Ханаан исчерпали свое серебро. Египтяне пришли к Иосифу и говорят: «Дай нам зерна, а то мы умрем прямо у тебя на глазах. Серебро закончилось». Иосиф сказал: «Пригоняйте скот. Раз нет серебра, буду принимать скот». Люди стали пригонять к Иосифу скот, и он давал им зерно в обмен на их лошадей, овец, коров и ослов. Целый год он снабжал их зерном в обмен на стада. Миновал этот год. На другой год египтяне приходят к Иосифу и говорят: «Наша совесть чиста, господин наш. Мы все как есть тебе отдали — и серебро, и скот. У нас ничего не осталось, кроме наших собственных скелетов и нашей земли. Но не умирать же нам у тебя на глазах! Вот мы сами и вот наша земля. Бери нас в обмен на зерно. Делай нас, вместе с нашей землей, рабами фараона. Только дай нам семян, чтобы не умереть нам с голоду и не забросить землю». Иосиф скупил для фараона всю египетскую землю. Голод так измучил египтян, что они продали все. Вся земля перешла к фараону. Рабами фараона были теперь все египтяне. Весь Египет, от края до края, стал страной фараоновых рабов. Иосиф не смог скупить землю только у жрецов. Фараон выделил им пособие, и они обходились этим пособием, землю не продавали. Иосиф сказал египтянам: «Я купил вас самих. Я купил ваши поля. Я это сделал для фараона. Берите семена и засевайте землю. Пятую часть урожая будете отдавать фараону, а четыре пятых оставлять себе на семена и пропитание детям и домочадцам». Египтяне отвечали: «Ты спас нам жизнь! Ты — наш милостивый господин, а мы — рабы фараона». Так Иосиф учредил закон египетской земли: пятая часть урожая — фараону. Этот закон действует и поныне. Свои поля остались только у жрецов. Израиль обживался в земле Гошен, где был его родовой надел. В Египте семьи быстро выросли, род стал мночисленным. Семнадцать лет прожил Иаков в Египте. Ему было теперь сто сорок семь лет. Пришла пора Израилю умирать. Он позвал Иосифа и сказал: «Сделай милость, просунь руку мне под мошонку и обещай исполнить сыновний долг. Не хорони меня в Египте. Хочу лечь там, где лежат мои предки. Увези меня из Египта и похорони в нашей усыпальнице рядом с ними». Иосиф обещал: «Раз ты велишь — сделаю». Иаков попросил: «Поклянись!» Иосиф поклялся, и Израиль склонил голову на своей постели.

Иосиф навещал больного отца и привел с собой сыновей Манассию и Ефрема. Иакову говорят: «К тебе твой сын, Иосиф». Израиль собрался с силами и приподнялся на постели. Он сказал Иосифу: «Давно еще Бог Крепкий явился мне в Ханаане, в Лузе это было, и благословил меня. Он сказал мне тогда: «От тебя пойдут потомки. Их будет много. Сделаю их собранием народов. Эту землю навечно отдам им во владение.» Двух твоих сыновей, Манассию и Ефрема, родившихся в Египте до моего прихода, я усыновляю. Теперь они мне такие же сыновья, как Рувим и Симеон. Сыновья, родившиеся у тебя после них, так и останутся твоими, хотя в правах наследования они будут на равных со своими братьями. В Ханаане, недалеко от Эфраты, на обратном пути из Паддана умерла моя Рахиль. Там я и похоронил ее. Да, там — у дороги на Эфрату. Сейчас это Вифлеем». Израиль взглянул на сыновей Иосифа и спрашивает: «Кто это?» Иосиф ответил: «Мои сыновья. Бог даровал. Оба здесь родились». Иаков сказал: «Подведи сыновей поближе. Хочу благословить». От старости Израиль плохо видел. Иосиф подвел к нему сыновей. Израиль расцеловал их, обнял И говорит Иосифу: «Я тебя самого уже не чаял увидеть, а вот Бог дал мне порадоваться и на твоих детей». Иосиф снял сыновей с колен Иакова и поклонился ему земным поклоном. Потом поставил Ефрема справа от себя — по левую руку Израиля, а Манассию слева — по правую руку Израиля, и подвел их к отцу. Но Израиль сделал все наоборот: правую руку положил на голову Ефрема, младшего, а левую — на голову Манассии, старшего. И произнес благословение: «Бог моих отцов, Авраама и Исаака, прошедших с Ним, с Богом, по жизни! Бог и Пастух мой с первых дней и доныне! Ангел мой, избавитель от всяческой пагубы, благословит подростков и закрепит за ними имя моего рода, рода моих отцов — Авраама и Исаака. Они положат начало многочисленному потомству на земле». Иосиф подумал, что отец ошибся и держит правую руку не на той голове. Он взял руку отца и хотел переложить ее с Ефрема на Манассию. И говорит отцу: «Не так, отец! Старший — вот этот. Сюда давай правую руку». Но отец возразил: «Я знаю, сынок. Знаю. И этот положит начало великому народу. Но младший превзойдет его, и его потомки будут целым собранием племен». И вот что сказал новым своим сыновьям Израиль, благословляя их в тот день: «Вы — благосло77 вение Израиля. Будут говорить: „С Божьей помощью живи, как Ефрем и Манассия!» Так он поменял местами Ефрема и Манассию. Потом Израиль сказал Иосифу: «Я скоро умру. Но Бог будет с вами. Он вернет вас в землю ваших отцов. Ты — выше братьев. В согласии с этим я передаю тебе все, что отнято у амореев силой меча и стрел».

Иаков созвал сыновей и сказал: «Станьте вокруг: я хочу сказать вам, что ждет вас в будущем. Подойдите и слушайте, сыновья Иакова! Слушайте, что скажет вам ваш отец Израиль! Первенец мой, Рувим! Сама мощь, напористость! Прекрасный сын, носитель отцовской славы и доблести. Но нет тебе первенства! Ты, как паводок, неудержим. Ты взобрался на постель своего отца, осквернил отцовское ложе. Ты это сделал! Непощада — оружие братьев Симеона и Левия. То, что они творят, не укладывается в голове. Ум не хочет понимать их резоны. В ярости убивали они врагов. В исступлении рушили стены крепости. Проклята их лютая злоба, их неистовая жестокость! Раскидаю их среди сыновей Иакова, рассею среди потомков Израиля. Иуда! От братьев будет тебе высокая честь. Твоя рука сдавит шею врага. Сыновья твоего отца склонят перед тобой головы. Молодой лев Иуда! С охоты вернулся сын мой. Лег, улегся. Да, лев, царь зверей! Кто посмеет его потревожить? Иуда не выпустит из своих рук жезл правителя — посох, соразмерный шагу владыки. Придет время — и отдастся ему долг: покорность народов. К виноградной лозе он привязывает осленка. Молодого осла привязывает к лозе красного винограда. Вином он заливает свою одежду, кровью гроздьев — свой плащ. Темнее вина его очи. Зубы — молока белее. Завулон будет жить на морском берегу. У него корабельная гавань и территория до Сидона. Иссахар разлегся: развьючили выносливого осла. Он чувствует, что ему хорошо, что землю он любит, и он подставляет спину под ношу: привычен подневольный труд. Дан — во главе своего народа, одного из племен Израиля. Дан — змея на тропе, аспид с обочины. Укусит коня в ногу — навзничь опрокинется всадник. (Господь, сохрани! На Тебя вся надежда). Гад отбивает налет бандитов, грабежом отвечает на их грабеж. Обильны склады Асира. С его складов на стол поступает царское угощение. Неффалим — лань на приволье. С ней детеныши — один прекрасней другого. Иосиф — лоза плодовитая, лоза плодовитая у колодца. В ее ветвях утонула стена. Ополчились на него враги, наседают. Метят в него стрелами лучники. Но туго натянут его лук, рука не сорвется. Поможет Крепкий, Бог Иакова, и Его имя — Пастух, щит Израиля. Бог твоего отца да поможет тебе! Крепкий да благословит тебя — благословением небесных высот, благословением земных глубин, благословением сосцов и утробы! Благословение отца сродни покою древних горных вершин, отраде вечных холмов. Да снизойдет оно на голову Иосифа, на макушку избранника среди братьев! Вениамин — что хищный волк. Утром он зубы вонзает в жертву, вечером добычу рвет на куски». Это двенадцать племен Израиля. Это слово их отца, его благословение. Каждому племени — свое благословение. Иаков сказал сыновьям: «Ухожу к праотцам. Похороните меня с моими предками в пещере, что на поле Эфрона-хетта. Эту пещеру в Ханаане на поле Махпелы, что напротив Мамре, Авраам купил у Эфрона-хетта вместе с полем и устроил там усыпальницу. Там покоится Авраам со своей женой Саррой. Там покоится Исаак со своей женой Ревеккой. Там я похоронил Лию. Это поле и пещера на поле куплены у хеттов». Так закончил Иаков свое завещание сыновьям. Он убрал ноги на постель и умер, отошел к праотцам.

Иосиф припал к телу отца и, роняя слезы, целовал дорогое лицо. Врачам из прислуги он велел набальзамировать тело Израиля. Сорок дней трудились врачи (столько дней уходит на бальзамирование). Семьдесят дней оплакивали усопшего египтяне. Завершились дни плача, и Иосиф говорит людям фараонова двора: «Сделайте милость, передайте фараону мою просьбу. Отец взял с меня клятву. Умирая, он просил похоронить его в Ханаане. Там он приготовил себе усыпальницу. Я похороню отца и вернусь. Прошу мне позволить». Фараон ответил: «Иди и похорони отца, как поклялся». Иосиф отправился хоронить отца. Вместе с ним пошел весь двор фараона, пошли все сановники, вся египетская знать. Пошла семья Иосифа, пошли семьи братьев, все, кто принадлежал к роду их отца. В земле Гошен остались только дети и стада. Колесницы, всадники, толпы народа двигались сплошным потоком. Дойдя до Горен-Атада, что за Иорданом, подняли великий горестный плач. Семь дней продолжался траур по отцу Иосифа. Жители Горен-Атада ханаанеи смотрели на скорбящих и говорили: «Безутешен плач у египтян». Отсюда пошло название этого места за Иорданом: Авел-Мицраим — Плач Египтян. Сыновья сделали, как просил отец. Они привезли усопшего в Ханаан и похоронили на поле Махпелы, что напротив Мамре, в пещере, купленной Авраамом вместе с полем у Эфрона-хетта для устройства усыпальницы. Иосиф похоронил отца и вернулся в Египет. Вернулись его братья и все, кто шел из Египта к месту погребения. После смерти отца братьям Иосифа вдруг подумалось: «Что если Иосиф припомнит нам старое, начнет мстить за все то зло, которое от нас претерпел?» И они передали Иосифу такое послание: «Отец перед смертью завещал нам Просить тебя, чтобы ты простил братьям их вину, их грех, все то зло, которое они тебе причинили. Отпусти рабам Бога отца твоего их преступление». Иосиф плакал, когда ему излагали просьбу братьев. Пришли и поклонились земным поклоном и сами братья. Они сказали: «Вот мы — принимай своих рабов!» Иосиф ответил: «Перестаньте. Не Бог перед вами. Бог расставил события на свой лад, и зло, замышляемое против меня, обернулось добром. Подумайте, сколько народу это спасло! Не бойтесь. Я по-прежнему буду заботиться о вас и о ваших детях». Братья поверили Иосифу и забыли о своих опасениях. Иосиф остался жить в Египте. Но теперь с ним уже был весь его род. А прожил он сто десять лет. Ему довелось увидеть детей Ефрема до третьего поколения и он успел подержать на коленях даже малых ребят Махира, сына Манассии. Иосиф сказал братьям: «Я скоро умру. Бог не забудет вас, выведет отсюда в другую землю, ту самую, которую обещал Аврааму, Исааку и Иакову. Бог вспомнит о своем обещании, а когда вспомнит, заберите с собой из Египта мои кости». И он взял с сынов Израилевых клятву это сделать. Иосиф умер в возрасте ста десяти лет. Тело его набальзамировали и положили в гроб там же, в Египте.