те, кто меня моложе,
чьих отцов я и близко не пускал
даже к псам при моих стадах.
если их мощь оскудела?
высохшую землю они гложут
в гиблой пустыне, во тьме;
корни ракитника — их пища;
провожают их криком, как воров.
в норах земляных, среди камней;
ютятся всем скопом в бурьяне —
изгнанный отовсюду!
у них вошел в поговорку!
плюются, меня завидя.
вот и сбросили они узду передо мной.
они меня с ног сбивают,
прокладывают путь свой мне на погибель,
беду они мне готовят —
и никто их не остановит!
как ураган налетают.
и почет развеяло, как ветром,
благоденствие, как облако, уплыло;
дни несчастий меня настигли;
боль меня гложет неусыпно.
хватают за ворот рубахи;
стал я как прах и пепел.
стою перед Тобою — а Ты и не взглянешь;
Твоя мощная рука мне враждебна;
завертел меня в смерче —
в тот дом, что назначен всем живущим!
когда гибнет он, о помощи взывая?!
я ль о бедняках не печалился?
ждал я света, а дождался тьмы:
дни несчастий идут мне навстречу,
среди собрания о помощи взываю;
страусам теперь я друг.
жар иссушает кости,
и свирель, словно плакальщица, стонет.