Бессильны жители их, в замешательстве они и в смятении, уподобились траве полевой, зелени, траве, что растет на крышах[6] и засыхает прежде, чем даст колос.
Бессильны жители их, в замешательстве они и в смятении, уподобились траве полевой, зелени, траве, что растет на крышах и засыхает прежде, чем даст колос.