9:1−27 Даниил повествует о полученном им откровении. Откровение следует за молитвой пророка, в которой тот исповедал грех народа Божиего, признал справедливость опустошения Иерусалима и просил милости Божией ради восстановления города и храма.
9:1 В первый год Дария, сына Ассуирова. См. ком. к 5:30−31 и 6:1. Слово «Ассуир» следует, скорее всего, рассматривать не в качестве имени собственного, как один из титулов царя. Первый год Дария соответствует 539 г. до Р.Х.
9:2 семьдесят лет исполнятся над опустошением Иерусалима. Относительно того, что считать началом и концом этого семидесятилетнего периода, и следует ли выражение «семьдесят лет» понимать как обозначение срока человеческой жизни или видеть в нем указание на определенный период, мнения специалистов расходятся. Одни предполагают, что данный период начинается с 586 г. до Р.Х. (с год разрушения Иерусалима Навуходоносором) и длится до завершения восстановления храма Зоровавелем в 516 г. (Езд 6:13−18). Другие начинают его отсчет от того года, когда сам Даниил был уведен в плен (605 г. до Р.Х., см. ком. к 1:1); в таком случае очевидно, что Даниил осознавал близость окончания семидесятилетнего срока.
9:4−19 В молитве Даниила воплотилось понимание им заветных отношений между Богом и Его народом, предусматривающих благословение за послушание и наказание за отступничество (ст. 5, 7, 11, 12, 14; Лев 26:14−45; Втор 28:15−68; Втор 30:1−5). Сходная молитва приводится в Неем, гл. 9. Данный отрывок делится на четыре части: обращение (ст. 4), исповедание греха (ст. 5−11), признание того, что Бог справедливо покарал беззаконие Своего народа (ст. 11−14), просьба к Богу быть милостивым к Израилю ради имени, царства и воли Его (ст. 15−19). Проникнутая духом раскаяния и смирения (ст. 3), молитва Даниила служит образцом того, какой должна быть всякая молитва.
9:24−27 Однозначной интерпретации данного фрагмента не существует. В понимании его значения различаются два подхода: символический и фактический. Сторонники символического подхода видят в выражении «семь седмин» указание на обусловленное заветом (Лев 26:21, 24, 28) усемерение семидесятилетнего период наказания (ст. 2). Данный подход имеет общие черты с апокрифической Книгой Юбилеев, в которой вся мировая история делится на эпохи продолжительностью 490 лет. В рамках фактического подхода, в свою очередь, существуют три различных мнения. Критики-рационалисты полагают, что все здесь сказанное относится ко времени Антиоха IV Епифана (См. Введение: Трудности истолкования). Библейские толкователи делятся на две группы: одни связывают это место с Первым пришествием Христа и событиями, непосредственно за ним последовавшими (т.н. «позиция Первого пришествия»), другие — как с Первым, так и со Вторым Его пришествиями («позиция Второго пришествия»).
9:24 Семьдесят седмин. Большинство специалистов сходится во мнении, что «семидесяти седминам» соответствует период в 490 лет (см. ком. к 9:24−27), разделенный на три отрезка: в сорок девять лет («семь седмин», ст. 25), четыреста тридцать четыре года («шестьдесят две седмины», ст. 26) и семь лет («одна седмина», ст. 27). Толкователи расходятся в вопросе о том, следуют ли эти отрезки непосредственно друг за другом или между ними есть временные интервалы.
9:25 как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима. Древнееврейское слово, переведенное в данном случае как «повеление», может обозначать либо «приказ», либо просто «слово». Эта двусмысленность и породила возможность двоякого понимания того, когда именно начался период в «семьдесят седмин». Некоторые толкователи («версия А») соотносят его начало с повелением Артаксеркса I, сделанным на седьмом году его царствования, т.е. в 457 г. до Р.Х. (Езд 7:12−26). Через сорок девять лет после этого события (в 408 г. до Р.Х.) было завершено восстановление Иерусалима и окружающих его стен (ст. 25). Другие («версия Б») считают, что срок в «семьдесят седмин» следует отсчитывать от того времени, когда Иеремия предсказал (т.е. соотносятся с его «словом») восстановление Иерусалима (Иер 31:38; Иер 32:15, 37, 44), что это имело место в 587 г. до Р.Х., а сорок девять лет спустя, в 538 г. до Р.Х., Кир позволил евреям (во исполнение пророчества) вернуться в Палестину.
до Христа. Букв.: «пока не придет Мессия (Помазанник)». Сторонники первой из отмеченных в предыдущем пункте комментария точек зрения считают, что слово «Помазанник» относится ко Христу. Прибавляя к «семи седминам» (сорока девяти годам) «шестьдесят две седмины» (четыреста тридцать четыре года), они начинают отсчет от 457 г. до Р.Х. и в результате получается 27 г. по Р.Х., т.е. год начала общественного служения Христа. Пользуясь тем же методом, можно рассматривать «семь седмин» и «шестьдесят две седмины» как непрерывный период времени протяженностью в четыреста восемьдесят три года, и при этом начинать отсчет с повеления Артаксеркса I не в седьмой год его царствования, в двадцатый, т.е. 444 г. до Р.Х. (Неем 2:1). Принимая продолжительность года за 360 дней, можно таким образом получить предсказание точной даты распятия Христа — 33 г. по Р.Х. (хотя относительно самой этой даты единодушного мнения до сих пор нет). Те же, кто придерживается второй точки зрения (см. предыдущий пункт комментария), в «Помазаннике» видят Кира (прямо названного помазанником Божиим в Ис 45:1). В соответствии с такой точкой зрения предполагается, что «семь седмин» (сорок девять лет) — это период, отделяющий повеление Кира (538 г. до Р.Х.) от разрушения Иерусалима в 586 г. до Р.Х., а «шестьдесят две седмины» — (четыреста тридцать четыре года) — срок, в течение которого должен отстраиваться Иерусалим (срок этот помещают между 538 г. до Р.Х. и 70 г. по Р.Х., когда город был разрушен Титом). Последней интерпретацией допускается возможность временного разрыва между двумя периодами.
9:26 по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос. Букв.: «Помазанник». Данные слова служат указанием на распятие Христа («версия А»). Если же придерживаться «версии В» (см. ком. к 9:25), то в ст. 25 под словом «Помазанник» следует понимать Кира, а в ст. 26 — Христа.
народом вождя. В большинстве своем евангельские (консервативные) интерпретаторы считают, что «народ вождя, который придет» — это воины Тита, разрушившие Иерусалим в 70 г. по Р.Х. Но в то же время отдельные сторонники «позиции Второго пришествия» (см. ком. к 9:24−27) утверждают, что, хотя завоеватели — действительно армия Тита, в «вожде, который придет» следует видеть антихриста.
9:27 утвердит завет для многих одна седмина. Сторонники «позиции Первого пришествия» (см. ком. к 9:24−27) видят в этих словах указание на земное служение Христа. Те же, кому ближе «позиция Второго пришествия», полагают, что между событиями, предсказываемыми в ст. 26 и ст. 27, пролегает некоторый промежуток времени, и рассматривают данные слова как предсказание соглашения, которое будет заключено антихристом с воссоединившимся в своих землях Израилем на семилетний период «великой скорби» (12:1; Мф 24:21; Откр 7:14).
в половине седмины прекратится жертва и приношение. Сторонники «позиции Первого пришествия» (см. ком. к 9:24−27) считают, что данные слова относятся к искупительной жертве Христа, которая положит конец иудейской системе жертвоприношений. Согласно же «позиции Второго пришествия», здесь имеется в виду прекращение евреями, по воле антихриста, «жертв и приношений» (под этим выражением, возможно, надо понимать всю вообще религиозную практику) через три с половиной года (Откр 11:2; Откр 12:6, 14) после начала периода «великой скорби».
на крыле святилища будет мерзость запустения. Согласно «позиции Первого пришествия» (см. ком. к 9:24−27), имеется в виду разрушение Иерусалима в 70 г. по Р.Х. Сторонники «позиции Второго пришествия» понимают эти слова как относящиеся к катастрофе, в которую повергнет Иерусалим антихрист. Выражение «мерзость запустения» и близкие к нему по смыслу встречаются также в 8:13; 11:31; 12:11 и 1Мак 1:54. Из контекста 8:13 и 1Мак 1:54 очевидно, что там эти слова связываются с деятельностью Антиоха IV Епифана. Христос упоминает о «мерзости запустения» в Мф 24:15 и Мк 13:14.
