5. Повторное призвание Иоанна (10:1−11)
Иоанн описал шесть труб. И снова делает паузу. Не такую короткую, как после четвертой трубы в 8:13, а большую паузу, как после шестой печати в главе 7. Эта пауза охватывает две главы — 10 и 11. Как вставка в 8:3−5 соединяет печати и трубы, показывая, что трубы звучат как ответ на молитву душ под жертвенником о мести (6:9−10), так вставка 10:1−11:13, находясь между шестой и седьмой трубами, еще раз развернуто объясняет главную причину трубных судов над неверующими: они гонят церковь. Кроме того, она упоминает зверя, выходящего из бездны (11:7), тем самым готовя нас ко второй части Откровения, начинающейся с главы 12.
В главе 10 Бог призывает Иоанна к пророческому служению.
Иоанн уже был призван (1:10−11; 4:1). Зачем же вновь призывать его? Дело в том, что проповедовать суды Божьи не просто. Иоанна тяготит и сама весть о суровых судах, и неверие людей, не желающих раскаиваться в поклонении «бесам и идолам» (9:20). Он нуждается в повторном призвании, чтобы продолжать говорить о трубах, чашах, войне зверя со святыми и т. д.
Видение ангела (10:1−3)
Не ясно, является ли ангел самим Иисусом Христом. По крайней мере, он наделен некоторыми чертами Христа. «Облечен облаком» (10:1) — символ Божьей славы; «над головою его была радуга» (10:1) — символ верности Бога Своему завету о сохранности творения и отсылка к Сидящему на престоле в 4:3; «лицо его как солнце, и ноги его как столпы огненные» (10:1) — напоминает описание Христа в 1:15−16; «поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю» (10:2) — власть над всем миром; «воскликнул громким голосом» (10:3) — напоминает голос Христа в 1:10, 15; «воскликнул… как рыкает лев» (10:3) — лев из колена Иудина в 5:5.
Если этот ангел и не сам Иисус Христос (так как Христос не называется ангелом в Откровении), то он как минимум представляет Христа. В повторном призвании Иоанну важно вновь увидеть источник своих пророчеств. Он не сам их придумал Он не прочитал о них в каких-то иудейских апокалиптических книгах. Сам Мессия, который есть Бог, дал ему слово для церкви и мира.
Как мы можем нести Евангелие в этот мир?! Люди упрямы. У них медные лбы. Никакие доводы и страдания не заставят их свернуть с пути безбожия, самовлюбленности, гедонизма и идолопоклонства.
Кроме того, как мы смеем навязывать свою веру другим? У них своя вера. Или они выбрали вообще не верить. У атеистов есть право быть атеистами! Почему мы считаем, что они должны верить, как мы? Неужели мы настолько высокомерны? Блестящий фильм Мартина Скорсезе «Молчание» — не о подвиге христианских миссионеров и даже не об их отступничестве, а о бессмысленности и вреде миссионерской деятельности как таковой. Не надо было вообще нести европейскую религию, христианство, в Японию, говорит Скорсезе! И говорит с огромной художественной силой! Как мы можем противостоять такому давлению?
Вахтер — самый важный человек в здании. Он действует по приказу директора, по инструкции, он не придумывает свои правила. Мимо него нельзя пройти. Его невозможно уговорить. Он знает, что за ним — авторитет и власть директора, поэтому он требует соблюдения правил.
Иоанн — вахтер, мы — вахтеры. Слова о Христе — не наши слова. Вера в Троицу, смерть и воскресение Мессии — не наша философская система. Мы призваны быть свидетелями Бога, того, что Бог совершил для людей в Иисусе Христе. Только понимание источника нашей проповеди оправдывает ее, дает нам право и силы убеждать людей верить так, как верим мы.
Семь громов (10:3−7)
После львиного рыка ангела, похожего на Христа, проговорили семь громов. Иоанн бросился было записывать услышанное, но его остановил голос с неба. Почему Иоанну сказано не писать о том, что он услышал? Возможно, ответ в клятве ангела: он пообещал, что времени, то есть промедления, больше не будет (10:6) и что совершится тайна Божья (10:7). Возможно, Иоанн слышал, что могло бы произойти, но не произойдет, потому что Господь сократил время — время скорби для верующих и время снисхождения к неверующим. Ведь следующая, седьмая труба (как и седьмая печать) — это возвращение Христа и последний суд, конец земной истории.
Наше свидетельство имеет смысл, так как конец истории наступит. Плоды нашего свидетельства станут явными: мы увидим, кто уверовал, а кто — нет. Мы увидим, что наши старания были не напрасны. Невозможно заниматься делом, у которого нет конца. Но конец, завершение будет. Поэтому Иоанн должен собраться с силами и продолжать.
Маленькая книга (10:8−11)
10:8−11 Примерно за 600 лет до рождения Христа молодой еврей Иез 2−3 попал в плен к вавилонянам Он прожил на чужой земле 5 лет, и с ним начали происходить странные вещи. Однажды он увидел руку со свитком и услышал голос, который приказал ему съесть свиток. Он съел, но ощутил не вкус пергамента или кожи, а вкус сладкого меда.
Этим молодым евреем был Иезекииль. Бог призвал его быть пророком среди пленных израильтян. Иезекииль съел свиток, так как должен был принять и усвоить слово Бога. Поэтому он почувствовал сладость от свитка — ведь он содержал Божье слово (Иез 2−3).
Обратите внимание на слово «опять» — «тебе надлежит опять пророчествовать» (10:11). С одной стороны, Иоанн должен продолжать свое служение. Опять говорить то, что он уже говорил. С другой стороны, он не случайно съел маленькую книгу (10:10). Он повторил действие Иезекииля. «Опять» — значит продолжить дело Иезекииля, в какой-то мере повторить его непростую судьбу. Иоанн ощутил не только сладость от съеденной книги, но и горечь: «Она в устах моих была сладка, как мед; когда же съел ее, то горько стало во чреве моем» (10:10). Бог дал ему понять, что, несмотря на все его старания, люди не станут слушать его и далеко не все уверуют в Христа. Гонения на церковь продолжатся, а идолопоклонники погибнут от гнева Агнца. Вот поэтому Иоанну и нужна была пауза, чтобы собраться с силами и продолжать свое пророческое служение.
