кто и спать ложится с мыслью о злодействе!
Совершить его поутру спешат они,
ведь это в их силах!
Глянется им поле чужое — приберут его к рукам,
понравится им дом какой — присвоят и его;
заберут не только дом, но и его хозяина,[1]
лишат всех, кто жил там, их удела наследного.
Потому так говорит ГОСПОДЬ: «Знайте это:
замыслил Я бедствие для рода сего —
ярмо надену, какого вам с себя не снять,
и про спесь забудете —
злое то будет время!
Тогда насмехаться над вами будут,
жалобно завывать
и причитать станут, издеваясь:
„Мы вконец разорены:
передал ГОСПОДЬ наследие народа моего
в чужие руки!
Как вернется ко мне оно?
Между врагами[2] поделены поля наши“».
И уж не будет тогда никого у тебя
во всей общине ГОСПОДНЕЙ,
кто землю отвел бы тебе по жребию.
«Хватит тебе пророчить! —
говорят мне их пророки. —
Даже и не упоминай об этом!
Не падет позор на наши головы!»
О дом Иакова, как могут они говорить такое?!
Может ли иссякнуть терпенье ГОСПОДНЕ?
Так ли Он поступает?
Он Сам говорит:
«Мои слова во благо тем,
кто ступает прямо.
Но народ Мой восстал, будто враг,
и на кого же — на своих бедняков!
Вы и плащ, и рубашку готовы сорвать
со всякого прохожего,
который о ссоре с вами даже не помышляет.[3]
Вдов[4] народа Моего
из жилищ им столь отрадных изгоняете;
детей обездоливаете, наследства их лишая.[5]
Ступайте отсюда прочь!
Не ждет вас покой на этом месте:
здесь всё осквернено и полностью разложилось.
Ведь приди сюда пустослов какой-нибудь,
ветреник, и начни говорить:
„О пользе вина и напитков хмельных
проповедовать буду“ —
вот какого проповедника желал бы этот народ!
Соберу Я, соберу всех вас, потомки Иакова!
Непременно возвращу весь остаток Израиля!
И тогда будете у Меня все вместе, как овцы в овчарне,[6]
как отара посреди пастбища —
неисчислимы вы будете вновь.[7]
Всесокрушающий пойдет перед ними,
из плена вырвутся они и чрез врата на свободу выйдут.
Перед ними их Царь пойдет, во главе их — ГОСПОДЬ!»
