Краткое содержание. Поскольку грустное и бедственное положение Церкви, возникшее с начала вавилонского плена, могло бы ввергнуть в уныние благочестивых, Дух Святой обещает здесь ее чудесное и почти невероятное восстановление, внушая мысль, что нет ничего желаннее, чем быть в числе ее детей.
1. Сынов Кореевых. Псалом. Песнь. 2. Основание его на горах святых. Господь любит врата Сиона более всех селений Иакова. 3. Славное возвещается о тебе, град Божий!
[Сынов Кореевых. Псалом. Песнь. 1. Основание его на горах святых. 2. Иегова любит врата Сиона более всех скиний Иакова. 3. Славное возвестили о тебе, град Божий. Селах.]
Коль скоро дети мира сего живут хорошо, мы видим, как нравится им их положение и как величественно превозносят они его, надменно презирая Церковь Божию. Даже злоключения не укрощают их и не заставляют отказаться от подобного пьяного самоупования. Нечестивые спокойно презирают религию и богопочитание, поскольку, довольствуясь усладами, богатством и почестями, кажутся себе счастливыми даже без Бога. Да и Господь довольно часто насыщает их многообразными благами, собираясь в будущем справедливо покарать за неблагодарность, а Свою Церковь подвергает всяческим тяготам или, по крайней мере, держит в безвестности и унижении так, что она могла бы показаться себе несчастной и презренной. Поэтому, чтобы верующих не обманывала подобна мишура, было полезно напомнить им, что дела обстоят совсем не так, дабы они уверились в истинности слов Пс 33:12 [в Синодальном переводе Пс 32:12 — Прим. пер.]: блажен народ, которому Господь есть Бог. Итог же разбираемого нами псалма таков: над всеми царствами и сообществами мира сего возвышается одна лишь Церковь, поскольку Бог заботится о ее спасении и управляет ею Своей властью.
Во-первых, эта Церковь пребывает невредимой, несмотря на все ураганы и бури, порою сотрясающие землю. Во-вторых, — и это главное — чудесным образом сохраненная опекой Божией, эта Церковь, в конце концов, пройдя через множество сражений, достигнет венца своего небесного призвания. И то, что среди падающих и разрушающихся царств мира Бог распространяет Свою Церковь из века в век, защищая ее от погибели, дабы она одна оставалась вечной на этой земле, представляет собой Его особое благодеяние. Но, коль скоро часто, в то время как неверующие богаты, процветают и полны сил, Церковь несчастна, подвергается многим опасностям и бессчетное число раз почти готова испытать крушение, счастье ее прежде всего следует видеть в том, что на небесах ей уготована вечная обитель. Кроме того, пониманию этого псалма нам немало помогают обстоятельства времени, в которое он был написан.
И действительно, хотя народ тогда уже вернулся из вавилонского плена, Церковь вновь собралась в единое тело после долгого рассеяния, возникли храм и жертвенник, и восстановилось богопочитание, все же, поскольку из великого множества людей осталось лишь их небольшое количество, Церковь продолжала влачить жалкое и неприметное существование. Ведь оставшийся в ней народ ежедневно терзали враги, новый храм сильно уступал древнему в блеске и великолепии, и у верующих едва ли был повод надеяться на лучшее. Казалось, что они никогда не смогут вернуться в то состояние, от которого некогда отпали. Поэтому существовала опасность: как бы, помня о прежних поражениях и видя настоящие злоключения, благочестивые не изнемогли под их грузом и, в конце концов, не впали в отчаяние. Господь же, дабы их не сломили тяготы и невзгоды, не только обещает в этом псалме, что они вернут утраченное, но и воздвигает их к надежде на небесную славу. Как говорит пророчество Аггея (Агг 2:10): слава второго храма будет больше славы первого. Так что нам остается лишь применить сказанное в этом псалме к самим себе и суметь извлечь из этого пользу. Ведь содержащееся в нем утешение значило для благочестивых той эпохи столь много, что они не только не падали под грузом скорбей, но и как бы воспаряли из могилы на небо.
Так и сегодня, зная, что все предсказанное Духом Святым исполнилось, мы были бы весьма неблагодарными, если бы опыт отцов, добавленный к Слову Божию, еще больше не укрепил нас в вере. Ибо нельзя выразить словами, сколь великолепно украсило и обогатило Церковь пришествие Христово. В самом деле, истинная религия, прежде запертая в тесных пределах Иудеи, разлилась тогда по всему миру. Бога, прежде познанного лишь одним народом, стали призывать на языках всех народов. Мир, прежде разделенный на бесчисленные заблуждающиеся и суеверные секты, собрался в единстве святой веры. Народы, прежде шарахавшиеся от иудеев, стремительно влились в их сообщество. Кроме того, цари и народы земли добровольно покорились тогда Христу, волки и львы обратились в агнцев, на верующих излились дары Святого Духа, превосходящие любую мирскую славу, красоту и богатство, тело Церкви чудесным образом собралось и восстановилось из жителей дальних стран, а Евангелие с невероятным успехом за короткое время распространилось по всему миру. Поэтому, даже если бы пророчество и не воспело будущее превосходство Церкви, ее очевидное и несравненное возвышение в том золотом веке ясно показало, что она — истинное Царство Божие.
Впрочем, в осмыслении величия Церкви верующим и тогда следовало подниматься над плотским разумом. Ведь во время своего наивысшего процветания она блистала не бархатом, золотом или жемчугом, а пролитой кровью мучеников. Богатая Духом она, тем не менее, была нищей и лишенной земных благ, славная и известная для Бога и ангелов своей святостью, она вызывала презрение у мира. Извне на Церковь нападали открытые враги, жестоко свирепствуя или строя против нее хитроумные козни, а изнутри ее терзали разные страхи и заговоры. Поэтому крест Христов даже тогда скрывал хоть и досточтимое, но все же только духовное великолепие Церкви. Значит, содержащееся в этом псалме утешение было вполне своевременным и в ту далекую эпоху, коль скоро могло воодушевить верующих к надежде на лучшее.
Наше же положение совершенно иное. По вине наших отцов вышло так, что прежде блистательная и благовидная Церковь лежит теперь под ногами нечестивцев обезображенной и покрытой струпьями. И сегодня из-за наших грехов она плачевным образом опустошена, стеная от насмешек дьявола и мира, от жестокости тиранов, от гнусной клеветы ее врагов. Ведь стремящиеся к благополучию дети века сего больше всего на свете желают числиться в народе Божием. Но тогда, для нас становится еще очевиднее как польза этого псалма, так и необходимость его постоянного осмысления. Что же касается надписания этого сочинения, то оно указывает не столько на его авторов, сколько на руководителей учрежденного для его пения хора. Хотя также возможно, что этот псалом составил какой-то происходивший из упомянутого семейства левит.
1) Основание его на горах святых. Поскольку местоимение стоит здесь в мужском роде, на мой взгляд, ошибаются толкователи, относящие сказанное к Иерусалиму, словно именно он назван основанным на упомянутых святых горах. Известно мне и то, как защищают это мнение некоторые ученые мужи. Они говорят, что, даже если речь идет о столице, все равно в тексте подразумевается слово «народ». Но, сколь натянуто это толкование, думаю, понимают все. Некоторые евреи считают, что первая фраза вероятнее всего относится к самому псалму, иносказательно понимая слово «основание» как тему, состоящую, по их мнению, в том, что пророк рассуждает здесь о построенном в горах святом граде Иерусалиме. Но мне удивительно, как они могли ошибиться в столь легком вопросе. В самом деле, коль скоро для евреев вполне привычно ставить относительное местоимение без предшествующего слова, эта фраза не должна казаться нам грубой и туманной. Ведь несколько ниже упоминается имя Божие. А, как мы знаем, Писание везде провозглашает, что город Иерусалим основал Бог.
Под горами же некоторые понимают горы Мориа и Сион (представляющие собой две вершины одной возвышенности), но это толкование также натянуто. Скорее, коль скоро местность, на которой стоял город, была гористой, пророк имел в виду множество соседних, окружавших Иерусалим гор. Ведь и в другом месте мы также прочтем: Иерусалим, горы в окрестности его, Пс 125:2 [в Синодальном переводе Пс 124:2 — Прим. пер.]. Поэтому простой и подлинный смысл сказанного таков: Бог решил основать Свой город на святых горах. Ведь немного ниже идет фраза: Сам Всевышний укрепит его. Конечно же, Бог — основатель и всех остальных городов, но ни о каком другом городе не говорится: это — покой Мой вовек, здесь буду жить, ибо Я избрал его, Пс 132:14 [в Синодальном переводе Пс 131:14 — Прим. пер.]. Так что нам никогда не стоит забывать о следующем различии: в то время как другие города Бог основал лишь ради внешнего общественного порядка, Иерусалим Он сделал Своим особым святилищем и царским престолом. И в том же самом смысле об этом городе говорит пророк Исаия (Ис 14:32). Больше того, несмотря на то что Богом была освящена также вся Иудея, все же сказано, что Он, отвергнув прочие города, избрал для царствования именно Иерусалим. Ведь здесь идет речь не о земном устроении общества, а о духовном правлении, коль скоро тогда в мире нигде больше не было процветавших в Иерусалиме истинной религии и законного богопочитания.
И это сказано во второй части стиха: Господь любит врата Сиона более всех скиний Иакова. Отсюда мы узнаём, что все превосходство святого града проистекало от незаслуженного избрания Божия в соответствии со словами Пс 78:60 [в Синодальном переводе Пс 77:60 — Прим. пер.]: Бог отверг Силом, колено Ефремово, скинию Иосифа, дабы жить на горе Сион, которую возлюбил. Значит, пророк говорит здесь о причине, по которой Бог предпочел одно место другому, и видит эту причину не в достоинстве самого места, а в благодатной Божией любви. Поэтому, если спрашивается, почему Иерусалим столь знаменит, достаточно коротко ответить: потому что так восхотел Бог. Именно такой и была причина любви, которую к этому городу испытывал Бог. Цель же ее заключалась в том, чтобы определить конкретное место, в котором до пришествия Христова процветала бы лелеявшая единство веры истинная религия, и из которого она потом распространилась бы по всему миру. Таким образом, славу Иерусалима пророк видит в том, что Зодчим и Правителем Его был Сам Иегова. Кроме того, он приписывает благодати Божией все, чем этот город выделялся по сравнению с другими местами. Что же касается слов пророка, в которых он вместо Иерусалима упоминает о Сионе, а вместо города — о его вратах, то в них присутствует двойная синекдоха.
3) Славное возвестили... Дословно сказано: то, что говорится о тебе, воистину, славно. Здесь надо принять во внимание цель пророка или, скорее, то, что имел в виду Дух Божий, говоривший его устами. Поскольку народ подвергался тогда унижению и презрению, на него со всех сторон нападали враги, лишь немногие были в силах бороться с трудностями, ежедневно случалось что-то новое и неожиданное, и имелась опасность того, что дела, постепенно ухудшаясь, в конце концов, расстроятся полностью, — поскольку все это было так, едва ли стоило надеяться хоть на какое-то восстановление святого града. Поэтому, чтобы верующие не впали в отчаяние, им дается надежная опора, состоящая в том, что Господь возвестил о будущем Иерусалима нечто совершенно иное.
Нет сомнения, что благочестивых отвлекают здесь от текущего положения дел и отсылают к обетованиям, дававшим надежду на грядущую, почти невероятную, славу. Поэтому, хотя дела шли тогда безрадостно и уныло, пророк велит детям Божиим подняться на Его Слово, как на смотровую башню, и, стоя на ней, терпеливо ждать исполнения обещанного. Таким образом, он увещевает верующих, во-первых, внимать древним пророчествам и помнить о них (особенно о том, что написано у Исаии, начиная с 40-й главы и до конца книги), а, во-вторых, слушать рабов Божиих, проповедовавших тогда о Царстве Христовом, откуда следует, что правильное мнение о счастье Церкви можно составить, лишь опираясь на Слово Божие.
4. Упомяну знающим меня о Рааве и Вавилоне; вот Филистимляне и Тир с Ефиопиею, — скажут: «такой-то родился там». 5. О Сионе же будут говорить: «такой-то и такой-то муж родился в нем, и Сам Всевышний укрепил его». 6. Господь в переписи народов напишет: «такой-то родился там».
[4. Упомяну среди знающих меня о Рааве и Вавилоне; вот филистимляне и Тир с Эфиопиею, этот родился там. 5. И о Сионе будут говорить: тот муж и этот муж родился в нем, и Сам Всевышний укрепит его. 6. Господь упомянет, переписывая народы, этот родился там. Селах.]
4) Упомяну... Существительное «Раав» во многих других местах Писания обозначает Египет. И этот смысл вполне подходит настоящему отрывку. Ведь пророк намеревался писать здесь о еще сокрытом будущем величии Церкви. Он говорит, что люди, прежде бывшие заклятыми врагами и совершенно друг другу чужими, не только станут близкими друзьями, но и привьются к одному телу, чтобы числиться гражданами Иерусалима. В первой части стиха пророк возглашает: упомяну о Египте и Вавилоне среди моих домочадцев, — а во второй добавляет: филистимляне, жители Тира и эфиопы, прежде враждовавшие с народом Божиим, теперь станут единодушны с ним настолько, словно всегда вместе с ним жили. И то, что в Церковь отовсюду будут стекаться те, кто раньше ее презирал, что прежде желавшие ее погибели теперь сочтут за великую честь числиться ее гражданами и добровольно отрекутся от прежней родины, которой до этого гордились, подчеркивает воистину великое достоинство Церкви Божией. Итак, где бы ни рождались люди, в Палестине ли, в Эфиопии или Тире, они признают себя жителями этого святого града.
Евреи же толкуют этот отрывок так, словно из других народов придет лишь небольшое количество людей, выделяющихся умом и добродетелями, а в Израиле таких будет великое множество. Едва ли, — говорят евреи, — среди жителей Тира, египтян, эфиопов, и всех прочих будут жить достойные похвалы люди. И если таковые появятся, их можно будет чуть ли не пересчитать по пальцам из-за их малочисленности. Но в Сионе родится и тот, и этот муж, то есть — огромное множество благочестивых. Так думают евреи. А что касается христиан, то они единодушно относят сказанное ко Христу и думают, что здесь указана причина, по которой к гражданам Иерусалима причтутся бывшие чужаки и неприятели. Это произойдет потому, что в Иерусалиме родится Христос, Чье служение — собрать рассеянные прежде народы, словно члены растерзанного тела, в единстве веры и надежды на вечную жизнь.
Так вот, первое иудейское толкование, будучи слишком натянутым, не нуждается в опровержении. Кроме того, вполне понятно, что иудеи как бы намеренно искажают этот отрывок лишь по своему глупому тщеславию. То же, что думают о сказанном христиане, хотя, на первый взгляд, и кажется умным из-за своей утонченности, все же не имеет под собой ничего основательного. Ведь пророк говорит совершенно ясно: к каким бы племенам ни принадлежали люди, они охотно отрекутся от своей родины, чтобы причислиться к избранному народу. А слово «рожденные» означает у него не туземцев, а граждан. Идущую же затем фразу «Всевышний укрепит его» также можно перевести: «Всевышний обустроит его», — коль скоро Бог управляет Церковью особым образом через Собственное Слово.
5) И о Сионе будут говорить... Пророк продолжает развивать свою мысль о том, что новые граждане придут в Церковь Божию из разных концов земли. Хотя здесь он пользуется иной метафорой: чужеземцы причислятся к священному народу так, словно сами происходят от отца-Авраама. В предыдущем стихе пророк говорил: халдеи и египтяне придут к домочадцам Церкви; эфиопы, палестинцы и жители Тира назовут себя ее детьми. Теперь же он ради подтверждения сказанного добавляет, что эти новые чада будут весьма многочисленны, что город, ранее временно опустевший, а потом наполовину пустой, теперь наполнится огромным множеством людей. И то, о чем здесь говорится лишь вкратце, Исаия (Ис 54:1) описывает весьма подробно и красочно: хвали, бесплодная, нерождавшая, ибо у покинутой будет больше детей, чем у замужней; раскинь шатер свой, простри межи, утверди колья... А также: дети твои придут издалека, подними глаза свои и посмотри вокруг, все они соберутся к тебе. В главе же 44, стих 5, у Исаии встречается выражение, тождественное содержащемуся в этом псалме или, по крайней мере, на него похожее: один скажет: я Господен, — другой позовет именем Израиля; один напишет рукою своею: я Господен, — другой назовется именем Израиля.
И пророк не без причины употребляет здесь глагол «родился», указывая, что египтяне, халдеи и прочие народы станут детьми Божиими. Ведь, хотя по природе они и не относились к Сиону, а привились к святому телу Церкви путем усыновления, все же, поскольку само вступление в Церковь представляет собой новое рождение, выражение пророка надо признать вполне уместным. В самом деле, Христос обручает Себе верующих с тем условием, чтобы они, забыв свой народ и дом отца своего, Пс 45:11 [в Синодальном переводе Пс 44:11 — Прим. пер.], и возродившись от нетленного семени новыми тварями, стали детьми как Бога, так и Церкви (Гал 4:19), коль скоро именно ее служением и никак иначе мы возрождаемся к небесной жизни. Между тем следует помнить о различии, которое провел апостол Павел между земным Иерусалимом, рабой, рождающей для рабства, и вышним городом, рождающим подлинных детей через Евангелие.
Во второй же части стиха говорится о длительности будущего процветания. Ведь часто бывает так, что чем быстрее возвышается тот или иной город, тем короче его благополучие. И чтобы никто не подумал, будто счастье Церкви столь же непрочно, пророк утверждает, что незыблемость его происходит от Господа. Он как бы говорит: неудивительно, если прочие города шатаются и кренятся, ведь они мятутся вместе с миром и не имеют вечных стражей. А с новым Иерусалимом дело обстоит по-другому: его устойчивость основана на силе Божией и не прейдет, даже если небо упадет на землю.
6) Господь упомянет... По словам пророка, имя Сиона станет знаменитым настолько, что все люди страстно возжелают числиться его гражданами. Значит, здесь идет речь о какой-то весьма почетной судьбе. Пророк как бы говорит: когда Бог произведет перепись народов, которых удостоит наивысшей чести, Он припишет их не к Вавилону и другим городам, а именно к Сиону. Ведь быть плебеем среди граждан Сиона почетнее, чем первенствовать где-либо еще. Одновременно пророк учит, по какой причине чужаки удостоятся такой чести: они обретут ее по благодеянию Божию. Действительно, бывшие рабы сатаны и греха никогда не смогли бы достичь вышнего града своими силами. И только Господь, расставляющий народы по рангу, как Ему угодно (коль скоро положение их всех, на самом деле, одинаково), отличает одних людей от других. Перепись же, о которой упоминает пророк, относится к призванию. Ведь, хотя Бог записал Своих детей в книге жизни еще до сотворения мира, в список Своего народа Он заносит их лишь тогда, когда, возродив Духом усыновления, ставит на них Собственную печать.
7. И поющие и играющие, — все источники мои в тебе.
[7. И певцы, как флейтисты, все источники мои в тебе.]
7) И певцы... Отчасти краткость этого предложения, отчасти — двусмысленность одного его слова делает смысл сказанного неясным и туманным. Все согласны с тем, что слово «источники» понимается здесь иносказательно, но толкователи разногласят в отношении смысла этой метафоры. Одни относят ее к надежде, другие — к чувствам, третьи — к помышлениям. Я охотно согласился бы с теми, кто переводит это слово как «тональности», если бы такой вариант допускали правила еврейского языка. Но, поскольку подобный перевод мог бы показаться слишком натянутым, принимаю самый разумный и подходящий смысл: здесь идет речь о взоре или взгляде. Пророк как бы говорит: я всегда буду смотреть на тебя, не отводя глаз. Ведь корень употребленного здесь существительного как раз и означает «око».
А теперь посмотрим, о чем говорит первая часть стиха о певцах и флейтистах. Конечно, фраза здесь оборвана, но все согласны в отношении ее смысла: для радости будет тогда столь великий повод, что люди воспоют хвалу Богу как устами, так и с помощью музыкальных орудий. Итак, пророк подтверждает здесь сказанное ранее о восстановлении Сиона. Он показывает безмерность будущего счастья народа, ссылаясь как на его бурное веселье, так и на многоголосое восхваление Бога. Он также указывает на цель тех даров, которыми Бог столь щедро наделил Свою Церковь. Он сделал это, чтобы верующие выражали Ему благодарность в своих гимнах и песнях. Некоторые переводят חוללים как «танцующие в такт люди». Но это не столь уж важно, коль скоро достаточно в целом усвоить, что Церковь будет вечно восхвалять Бога, поскольку, открыв сокровищницу Своей благодати, Бог обязывает верующих отвечать Ему благодарением.
Пророк также показывает здесь, что проявляет к Церкви особую любовь и заботу, дабы его пример возбудил во всех благочестивых те же самые чувства, согласно словам Пс 137:5 [в Синодальном переводе Пс 136:5 — Прим. пер.]: да предастся забвению десница моя, если не буду помнить о тебе, Иерусалим, во главе радости моей. Ведь все наши чувства обратятся к Церкви лишь тогда, когда, не отвлекаясь ни на какую суету и забыв о всякой мирской почести, усладе, богатстве и мишуре, они станут довольствоваться только духовным Христовым Царством.
